Вскоре в Таиланде начнётся очередная осенняя сессия руководящих органов МВФ и Всемирного банка. Накануне 7 октября директор-распорядитель МВФ Кристалина Георгиева выступила в Сингапуре перед журналистами, и это выступление оказалось очень резонансным. Видимо, многие тезисы сингапурского выступления будут повторены и углублены на сессии в Таиланде. Первыми публикации по выступлению поспешил дать:
Financial Times – IMF’s Kristalina Georgieva urges governments to rein in Public Finances (Глава МВФ Георгиева призывает правительства навести порядок в своих финансах).
Foreign Policy – IMF Chief Issues Stark Economic Warning for 2027 (Глава МВФ выступил с резким экономическим предупреждением на 2027 год).
Anadolu Agency – IMF chief warns global economy faces energy shocks, AI demand (Глава МВФ предупреждает, что мировая экономика столкнется с энергетическими потрясениями и ростом спроса на ИИ).
Заявления Георгиевой оптимистическими никак не назовешь. Будущее мировой экономики и международной финансовой системы под угрозой. Главой МВФ были названы три основные угрозы экономической и финансовой устойчивости мира в перспективе ближайшего года.
Во-первых, стремительный рост долгов государств.
Во-вторых, сохранение высоких цен на нефть и другие энергоносители (с момента начала агрессии США и Израиля против Ирана 28 февраля нынешнего года).
В-третьих, фактор искусственного интеллекта (ИИ).
Все СМИ растиражировали заявление Георгиевой о том, что в ближайшее время суммарный государственный долг стран мира может достичь планки в 100 процентов мирового валового внутреннего продукта (ВВП). В таком состоянии, как отмечают эксперты, мировая экономика находилась лишь один раз – на излете Второй мировой войны и в первый год после ее окончания. По словам Георгиевой, глобальный государственный долг достигнет 100% мирового ВВП к 2029 году, что на год раньше, чем ранее прогнозировалось. Глава МВФ охарактеризовала Соединенные Штаты и другие развитые экономики как «наиболее злостных нарушителей» в отношении долговой нагрузки, отметив, что соотношение долга к ВВП у них выше, чем у развивающихся рынков и стран с низким уровнем дохода.
Для справки отмечу, что большинство экономически развитых стран уже давно перешагнули за планку государственного долга в 100% ВВП. Рекордсменом является Япония с показателем в 204%. У США – 126 %. В Европе рекордсменами являются Греция (143,5%) и Италия (138,9%). В тройку лидеров Европейского союза по данному показателю попадает Франция – 117,6%.
О быстро растущем государственном долге Франции (как в абсолютном, так и относительном выражении) в последние недели стали очень активно говорить многие СМИ. Не обошла стороной Францию и Георгиева. В беседе с Лизой Ким из CNBC в Сингапуре директор-распорядитель МВФ Кристалина Георгиева передала простое послание: «Приведите свои дела в порядок». Она описала затруднительное положение Франции как «осложнение, с одной стороны, последствий череды шоков заимствований, восхождения по лестнице, которая не ведет в рай, а с другой стороны, политической ситуации во Франции, которая создает дополнительные трудности для министерства финансов в определении четкого пути ужесточения денежно-кредитной политики».
Георгиева напомнила европейцам, в том числе Франции, о маастрихтских критериях. Это финансово-экономические показатели, которые страны Европейского союза (ЕС) должны были соблюдать для вступления в валютный союз и зону евро. Они были заложены в Маастрихтском договоре (1992 год), который положил начало ЕС. По дефициту государственного бюджета был определен предел в 3% ВВП. По государственному долгу – 60% ВВП. Франция давно превысили оба порога. Георгиева заявила, что во Франции «очень четко понимают, что дефицит необходимо снизить до уровня ниже 5%». В прошлом году этот показатель составил 5,1% ВВП. Кстати, сегодня в ЕС и в еврозоне почти не осталось стран, которые бы укладывались в маастрихтские нормативы. Соотношение валового государственного долга и ВВП в еврозоне достигло 88,9%, а среднее отношение государственного долга к ВВП в Европейском союзе – 82,9%.
Наблюдатели отмечают, что нынешние волнения во Франции в немалой степени спровоцированы именно тем, что парламент страны начал обсуждать возможности сокращения бюджетных расходов на социальные программы на десятки миллиардов евро. Новые займы Минфину Франции становится все сложнее размещать. Государственные облигации Франции оказались под давлением, и инвесторы теперь требуют более высокой доходности, чем по итальянским государственным облигациям. Доходность 10-летних французских облигаций выросла более чем на 100 базисных пунктов с начала года.
Если судить по открытым источникам, Георгиева не акцентировала внимание на государственном долге США. Но он растёт также быстро, как долг Франции. По прогнозам МВФ, к 2030 году государственный долг США достигнет 143,4% ВВП. Так что основную роль в ожидаемом достижении мировым государственным долгом планки в 100% ВВП играют, конечно же, Соединённые Штаты (абсолютная величина государственного долга США в августе достигла 40 трлн долларов; это примерно половина всего мирового государственного долга). Георгиева постоянно подчеркивает, что рост государственного долга – один из главных факторов сохранения и усиления инфляции в мире.
Рассуждения Георгиевой об искусственном интеллекте (ИИ) имеют двойственный характер. С одной стороны, она рассчитывает, что ИИ станет драйвером мировой экономики. По ее словам, «при правильном подходе» ИИ со временем может приносить мировой экономике рост до половины процентного пункта в год. «Рост с 3% до 3,5% – за десятилетие это равносильно присоединению к мировой экономике экономики размером с АСЕАН (Ассоциация государств Юго-Восточной Азии)».
Но это в долгосрочной перспективе. А сейчас затраты на развитие ИИ значительно превышают экономический эффект от ИИ. «Объём глобальных инвестиций в ИИ в процентах от ВВП достигнет и, вероятно, превысит суммы, которые были вложены в строительство железных дорог, электросетей или телекоммуникационных сетей», – признала глава МВФ. А потому ИИ пока выступает в качестве существенного фактора инфляции. К тому же мировую экономику может дестабилизировать созданный на фондовом рынке «пузырь ИИ», который неизбежно лопнет.
Что же остается в «твердом остатке» рассуждений главы МВФ?
Во-первых, обращение к минфинам стран-членов Фонда: «Приведите свои дела в порядок». Т. е. ликвидируйте громадные дефициты государственных бюджетов и хотя бы остановите или затормозите дальнейшее наращивание государственных долгов.
Во-вторых, обращение к центробанкам с предложением проводить так называемую ястребиную денежно-кредитную политику (ДКП). Суть такой политики – в повышении ключевой ставки. Георгиева уверена, что инфляцию в ближайшее время обуздать не удастся. А потому придется проводить «жесткую» («ястребиную») ДКП. Вот слова главы МВФ: «Сейчас, вероятно, настал подходящий момент для проявления взвешенной ястребиной позиции в денежно-кредитной политике многих стран». Где-то примерно с 2008 года центробанки стали проводить ДКП, называемую «голубиной». Ключевые ставки были на низком уровне, кое-где даже в отрицательной зоне. И инфляция была очень умеренной. А кое-где даже приходилось бороться с дефляцией. Но в 2025-2026 гг. «голубиная» эпоха стала закатываться. Еще не дожидаясь призывов Георгиевой многие центробанки начали ужесточать ДПК, прежде всего, путем повышения ключевой ставки. В сентябре крупнейшие центробанки мира повысили процентные ставки. Европейский центральный банк (ЕЦБ) в очередной раз повысил ключевую ставку на 25 базисных пунктов (до 2,65%). Банк Японии поднял показатель на 0,25 процентного пункта (до 1,25%), что стало максимумом за 31 год (долгие годы ставка была вообще отрицательная). Такое же решение, впервые с 2023 года, приняла Федеральная резервная система США.
