Почему Россия не в НАТО

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 100 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

На днях помощник госсекретаря США Филип Гордон заявил на слушаниях в Конгрессе, что администрация Барака Обамы не исключает возможности присоединения России к НАТО. Присоединения, правда, не без предварительных условий, сразу оговорился Гордон: «Если Россия будет соответствовать критериям, сможет внести вклад в общую безопасность, и в альянсе по этому поводу будет консенсус».

Если высокопоставленный чиновник намеревался выступить ньюсмейкером, то он жестоко просчитался. Впрочем, как и некоторые доморощенные аналитики, вроде блоггера новостного бизнес-ресурса «Slon.ru» Максима Авербуха, уверенного, что для России информация из Вашингтона – «новость дня, а возможно, даже и года».

На самом деле, эта «новость» с изрядной бородой. Пусть и в гипотетическом плане, но еще в далеком 1954 г. был поднят вопрос о возможности вступления Советского Союза в НАТО. Тогда дипломатическую инициативу проявила Москва, очевидно, решившая публично проверить, насколько Запад искренен в своих заявлениях об альянсе как инструменте «укрепления всеобщего мира». В случае участия СССР в Североатлантическом договоре, говорилось в ноте советского правительства, эта организация перестала бы быть замкнутой военной группировкой, к ней могли бы присоединяться другие европейские страны, что наряду с созданием эффективной системы коллективной безопасности в Европе имело бы важнейшее значение для укрепления всеобщего мира.

Проверка состоялась: Совет НАТО официально отклонил предложение СССР, подтвердив тем самым антисоветскую направленность блока. Нашим ответом было создание в мае следующего, 1955 г., Организации Варшавского договора.

К идее сближения нашей страны с Североатлантическим альянсом вернулись уже с образованием независимой России. 20 декабря 1991 г. Президент РСФСР Борис Ельцин в своем обращении к министрам иностранных дел стран – членов НАТО выразил готовность рассматривать вопрос о вступлении в альянс как долгосрочную политическую цель. Тогда же Москва выступила одним из основателей Совета североатлантического партнерства, созданного для сотрудничества НАТО со странами бывшего Варшавского договора. В июне 1994 г. она присоединилась к программе «Партнерство ради мира». Наконец, в мае 1997 г. был подписан акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности, в соответствии с которым на свет появился совместный постоянный совет Россия – НАТО. Москва согласилась на расширение альянса, получив гарантии, что на территории его новых членов не будут размещаться ядерное оружие и наращиваться вооруженные силы. Было учреждено представительство РФ при НАТО.

Время от времени всплывала и формулировка, предполагавшая непосредственное присоединение России к альянсу. Так, в марте 2000 г. тогда еще и. о. Президента РФ Владимир Путин, комментируя для Би-Би-Си меры по восстановлению контактов с НАТО, за год до того нарушенных натовскими бомбардировками Югославии, не исключил возможности вступления в альянс, «но только в том случае, если Россия рассматривается как один из равноправных партнеров».

В мае 2002 г. в Риме была подписана декларация «Отношения Россия – НАТО: новое качество». Вместо совместного постоянного совета был создан совет «Россия – НАТО», заменивший двусторонний формат консультаций («НАТО + 1») на формат «двадцатки».

Моменты некоторого движения навстречу сменялись серьезным охлаждением. Так было в дни, когда агрессивность альянса переходила все границы, например при уничтожении Югославии в 1999 г. или поддержке грузинской авантюры в Южной Осетии в 2008 г. Но не только. По большому счету нас в Брюсселе и не ждали. Известно, например, выражение президента Чехии Вацлава Гавела, смысл которого сводился к тому, что Россия никогда не будет принята в натовское сообщество, даже если этого и захочет. «Россия не должна вступать в альянс, – заявил в 2002 г. этот «младонатовец». – Россия – евроазиатская страна с собственной идиосинкразией» (!?).

В феврале 2006 г. тогдашний министр обороны РФ Сергей Иванов заявил, что «Россия не думает подавать заявку на вступление в НАТО». Таким был ответ на приглашение сделать это в целях стабилизации ситуации на Кавказе, прозвучавшее из уст министра обороны Германии. С.Иванов оценил блок как представляющий опасность для нашей страны, если он и далее будет развиваться «как военная организация».

Самым последним обращением к теме со стороны высшей российской власти стало заявление Дмитрия Медведева в ноябре 2008 г. о готовности рассмотреть предложения о любых формах сотрудничества с НАТО, если это поможет стабильности в мире. «Я не знаю, насколько легко сейчас анализировать присоединение России к НАТО, – сказал глава российского государства. – Думаю, что ситуация пока к этому не вполне располагает, но есть известное выражение: "Никогда не говори "никогда"».

Представляется, что эта сентенция носила сугубо дипломатический характер и не должна питать иллюзии тех, кто, подобно помощнику госсекретаря США, надеется «осчастливить» Россию перспективой вступления в НАТО, да еще и заставить ее соответствовать неким «критериям».

Да и с какой радости нашей стране присоединяться к блоку, который все 60 лет существования декларирует трансформацию в «инструмент международной безопасности», а на деле играет роль дубинки Запада?

В свое время первый генеральный секретарь альянса британский лорд Г. Исмей афористично сформулировал назначение возглавляемой им организации: «Keep the Russians out, the Americans in, and Germans down». Лорд, таким образом, без обиняков заявил, что НАТО создано для решения трех основных задач: не допускать Россию в Европу, обеспечивать в ней американское присутствие и сдерживать Германию. Разве по большому счету с того момента что-то изменилось?

В мире – да, многое изменилось, а в политике блока по отношению к нашей стране ничуть. Просто, если, начиная с 50-х годов прошлого века, НАТО военными средствами реализовывал внешнеполитические доктрины «отбрасывания», ««массированного возмездия», «сдерживания», «гибкого реагирования» в отношении СССР и соцлагеря, то с 90-х годов «сдерживание коммунизма» уступило место сдерживанию новой России, стремлению воспрепятствовать процессу обретения ею статуса великой державы, свести к минимуму ее геополитическое влияние на постсоветском пространстве, и, если удастся, загнать в границы Московии ХVII века.

В отличие от ОВД, НАТО не пошла на самороспуск. Наоборот, за 15 лет альянс пережил пять (!) волн расширения. И это несмотря на то, что США, Великобритания, ФРГ, а также руководители НАТО в свое время неоднократно брали на себя обязательство после объединения Германии и роспуска ОВД не расширять пространство альянса на восток, не наращивать военный потенциал за счет стран Центральной и Восточной Европы.

Чтобы оправдать дальнейшее существование НАТО, в начале 90-х годов его руководством был сформулирован тезис о том, что альянс будет кардинально реформирован в связи с новой глобальной целью – переходом к более активным действиям по «распространению демократии и политического либерализма». Соответственно расширялся спектр задач НАТО, главными из которых стали «кризисное реагирование» и «миротворчество». Это давало «законные» основания для вмешательства в дела суверенных государств в том случае, если тот или иной политический режим (как в случае со С. Милошевичем или С. Хусейном) представлялся недемократичным.

Мир многократно убеждался, что к «демократии» этот процесс не имеет ни малейшего касательства. Он представляет собой не что иное, как передел зон геополитического влияния в центре и на востоке Европы, а также на всем постсоветском пространстве и вытеснение оттуда Москвы.

Если бы Североатлантический альянс, создававшийся для военного противоборства с СССР как с геополитическим противником, не продолжал считать таковым и РФ, он давно был бы распущен. Единственным доказательством невраждебности намерений руководства НАТО в отношении России может быть только самороспуск альянса. Но до этого вряд ли дойдёт. Отказ Вашингтона и Брюсселя от обсуждения такой постановки вопроса – вернейшее свидетельство того, что угроза со стороны североатлантического Запада была и остаётся главной военной угрозой безопасности и России советской, и России демократической. И неважно, к каким ссылкам на появление новых опасностей (глобальный терроризм, ракетная угроза со стороны Ирана и Северной Кореи и т.п.) прибегают западные руководители, обосновывая необходимость сохранение военно-блоковой структуры.

Почему все же периодически всплывает вопрос о возможном присоединении нашей страны к НАТО? Что заставило ту же американскую администрацию вновь вернуться к изрядно затертому сюжету? Одни считают, что Вашингтон хотел бы в очередной раз развеять опасения российского руководства относительно враждебности НАТО, другие утверждают, что приглашение РФ в альянс «есть не столько игра с Россией, сколько элемент большой игры с Китаем и в меньшей степени – с ЕС».

Думается, в Государственном департаменте США нет наивных людей, которые надеялись бы несколькими успокоительными заявлениями убедить российскую сторону в том, что приближение НАТО к границам РФ для неё самой угрозы не представляет. Возможно, такого рода акции должны придать Бараку Обаме дополнительный вес в глазах Конгресса.

Разумеется, Вашингтон не упустит и возможности использовать перспективу установления более прочных связей с Москвой (неважно, насколько такая перспектива реальна) в качестве разменной монеты на международной арене. Бесспорно, в интересах США не допустить также сближения РФ с Китаем и, наоборот, потеснее привязать Россию к натовским программам в том же Афганистане (напомним, что в ходе визита Б. Обамы в Москву было достигнуто соглашение о транзите военных грузов НАТО через территорию РФ).

Однако ответ на вопрос, нужно ли России вступать в альянс с перспективой утраты внешнеполитической самостоятельности, абсолютно однозначен. Нет и еще раз нет! Вместе с тем мы – реалисты и понимаем, что НАТО – важный фактор международных отношений и работать с этим военным блоком надо. Но как?

Сегодня Москва, как представляется, избрала перспективный алгоритм действий. На первой встрече постоянного представителя РФ при НАТО Дмитрия Рогозина с новым генеральным секретарем альянса Андерсом Фогом Расмуссеном был поставлен вопрос о преобразовании Совета Россия – НАТО из своеобразного брифингового центра, где стороны лишь информируют о своих позициях, в механизм достижения единой позиции по основным проблемам мировой политики. Важно, чтобы Совет не замалчивал имеющиеся разногласия, а научился бы, как заметил Д.Рогозин, «без лишних эмоций эти разногласия анализировать, обсуждать и преодолевать».

Итак – сотрудничать с НАТО, строго и принципиально отстаивая собственные интересы. И уж, никак, вопреки желанию прозападной части российской политической элиты, не бросаться в объятия альянса с риском быть задушенными.

Оцените статью
0.0
telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 100 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться