Корейское урегулирование: задачи внешней политики России

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 100 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

В контексте рассмотренного в предыдущей статье нынешнего состояния ситуации вокруг урегулирования ядерной проблемы Корейского полуострова, характеризующегося скрытым, но отчаянным маневрированием участников с целью формирования нового баланса сил, нас, естественно, прежде всего, беспокоят перспективы обеспечения российских интересов. Данная задача лежит в конкретной плоскости - найдется ли в будущей модели урегулирования корейских проблем место для России, и если на роль активного участника в этих процессах мы будем претендовать (не по инерции и не по принципу участвовать везде, где только можно, а исходя из четкого понимания наших национальных интересов в этих вопросах), то российской дипломатии предстоит четко определиться, что она может предложить в качестве собственного уникального вклада в разрешение корейского ядерного конфликта. Пока, насколько можно понять, четкого ответа на эти вопросы не просматривается.

А вопрос этот крайне актуальный. Возможно, несколько заостряя, его можно сформулировать в классическом варианте: «быть или не быть?» - останется ли Москва в числе активных игроков на корейском поле или нет. Северокорейские партнеры, например, в ходе научной полемики прямо говорят, что если Россия продолжит невнятную, реактивную линию поведения последних месяцев, сверхзадачей которой было любой ценой сохранить единство рядов в рамках многосторонних форматов, будь то «шестерка» или Совет Безопасности ООН, что на деле в глазах Пхеньяна представляло собой не что иное, как последовательное следование в фарватере политики Вашингтона, то Москва утратит в лице КНДР точку опоры не только на Корейском полуострове, но и в целом в Северо-Восточной Азии, и в условиях отсутствия других реальных рычагов воздействия на ситуацию в регионе может надолго оказаться «за бортом» будущих многосторонних структур. При всем при том, что в подобных оценках явно просматривается желание оказать нажим на российскую сторону, отказать им в наличии логики и определенной обоснованности не представляется возможным.

Ведь нравится кому-то или нет, но фактом остаётся то, что Россия оказалась включенной в состав шестисторонних переговоров в 2003 г. в значительной мере в результате принципиальной позиции КНДР. США и их союзники отнюдь не торопились тогда приглашать Москву в эту структуру, так же как с удовольствием обошлись без неё и до этого - в рамках четырехсторонних переговоров, обсуждавших проблему корейского урегулирования во второй половине девяностых годов прошлого века. Но в начале нынешнего века корейская политика России решительно изменилась. Сделав необходимые выводы из неудач девяностых годов, ставших следствием тотального и безоглядного стремления к солидарности с Западом, приведшим к обезличиванию российской внешней политики, растворению её национальных интересов, новое руководство РФ во главе с В. В. Путиным стало энергично и инициативно продвигать российские интересы как на уровне двусторонних отношений с обоими корейскими государствами, взяв при этом курс на восстановление полномасштабного сотрудничества с КНДР (достаточно вспомнить три российско-северокорейских саммита в 2000-2002 гг.), так и в рамках многостороннего взаимодействия. В итоге Россия вернулась в число активных игроков на Корейском полуострове, а Пхеньян увидел в ней самостоятельный центр силы способный балансировать скоординированные позиции США и их союзников в шестистороннем формате.

Похоже, что подобный вызов стоит перед нами и сейчас. Какие выводы мы сделаем из недавней истории, какому опыту – «провальных» девяностых годов или успешных первых лет нынешнего десятилетия - решим следовать.

Здесь уместно отметить ещё одно наблюдение. У некоторых аналитиков складывается впечатление, что в последние годы американская дипломатия преуспела в деле нейтрализации большинства основных конкурентов – партнеров (за исключением КНР) на Корейском полуострове. Она «ненавязчиво» сумела подвести их к пониманию того, что чрезмерное сближение с КНДР, да и вообще активное двустороннее сотрудничество с этой страной вроде бы как не идёт им на пользу. При этом сами США, возглавив формирование единой антисеверокорейской коалиции, как всегда, оставляют свои руки свободными, и сейчас в очередной раз на наших глазах вступают в активную двустороннюю игру с Пхеньяном.

В силу упомянутых и других обстоятельств, как нам представляется, сегодня опять, как и в начале нынешнего века, перед Россией встаёт насущная (безусловно, весьма непростая) задача выработки собственной созидательной повестки дня для урегулирования Корейской проблемы.

При этом в процессе поиска решения данной задачи есть смысл оглянуться вокруг. Думается, что в смысле выстраивания адекватной политической линии на корейском направлении нам во многом следовало бы поучиться у Китая, деятельность которого можно назвать весьма продуманной и эффективной. Несмотря на, казалось бы, непривлекательный имидж северокорейского режима, неуступчивость Пхеньяна в ядерных вопросах, делающих его "парией" в глазах Запада, Пекин почти открыто игнорирует этот стереотип, выстраивая отношения с КНДР так, как считает нужным с точки зрения своих национальных интересов. Показательно, что в последние недели в Северную Корею отправляются одна за другой высокопоставленные китайские делегации: вслед за членом Госсовета Дай Бинго туда собирается председатель Госсовета КНР Вэн Цзябао, чтобы официально закрыть "год китайско-корейской дружбы". Невзирая на существующие санкции, продолжается сотрудничество даже по военной линии. В сентябре Пекин посетила делегация Министерства Народных вооруженных сил во главе с заместителем министра Пак Чже Гёном1. Чтобы успокоить своих западных партнеров, китайцы ссылаются на то, что подобным образом они продолжают работу с северокорейским руководством с целью убедить вернуться в шестисторонний переговорный процесс. Видимо, отчасти это действительно так, хотя китайцы не склонны делиться информацией о том, какие меры поощрения они предлагают Пхеньяну, если тот проявит должную кооперабельность.

Вместе с тем, как представляется, истинная повестка китайско-северокорейского диалога на самом деле гораздо шире и включает в первую очередь проговор перспектив дальнейшего развития двустороннего сотрудничества, мероприятия со стороны Китая по стабилизации экономической ситуации на Севере. Смысл этих шагов - в поддержании постоянных близких контактов с высшим руководством КНДР, создание предпосылок для усиления возможностей оказывать влияние на корейскую элиту и процесс принятия внешнеполитических решений в этой стране в завуалированной форме "добрых советов". Параллельно китайцы, действуя неторопливо, без спешки создают базу для экономического проникновения в Северную Корею и затверждения постоянного китайского присутствия, по крайней мере, в северо-западных и северо-восточных районах страны, где сосредоточена основная масса стратегически важных промышленных объектов и природных ресурсов. Важно и то, что Китай в настоящее время остается для КНДР фактически единственными распахнутыми воротами во внешний мир: до 70-80% северокорейских экспортно-импортных поставок идет через границу с Китаем.

Мы, конечно, не можем на равных конкурировать с Китаем, да и задачи такого масштаба перед нами не стоят. Однако очевидная отличительная черта нашего подхода, его ущербность состоит в том, что мы стремимся не столько укрепить рычаги своего политического и экономического присутствия в стране, которая является нашим соседом и традиционным партнером, сколько пытаемся действовать в унисон с западным "концертом", для которого КНДР - это, прежде всего, страна-изгой, недостойная нормального общения, поскольку не следует неким "цивилизованным нормам поведения". Похоже, что в Москве сложилось мнение, что ей на данном этапе спокойнее и удобнее заниматься не поиском точек соприкосновения с Пхеньяном (а они существовали всегда), а выстраивать свою линию с учетом коллективной стратегии США и Европы, формируемую в рамках "большой восьмерки". Иными словами, линия в отношении КНДР и корейских дел в целом выстраивается под влиянием глобальных приоритетов, где доминирующей остается задача расширения сферы нашего взаимодействия и взаимопонимания с Вашигтоном, особенно под влиянием так называемой "перезагрузки" за счет включения в нее корейской темы. Нужно ли говорить, что при подобном раскладе возможности установления доверительных отношений между Москвой и Пхеньяном практически отсутствуют, а реальные шансы России выступать в качестве самостоятельного игрока, способного оказывать реальное влияние на развитие ситуации вокруг корейских дел, близки к нулю.

Возвращаясь к теме ядерного урегулирования на Корейском полуострове, нужно, прежде всего, четко усвоить, что рассуждения Запада о северокорейской "глобальной ракетно-ядерной угрозе" - не более чем пропагандистская установка, призванная содействовать созданию нетерпимых условий для существования северокорейского режима с тем, чтобы добиться в конечном счете его устранения или радикальной трансформации по западным лекалам. Показательный пример: никто в мировом сообществе не поднимает истерику по поводу наличия ядерного оружия в Пакистане - стране нестабильной, с неясным политическим будущим.

Если какая-то угроза в действительности, а не иллюзорно и исходит со стороны Севера, то это, скорее всего, опасности техногенного и экологического характера ввиду крайне изношенного состояния объектов ядерного комплекса в Ненбене, а также ненадежности корейских ракет, которые могут залететь "не туда" или потерпеть аварию с выбросом токсичного топлива и падением обломков на территории соседних стран. Вот над этими конкретными практическими вопросами и нужно было бы сейчас призадуматься.

В начале 2003 года Россия, действовавшая тогда чуть более активно на направлении ядерного урегулирования, выдвинула пакетный план решения ядерной проблемы. Он был согласован с Пхеньяном, представлен на рассмотрение другим партнерам. Северокорейцы оценили его достоинства, и многие элементы российского подхода были учтены в Совместном Заявлении от 19 сентября 2005 года - основополагающем документе шестисторонних переговоров. Теперь инициатива перешла в руки других участников. Президент РК Ли Мен Бак недавно выступил с предложением о заключении некоей "большой сделки", которая предусматривала полную ликвидацию северокорейского ядерного потенциала в обмен на экономическую помощь и предоставление Пхеньяну "международных гарантий безопасности".1 Естественно, северокорейцы с ходу отвергли эти идеи, расценив их как очередную попытку "разоружить КНДР в одностороннем порядке"3.

В каком бы формате не велись будущие переговоры по денуклеаризации Корейского полуострова, ясно одно: для достижения прогресса потребуется комплексный подход, поэтапное решение проблем, достигаемое на основе взаимоприемлемых компромиссов и учета законных озабоченностей КНДР по поводу своей безопасности. Россия, как мы пытались показать, имеет опыт участия в такой работе, и сейчас, когда в переговорном процессе возникла затяжная пауза, думается, было бы вполне уместно заняться поиском модели урегулирования, адекватной сегодняшним условиям. Это - непростая задача, в процессе решения которой потребуется постоянная сверка позиций с другими участниками, в первую очередь с КНДР, США и Китаем. Но если мы сможем не плестись в хвосте у событий, а предложить партнерам оригинальные и практичные идеи, которые будут востребованы, то тогда роль России как полноценного участника переговорного процесса вряд ли будет кем-либо ставиться под сомнение.

_______________________

1 “N. KOREA SENDS MILITARY DELEGATION TO CHINA AMID SIGNS OF THAW IN NUCLEAR TALKS», Yonhap News, Seoul, 2009.09.22.

2 “LEE PROPOSES 'GRAND BARGAIN' ON NK NUKES", Korea Times, Seoul, 2009.22.09

3 «N. KOREA REJECTS 'GRAND BARGAIN' NUKE OFFER"», Korea Times, Seoul, 2009.30.09.

Оцените статью
0.0
telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 100 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться