В белорусско-американских отношениях на минувшей неделе разразился дипломатический скандал. Стало известно, что белорусской делегации не выдали визы для участия в инициированном Дональдом Трампом «Совете мира».
«Белорусская сторона оперативно проинформировала организаторов мероприятия о том, что по решению главы государства нашу страну представит министр иностранных дел Максим Рыженков. Все необходимые уведомления были направлены американским протокольным службам в установленном порядке, документы для оформления виз были поданы заблаговременно, – говорится в официальном заявлении белорусского МИД. – Однако, несмотря на выполнение всех требуемых процедур с нашей стороны, визы нашей делегации выданы не были. В этой ситуации возникает закономерный вопрос: о каком мире и о какой последовательности может идти речь, если даже базовые формальности для нашего участия не были выполнены организаторами?»
Следует отметить, что само приглашение к участию в «Совете мира» было воспринято в Белоруссии с нескрываемым энтузиазмом, президент А. Лукашенко лично подписал указ о присоединении к американской инициативе.
Однако вскоре стало известно, что сам А. Лукашенко на «Совет мира» не поедет и направит туда министра иностранных дел, хотя большинство приглашенных стран было представлено главами государств. Такое решение пресс-служба белорусского президента обосновала его плотным рабочим графиком.
Очевидно, что отказ Лукашенко от участия в американском саммите сам по себе был сигналом напряженности, возникшей в белорусско-американских отношениях. Отказ принимать белорусскую делегацию стал ответным демаршем уже американской стороны.
В 2025 году белорусско-американские отношения пережили своеобразный ренессанс. В Минск зачастили эмиссары Трампа, летом состоялись телефонные переговоры белорусского и американского президентов, как раз накануне встречи Трампа и Путина в Анкоридже. В течение года Минск выпустил на свободу несколько партий так называемых политических заключенных, в том числе основных лидеров неудавшейся «цветной революции» 2020 года. В Минске не скрывали, что делается это в рамках личных договоренностей с Трампом.
В ответ Вашингтон снял с Белоруссии часть санкций, в частности с компании «Белавиа» и концерна «Беларуськалий». Ожидалось дальнейшее ослабление санкционного режима, а также восстановление полноформатных дипломатических отношений и обмен послами между Минском и Вашингтоном.
Однако первые признаки охлаждения двусторонних отношений наметились уже в январе наступившего 2026 г., когда в Минске весьма резко отреагировали на американскую операцию по захвату президента Венесуэлы Николаса Мадуро. И хотя в своем комментарии А. Лукашенко выразил мнение, что это была инициатива не столько самого Трампа, сколько американских военных, общий негативный тон высказываний, звучавших из Минска, был очевиден.
Отказ в визах белорусской делегации, несмотря на поступившее ранее приглашение к участию в «Совете мира», выглядит как продолжение этого тренда на ухудшение белорусско-американских отношений.
С чем может быть связано это ухудшение и насколько долгосрочным окажется тренд?
Возможно, в Минске наступило определенное разочарование результатами контактов с американской стороной. Частичное снятие американских санкций не принесло значимого облегчения для белорусской экономики. В первую очередь потому, что США никогда не были крупным торгово-экономическим партнером Белоруссии, и основные издержки, которые несет белорусская экономика, связаны не с американскими, а с европейскими санкциями.
Вероятно, в Минске ожидали, что Трамп сможет надавить на ЕС и вынудит европейские власти облегчить санкционное бремя. В частности, что будет разблокирован порт Клайпеда, через который осуществлялись поставки белорусского калия и других грузов.
Следует отметить, что риторика белорусских властей в отношении ЕС остается примиренческой. Официальный Минск призывает европейские власти к диалогу и возобновлению торгово-экономического сотрудничества, а в отношении европейских стран со стороны Белоруссии действует односторонний безвизовый режим.
Никаких подвижек в отношениях с ЕС, однако, не наблюдается. Это значит, что Трамп если и пытался склонить европейские страны к более мягкой позиции в отношении Белоруссии, то потерпел в этом деле неудачу.
Нельзя исключать и того, что в обмен на дальнейшее смягчение санкций американцы потребовали от Белоруссии заведомо неприемлемых уступок. Например, возобновления в республике работы западных НКО, которые сыграли важную роль в разжигании политического кризиса 2020 года.
Не стоит забывать и о российском факторе. Москва долгое время никак не комментировала американские маневры своего белорусского союзника. Однако в связи с началом работы «Совета мира» пресс-секретарь российского президента Дм. Песков отметил, что Россия, в отличие от Белоруссии, пока не определилась в своем отношении к этой организации. Кроме того, Песков подчеркнул, что Россия не нуждается в том, чтобы Минск представлял там ее интересы. О том, что Белоруссия в «Совете мира» может представлять не только свои интересы, но и российские, ранее заявлял ряд белорусских политиков и экспертов.
В свою очередь, заместитель министра иностранных дел России Михаил Галузин, приветствуя нормализацию белорусско-американских отношений, вместе с тем призвал Белоруссию «сохранять бдительность» в отношениях с США. Галузин также подчеркнул, что, несмотря на частичное снятие санкций, США не отказались от политики давления на Белоруссию.
9 февраля Служба внешней разведки России сделала заявление о том, что Запад по-прежнему планирует изменение конституционного строя в Белоруссии и ослабление связки Москвы и Минска. В качестве особенно опасного в этом смысле периода были названы президентские выборы 2030 года.
Все это говорит о том, что в Москве видят в активности США в Белоруссии определенные угрозы и риски.
Минск вряд ли откажется от дальнейшего диалога с США, но уже очевидно, что изначальные ожидания от этого диалога оказались излишне завышенными и оптимистичными. Кроме того, России и Белоруссии нужен более координированный подход к отношениям с Вашингтоном, чтобы избегать ненужных недоразумений и трений.
