Одно из решений, которое может быть принято на предстоящих на этой неделе саммитах G7 и Евросоюза – выборы делегата от ЕС, который будет представлять Европу на гипотетических переговорах с Россией.
По крайней мере, так утверждает итальянская Corriere della Sera, сообщая о намерении премьер-министра Италии Джорджи Мелони поднять этот вопрос в ходе ближайших встреч.
Более того, издание даже указывает имя потенциального кандидат в «ходоки к Путину», которое намерена озвучить итальянский премьер, – это президент Финляндии Александр Стубб, считающийся в Европе «специалистом» по России и русским ввиду близости Суоми к нашим границам.
«Кандидатура Стубба выглядит одной из наиболее подходящих. Помимо того, что финский лидер не вызывает отторжения у Трампа и хорошо знаком со спецификой отношений с Москвой, его называют человеком, способным выстраивать диалог между сторонами. Кроме того, Стубб был лично знаком с Сергеем Лавровым и поддерживал с ним дружеские отношения как минимум до 2022 года», – утверждается в публикации.
Выбор, пока чисто гипотетический, в пользу Финляндии, связан, как говорят, ещ\ё и с исторической ролью Хельсинки в урегулировании конфликтов с участием России.
«В 1999 году один из его предшественников, Марти Ахтисаари, совместно с российским премьер-министром Виктором Черномырдиным участвовал в переговорах, которые привели к завершению войны в Косово. Иными словами, когда речь заходит о России, у лидеров Хельсинки существует своего рода особый исторический опыт и традиция», – резюмирует Corriere della Sera.
Как сказала бы современная молодёжь, наброс знатный, как и сама идея о том, что Европе-де готова разговаривать и, главное, договариваться с Россией.
При этом сложно не заметить, что эту мысль сегодня действительно активно раскручивают западные СМИ, в частности издание Politico, которое ещё около месяца тому назад писало о том, что «начавшиеся с подачи Кремля поиски удобной фигуры посредника, который мог бы представлять Старый Свет на переговорах с Россией, якобы ставят именно Европу в заранее проигрышное положение».
«Сама дискуссия о поиске специального переговорщика от Европы показывает, что внутри ЕС постепенно усиливается понимание: украинский конфликт невозможно бесконечно удерживать исключительно в логике военного противостояния. Даже если публично европейские лидеры продолжают говорить о поддержке Киева "столько, сколько потребуется", за кулисами уже идёт поиск фигуры, способной в будущем вести диалог с Москвой».
Дошло до того, что о наличии некоего «потенциала» для «вступления ЕС в переговоры с Путиным» заговорил даже глава Евросовета Антониу Кошта, высказав намерение «обсудить это с лидерами всех 27 стран ЕС, чтобы понять, как им лучше организоваться и определить, что именно потребуется для эффективного диалога с Россией, когда для этого наступит подходящий момент».
Казалось бы, всё это действительно свидетельствует об осознании европейцами бесперспективности курса на дальнейшую эскалацию, особенно в условиях, когда Европа с угрожающей очевидностью начинает ощущать у себя нехватку дешёвых энергоресурсов из России.
Более того, в своё время похожую мысль высказал и пресс-секретарь Президента России Дмитрий Песков, что даёт нам возможность с некоторым допущением считать её официальной точкой зрения российского руководства:
«Вот это активное обсуждение этой темы – диалога с Россией, сдвиг о том, что когда-то нам как-то придётся с русскими говорить, – это хорошо. Будем надеяться, что там всё-таки практичный подход возобладает, и это приобретёт какое-то реальное воплощение. Российская сторона будет готова к этому. Путин для европейских стран близок ровно настолько, насколько близка телефонная трубка».
И всё бы ничего, если бы ни несколько очень важных «но», говорящих нам о том, что диалог, о готовности к которому упоминает Европа, в реальности будет иметь мало общего с тем, к чему мы привыкли с точки зрения классической дипломатии.
Проще говоря, договариваться с нами, искать компромисс и какие-то точки соприкосновения никто не собирается. Вместо этого европейцы в нужное время намерены предъявить нам ультиматум о капитуляции, ожидая того самого «подходящего момента», когда Россия, по их расчётам, будет максимально ослаблена ударами украинских БПЛА.
Судите сами. В ходе недавней неформальной встречи руководства МИД стран-участниц ЕС в кипрском Лимассоле глава европейской дипломатии Кая Каллас заявила буквально следующее.
«Евросоюз не может выступать "нейтральным посредником" на вероятных мирных переговорах между Киевом и Москвой, поскольку открыто поддерживает украинцев и защищает собственные интересы безопасности».
Допустим, словами Каллас можно пренебречь: по слухам, еврокомиссарский стул под ней серьёзно качается и вот-вот может рухнуть.
Но обратите внимание на подбор кандидатов в переговорщики.
Русофоб Стубб, чьи дипломатические способности хорошо отражают аллюзии, вызываемые его именем у русского человека.
Экс-канцлер Германии Ангела Меркель, в своих мемуарах обвинившая Владимира Путина в том, что тот якобы намеренно во время переговоров запугивал её своей собакой Конни, а также откровенно признавшаяся в том, что Минские соглашения были ложью, с целью дать киевскому режиму время подготовиться к войне с Россией. Кстати, комментируя это своё признание, Меркель как-то сказала, что не испытывает чувства стыда за обман российских партнёров.
Или бывший глава Европейского центрального банка и премьер Италии Марио Драги – человек, несомненно, неглупый, но не обладающий в Европе маломальским авторитетом, чтобы его слово хоть что-то значило.
Ещё в 2024 году Драги написал 400-страничный доклад об ухудшающейся экономической ситуации на континенте, предупредив о том, что ЕС теряет могущество и процветание, и предложив сократить бюрократию и ежегодно инвестировать дополнительно 800 миллиардов евро в новые технологии.
В итоге 85% его рекомендаций были демонстративно проигнорированы Еврокомиссией во главе с Урсулой фон дер Ляйен, а равно и прочими «лидерам Европы» и просто чиновниками.
То есть в качестве человека, на которого вроде как возлагается важнейшая миссия, способная в случае провала привести к новой Большой войне на континенте, ЕС рассматривает политиков-пустышек, с которыми Москва либо не станет (памятуя об их прежних «заслугах»), либо не сочтёт целесообразным что-то обсуждать в виду очевидной бессмысленности подобного формата переговоров.
Понимают ли это в Брюсселе и прочих европейских столицах? Полагаю, да. Тем не менее сознательно превращают всю эту затею с диалогом в откровенный цирк. Почему? Видимо, не считают нужным всерьёз и на равных разговаривать с тем, кого в скором времени рассчитывают победить.
