То, что крушение СССР стало следствием не нашей слабости, а недоумия на грани предательства политверхушки, слегка тешит самолюбие поколения людей, живших в СССР, его создавших, защищавших и утвердивших как супердержаву, на успехи которой оглядывался весь остальной мир. В целом опровергнуть это утверждение невозможно потому, что в конце восьмидесятых страны-лидеры западного «свободного» мира сами едва держались на ногах, переползая из одного кризиса в другой – из нефтяного в рост безработицы и инфляцию, знаменовавших провал кейнсианской модели экономики. Зато рухнувший «железный занавес» позволил Западу сбросить свой залежавшийся на складах ширпотреб и продовольственный мусор на полки и в раскрывшиеся от удивления «свободе выбора» рты развалившегося на куски государства, потенциально способного, как и в досоветские времена, кормить и одевать и себя, и Европу.
Вместе с тем опрокинуть этот миф о «вине предателей» Горбачёве и Ельцине столь же легко, как и утверждение о том, что во всех смыслах крупнейшее государство мира погибло из-за пьянки в Беловежской пуще. Новый повод к установлению истины о причинах трагедии «Красной Атлантиды» подали англичане, рассекретившие документы, бояться которых они уже перестали – обратного пути ни у кого из участников той трагедии уже нет. Как пишет британский журнал CovertAction Magazine, издание Declassified UK опубликовало сенсационное расследование, раскрывающее то, что в середине 1990-х годов высокопоставленные британские политические и военные чиновники прекрасно понимали, что расширение НАТО в Центральную и Восточную Европу «спровоцирует русских». И целенаправленно вели к этому дело, пряча за улыбками и словами о дружбе от природы свойственное им намерение «забрать и поделить» всё от Буга до Амура.
Никогда прежде не публиковавшиеся документы британского министерства обороны показывают, что Лондон знал, что чувствует Москва, глядя на то, как НАТО без единого выстрела двинулась к её границе, похлопывая по плечу то Горбачёва, то Ельцина. Опасения были вполне реальны, да никто на Западе и не скрывал того, что начался очередной и давно продуманный крестовый поход НАТО по поглощению Центральной и Восточной Европы. И через четверть века «крестоносцы» уже топтались на берегу речки Сан, поглядывая на Украину.
Declassified своей публикацией совершило несколько открытий сразу. Одно из первых – с 24 февраля 2022 года британские чиновники вместе с европейскими неустанно повторяли заклинание о том, что «нападение России на Украину было неспровоцированным», но… В рассекреченной записке министерства иностранных дел ещё от марта 1995 года – за четверть века до события – значилось, что «в Москве широко распространено психологическое и интеллектуальное представление о том, что не Евросоюз, а НАТО представляет собой реальную угрозу». В мае того же года тогдашний премьер-министр Джон Мейджор своему ирландскому коллеге Джону Брутону подтверждал обоснованность «фундаментального страха окружения», испытываемого Россией. «Для русских НАТО имело гораздо более угрожающий символизм и политический резонанс… Особенно сложными были страны Балтии, крайне чувствительные для России. Было бы очень трудно иметь границу НАТО, непосредственно примыкающую к России».
Трудно, но справились. Через два года НАТО пригласило Чехию, Венгрию и Польшу присоединиться к альянсу, что они и сделали два года спустя. В 2004 году Эстония, Латвия и Литва одновременно «взяли под козырёк». Ещё через пять лет то же самое сделали и бывшие члены Варшавского договора: Болгария, Румыния, Словакия и Словения.
Это сокрушительное поражение стало следствием тщательно продуманной операции, начавшейся в августе 1996 года, разработанной британской разведкой, которая подготовила «исследование», как пишет Declassified, по расширению НАТО, которым предусматривалось вступление этих стран в альянс как провокация войны с Россией, начатой в соответствии со статьей 5 договора НАТО о коллективной самообороне.
В этом сценарии разведка предполагала, что «Россия решительно выступит против членства стран Балтии в НАТО и пригрозит ответными мерами по сохранению собственной безопасности от присутствия враждебного военного альянса на своих границах». И действительно, Борис Ельцин тогда делал гневные публичные заявления о расширении НАТО в страны Балтии, «одновременно лоббируя этот вопрос у президента США Билла Клинтона за закрытыми дверями». Что означало это «лоббирование» источник не уточняет, но если судить по документам, то они показывают, что президент США Билл Клинтон, «весёлый друг президента России, заставил Ельцина подписать пакт НАТО-Россия на встрече президентов в Будапеште 5 декабря 1994 года. Рассекреченные документы британской разведки показывают, как США использовали слабость России после распада Советского Союза, чтобы подготовить плацдарм НАТО на границах бывшего СССР.
Из тех же документов: в декабре 1996 года тогдашний премьер-министр России Виктор Черномырдин в частном порядке предупредил Джона Мэйджора: «Россия не сможет остановить расширение НАТО, но это создаст хрупкую ситуацию, которая может взорваться». Документы показывают, что высокопоставленные аппаратчики в Лондоне прекрасно знали об «обеспокоенности», «страхах», «враждебности», «негативном отношении» и «недовольстве» Москвы по поводу расширения альянса и нейтрализовали их просто и легко – лично пообещав (и Мэйджор, и его преемник Тони Блэр) Кремлю, что НАТО не будет «продвигаться к границам России». Но… «в секретном программном документе от сентября 1996 года было ясно указано, что Великобритания привержена расширению НАТО на Восток, даже если российское согласие невозможно». В феврале 1997 года заместитель министра иностранных дел России Николай Афанасьевский на встрече с Джереми Гринстоком, послом Великобритании в Москве, гневно назвал публичные дискуссии в западных столицах о принятии бывших советских республик в альянс «вопиющей провокацией», и Гринсток заверил своего российского коллегу, что НАТО «не намерено» принимать бывшие советские государства «на данном этапе», что было откровенной ложью.
Политическая слабость России была следствием её добровольного подчинения экономическим инструментам Запада, которые решительно и быстро использовали и распахнувшийся новый «рынок товаров и услуг», и доступ к переделу собственности на средства производства, обеспечивший командные высоты в экономике англосаксонским менеджерам. Мы были слабы по всем фронтам.
В мартовской служебной записке Министерства иностранных дел Британии 1997 года читаем: быстрое расширение НАТО «вызовет антагонизм» и в конечном итоге «спровоцирует» Россию на агрессивную ответную реакцию. «Обеспокоенность Ельцина по поводу возможного присоединения Украины, стран Балтии и других государств бывшего Советского Союза считалась "самым сложным вопросом", влияющим на отношения Запада с Москвой». Чтоб не спугнуть Кремль раньше времени, потребовался более поэтапный подход к задаче. В том же месяце Джон Мейджор встретился с генеральным секретарем НАТО Хавьером Соланой, который передал Мейджору, как министр иностранных дел России Евгений Примаков «в значительной степени умолял его помочь убедить россиян в том, что силы НАТО не будут продвигаться на восток». Через месяц Джон Мейджор получил письмо от Ельцина: «Наше негативное отношение к планам расширения НАТО остается неизменным. Реализация этих планов стала бы самой большой ошибкой Запада за весь послевоенный период». Ставшие доступными теперь файлы ЦРУ, работающего об руку с британцами, наглядно демонстрируют полную осведомленность Вашингтона о яростном общественном и государственном противодействии России военным действиям и расширению НАТО и в бывших странах Варшавского договора, и особенно – в бывшей Югославии.
Сербия здесь стоит отдельным вопросом. Только что вступивший в должность президента США Билл Клинтон был готов к прямому вмешательству в постоянно обостряющийся югославский кризис. ЦРУ предупреждало его «о растущей опасности отчуждения России от западной политики в отношении Сербии». Разведка опасалась, что «исторические отношения» между Белградом и Москвой могут «препятствовать эффективному международному ответу» – другими словами, открытому вмешательству США. «Хотя США не могут заложить свою югославскую политику в пользу России, Вашингтону, вероятно, следует активнее консультироваться с Москвой, прежде чем устанавливать новые политические решения», – рекомендует меморандум ЦРУ. Не несчастных сербов ради, а по поводу западной политики в отношении Сербии, которая могла привести к наложению вето на резолюции СБ ООН о применении силы.
Российского вето на резолюцию СБ ООН № 1160 не было, и чтобы обустроить самую большую военную базу в Европе в Косово, за 78 дней бомбардировок Югославии авиация НАТО совершила почти 40 тысяч боевых вылетов, выпустив около 3 тысяч крылатых ракет и сбросив до 80 тысяч тонн бомб. Клинтон оказался храбрее ЦРУ и с этого момента англосаксам в нашу сторону было только начхать. Теперь и в Вашингтоне, и в Лондоне «считали само собой разумеющимся, что в однополярном мире с неоспоримой и неподвластной оспариванию глобальной гегемонией США представление о том, что Россия имеет какую-либо сферу влияния в мире, а также экономические, военные и политические интересы за пределами своих границ, не следует воспринимать очень серьезно при планировании политики, если вообще воспринимать», – свидетельствуют рассекреченные документы.
Эта сенсационная новость британцев для нас далеко не нова. Мы и без них видели, что пренебрежительное отношение Запада к нашим «красным линиям» резко возросло после Югославии 1999 года. Зато лондонский New Statesman в апреле 1999 года «поразительно пророческой, предупреждал, что несанкционированные, незаконные бомбардировки НАТО – это не единичный случай, а только начало "дивного нового мира", в котором военный альянс НАТО действовал как всемирный отряд по подавлению беспорядков».
Всё, на что оказалась способна слабая Россия, то, что тогдашний премьер-министр Примаков, направляясь в США на официальную встречу, приказал пилоту вернуться в Россию. Администрация Ельцина не пришла на помощь Белграду, вместо этого призвав сербского лидера Слободана Милошевича сдаться НАТО. Как сообщала рассекреченная телеграмма посольства Великобритании в Москве в июне 1999 года, разосланная во все ведущие зарубежные дипломатические представительства Лондона, натовские бомбардировки Югославии «оставили Россию в уязвленном и растерянном состоянии». А теперь главное: и британцы, и их американский клон ясно понимали, что «это был не только удар по Совету Безопасности ООН и российскому праву вето, но и откровенная угроза российским интересам… создающая неприемлемый прецедент для действий за пределами зоны ответственности, в обход Совета Безопасности, если это необходимо… Косовская кампания укрепила представление о расширяющемся НАТО как о мощном инструменте для утверждения воли США и в России, и в Европе».
Чего же вам ещё? Хотели они того или нет, но Штаты с той поры поставили себя в оппозицию всему миру, какой бы новый президент ни въезжал в Белый дом. Но широкая зубастая улыбка Москве – это всегда пожалуйста: «Мы по-прежнему придаем большое значение сотрудничеству с Россией – гласит телеграмма британского МИД в Москву. – Это помогло бы смягчить опасения России по поводу потенциально более широкого воздействия военных действий НАТО, если бы Тони Блэр смог донести до Ельцина… что бомбардировки Югославии не являются прецедентом для интервенции в других местах».
Конечно, если они не были инициированы НАТО.
Маятник дрогнул в январе 2000-го. Уже в феврале в докладе британского МИД о встрече Блэра и генерального секретаря НАТО Джорджа Робертсона отмечалось, что «российская оппозиция расширению НАТО стала более жесткой». Но альянс продолжал расти, и британские военные и представители разведки были в авангарде этого процесса.
Украина была поставлена в очередь в НАТО на саммите альянса в апреле 2008 года, а ещё в феврале тогдашний посол США в России Уильям Бернс (глава ЦРУ у Джо Байдена) телеграфировал в Вашингтон: Москва «особенно обеспокоена тем, что сильные разногласия в Украине по поводу членства в НАТО… приведут к серьезному расколу, сопровождающемуся насилием или в худшем случае гражданской войной. Значительная часть русскоязычного населения страны была против. Это вынуждает Россию решить, надо ли вмешиваться – решение, с которым Россия не хочет сталкиваться». В августе 2008 года Россия вмешалась – в Южной Осетии.
Закончу ещё одним рассекреченным откровением Бернса об Украине, отправленным в Белый дом задолго до начала специальной военной операции: «Вступление Украины в НАТО – это самая яркая из всех "красных линий" для российской элиты (не только Путина). За более чем два с половиной года моих бесед с ключевыми российскими игроками, от невежд в темных уголках Кремля до самых острых либеральных критиков Путина, я еще не встречал никого, кто рассматривал бы Украину в НАТО иначе, чем как прямой вызов российским интересам… предложение о членстве будет воспринято… как стратегический вызов… Россия ответит».
24 февраля 2022 года Россия ответила. Потому что обрела силу на ответ.
