Зачем приезжал в Россию Роберт Гейтс?

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Визит Роберта Гейтса в Россию 22 марта – последний для него в качестве министра обороны США. Через непродолжительное время глава Пентагона, доставшийся Б. Обаме в наследство от Дж. Буша-младшего, покинет свой пост. Однако было бы ошибочно считать его «хромой уткой». Так с чем всё-таки Р. Гейтс приезжал в Россию?

Линию поведения шефа Пентагона можно было бы предсказать по аналогии с прошлогодней встречей министров обороны двух стран в Вашингтоне. Тогда, в сентябре 2010 г., Анатолий Сердюков удостоился от американцев немалых комплиментов. Их квинтэссенцией стала статья в газете «The New York Times», в которой Гейтс и Сердюков были представлены как военные реформаторы, объявившие войну «дорогостоящим и неэффективным бюрократическим системам своих стран, чем вызвали недовольство в аппаратах своих же министерств». «Впрочем, – признавала газета, – в сравнении с амбициями Сердюкова программа Гейтса меркнет». В бочонок журналистской лести по адресу Сердюкова: «…таким образом, армию (российскую. – Ю.Р.) пытаются превратить из громоздкого реликта времен холодной войны в нечто более подвижное», свой черпачок добавил и Р. Гейтс, отметивший, что военные ведомства РФ и США в ходе реформы вооруженных сил сталкиваются с похожими проблемами. «Я внимательно наблюдаю за реформаторскими усилиями, предпринимаемыми министром Сердюковым в России. И меня впечатляет то, что масштаб и глубина некоторых из проводимых им реформ совпадают с тем, что я пытаюсь делать здесь, в США», – заявил тогда Гейтс. «Я желаю ему успеха», – резюмировал глава Пентагона.

Если вооруженные силы вероятного противника под маркой реформы подвергаются масштабному сокращению и перманентной структурной ломке, отчего же не пожелать «реформатору» успеха? А подтверждения того, что США продолжают смотреть на Россию именно как на противника, поступают чуть ли не еженедельно. Не далее как 11 марта директор национальной разведки Джеймс Клаппер, выступая в сенатском комитете по вооружённым силам, высказал уверенность, что Китай и Россия являются самой большой угрозой для Соединённых Штатов. Сенаторы попытались уточнить: может, на самом деле речь идет об Иране и Северной Корее с их ракетами? Нет, стоял на своем Клаппер. «Русские, – буквально заявил он, – обладают потенциалом, представляющим для нас смертельную угрозу». Хотя и оговорился: он не думает, что «обе эти страны имеют сегодня намерение напасть на нас». И это, заметим, говорит профессионал-разведчик, а не политик-болтун.

О действительном отношении в американских верхах к нашей стране красноречиво говорит и факт недавней поддержки госдепартаментом США территориальных претензий Японии к России.

Это, однако, не помешало министру обороны США перед началом прошедших 22 марта российско-американских переговоров в интервью «Интерфаксу» назвать нынешние двусторонние отношения «тесными и партнерскими» (?). Вопиющих противоречий между словами о партнерстве с Москвой и антироссийской риторикой Вашингтон умудряется не замечать. Избранная им «модель прагматичного партнерства» позволяет действовать исключительно в своих интересах, одновременно создавая иллюзию относительно общности этих самых интересов с Россией.

Напомним, что тогда, в Вашингтоне, министры обороны США и России договорились о создании двусторонней рабочей группы, которая призвана заниматься вопросами, связанными с военной реформой и обеспечением прозрачности военной политики США и РФ. В заявлении министров был очерчен конкретный их перечень: «реформа и трансформация вооруженных сил, приоритетные вопросы оборонной политики и нацбезопасности, прозрачность и укрепление доверия ради улучшения взаимопонимания, региональная и глобальная безопасность, новые вызовы и угрозы, сотрудничество в сферах взаимного интереса».

За обтекаемыми формулировками встает, однако, суровая действительность. Обращает на себя внимание, например, удивительное совпадение: встречи Р. Гейтса с политическими и военными руководителями РФ словно синхронизированы с акциями Вашингтона против государств-«изгоев». В ходе сентябрьской (2010) встречи с А. Сердюковым Р.Гейтс «выразил удовлетворенность» в связи с сотрудничеством России в выработке санкций против Ирана. На сей раз он прибыл в Москву в разгар ливийских событий. Не полностью удовлетворившись фактическим согласием Москвы на санкции против Ливии, он зовет Россию к непосредственному участию ее вооруженных сил в международных коалициях. Отказ РФ как постоянного члена Совета Безопасности ООН применить право вето на бомбардировки ливийской территории для главы Пентагона недостаточен. «Я призываю вас и ваше руководство подумать, в какой форме российские военные могли бы действовать в рамках международных коалиций», – заявил Р. Гейтс, выступая перед слушателями Военно-морской академии им. Н.Г. Кузнецова в Санкт-Петербурге. Можно не сомневаться, что то же самое он говорил и на переговорах с А. Сердюковым, и на встрече с Д.Медведевым.

Вот вам, пожалуй, главная цель, во имя которой Гейтс пересёк океан. В условиях, когда бомбардировки Ливии уже по сути раскололи НАТО, Вашингтон желает пристегнуть Россию к интервенции против Ливии, поссорив нашу страну с арабским миром. А заодно - обрушить позиции РФ в сфере ВТС (по подсчетам экспертов, Россия недосчитается 4,5 млрд. долларов от срыва оружейных поставок Триполи – а это почти половина всего российского экспорта вооружения и военной техники в 2010 г.).

Высокий гость назвал «ложью» утверждения ливийского лидера о жертвах среди мирного населения в результате ударов сил международной коалиции и изволил попенять хозяевам по поводу того, что в России звучат заявления о ситуации в Ливии, не соответствующие действительности.

В какую графу из перечня вопросов, сформулированных в прошлом сентябре в Вашингтоне и отнесенных к компетенции российско-американской рабочей группы во главе с министрами обороны, отнести это стремление заокеанского гостя вовлечь Россию в ливийские дела? К приоритетным вопросам оборонной политики и нацбезопасности? К укреплению доверия? К региональной и глобальной безопасности?

Р. Гейтс в ходе своего визита не скрывал своего большого удовлетворения от того, что Москва по ряду направлений действует заодно с Вашингтоном. Хотя, на наш взгляд, при этом нередко действует не в своих интересах. Глава Пентагона назвал «очень важным» сотрудничество с Россией по резолюциям Совбеза ООН в отношении Северной Кореи и Ирана, в противодействии терроризму и борьбе с распространением наркотиков. И это говорит человек, представляющий армию, после введения которой на территорию Афганистана наркотрафик в Европу, в том числе через Россию, вырос многократно.

 Завидный оптимизм продемонстрировал и министр обороны РФ Анатолий Сердюков. По его словам, встреча с Гейтсом – «подтверждение позитивного развития отношений в военной области».

Откуда это «позитивное развитие», если учесть, что стороны обсуждали ситуацию вокруг Ливии и Афганистана, реализацию нового договора по СНВ, а также вопросы, связанные с созданием ПРО в Европе?

К «позитивному развитию» военных отношений в связи с Афганистаном, вероятно, надо отнести все более настойчивые попытки Вашингтона не мытьем, так катаньем вовлечь туда Россию. И во многом это удается. Разве не факт «прогресса», когда по соглашению о транзите войск и военных грузов через территорию России Пентагон в течение полутора лет осуществил 1050 транзитных рейсов в Афганистан, одних военнослужащих перевезено 112 тысяч. Правда, прогресс мог быть еще большим, ведь общее количество полетов американских воздушных судов может достигать 4500 в год в одну сторону. Это – как бы одолжение российской стороне. Но и Москва не осталась в долгу: ведь все полтора года соглашение действовало без ратификации, и лишь 25 февраля с.г. Госдума смело решилась на этот акт.

На переговорах Гейтса и Сердюкова обсуждалась также тема ПРО. «Сегодня мы обменялись взглядами на возможные пути решения проблемы ПРО, – цитирует ИТАР-ТАСС слова российского министра. – Есть общее понимание того, что сотрудничество лучше, чем конфронтация. Дискуссии будут продолжены на экспертном уровне в специализированной рабочей группе». Вот и весь результат переговоров: сотрудничество лучше, чем конфронтация. А еще, если кто не знает, Волга впадает в Каспийское море.

Да иного и напрасно было ждать: последний Лиссабонский саммит НАТО показал, что никаких реальных предложений по проблематике ПРО со стороны Запада нет и обсуждать, вообще-то, нечего. Не стоит забывать и о той решимости, с какой американские сенаторы отстаивали независимую позицию относительно НПРО при ратификации СНВ-3, дав обязывающие рекомендации администрации Б. Обамы.

Итак, что после визита министра обороны США имеем в сухом остатке - кроме комплиментов, которыми он обменялся с А.Сердюковым?

Оцените статью
0.0
telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться