Россия - Армения: укрепление отношений на фоне информационных атак

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 100 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

В недели и месяцы, предшествовавшие официальному визиту Президента России Д. Медведева в Армению, который намечен на 19-21 августа, двусторонние отношения Москвы и Еревана стали предметом оживлённой экспертной дискуссии, которая подтверждает одно: Кавказ, как и всё постсоветское пространство, остаётся полем сложной геополитической игры между Россией, Западом (США и ЕС), Турцией, Ираном и некоторыми другими государствами, пытающимися выступать на «кавказском поле». Ходы в этой игре (например, в форме информационных «утечек», то ли подтверждаемых, то ли опровергаемых сообщений о поставках отдельных видов вооружений, различных намеков и полунамеков, зачастую весьма провокационных) могут иметь подоплеку как внешнего, так и внутреннего свойства.

Основными информационными поводами, вокруг которых развернулась временами достаточно нервная информационная «канонада», стали, с одной стороны, противоречивые сообщения о возможных в ближайшие 1,5 – 2 года поставках зенитно-ракетных систем С-300 в Азербайджан, а с другой – возможная пролонгация российско-армянского договора о военно-техническом сотрудничестве на 49 лет. Согласно проекту изменений в Договоре о российской военной базе на территории Республики Армения, представленному Правительством России к подписанию Президентом Д. Медведевым, «российская военная база в период ее пребывания на территории Республики Армения кроме осуществления функций по защите интересов Российской Федерации обеспечивает совместно с Вооруженными Силами Республики Армения безопасность Республики Армения. Для достижения указанных целей Российская Сторона осуществляет содействие в обеспечении Республики Армения современным и совместимым вооружением, военной (специальной) техникой» (1).

Участниками «обмена мнениями» предсказуемо оказались также и американские эксперты, выражающие демонстративное беспокойство по поводу возможной интенсификации российско-армянских связей в оборонной сфере. Так, аналитик фонда Heritage Foundation Ариэль Коэн проводит прямые аналогии между договором России с Украиной о продлении аренды военно-морской базы в Севастополе до 2042 года и пролонгацией присутствия российской базы в Армении, препятствующей Армении подавать заявку на членство в НАТО. «Российско-армянский протокол делает Россию доминирующей державой на Южном Кавказе, поскольку США и НАТО не готовы к долгосрочному военному присутствию в этом регионе», - беспокоится А.Коэн, полагающий, что благодаря базе в Гюмри Россия обретет способность помешать развертыванию сил США и НАТО на Кавказе в случае возникновения крупномасштабного конфликта с Ираном. В качестве мер противодействия политике Кремля, понимающего, как заявляет А.Коэн, только «язык оружия», этот член Международного дискуссионного клуба «Валдай» советует администрации Обамы «расширить свое военно-политическое сотрудничество со странами Центральной Азии и Кавказа, отменить неофициальное эмбарго на поставки оружия в Грузию и предпринять существенные усилия в сферах энергетики, безопасности и правильного государственного управления».

Между тем Россия развивает военное сотрудничество не только с Абхазией и Арменией, но и с Азербайджаном – здесь и аренда РЛС в Габале, и поставка отдельных видов вооружений, и обучение военного персонала (2). Возможное размещение систем С-300 в Азербайджане вызвало в Ереване серьезное беспокойство, став поводом для достаточно эмоциональных заявлений отдельных политиков и экспертов. Согласно всем законам информационного противоборства, именно эти заявления задали тон последующей дискуссии, не открыв, впрочем, ничего принципиально нового: западные структуры давно и небезуспешно пытаются «переформатировать» общественные настроения в Армении. Это ничуть неудивительно на фоне недостаточной активности российских дипломатических служб вплоть до 2009 года (после чего ситуация начала меняться в лучшую сторону) и наблюдающихся у некоторой части армянского экспертного сообщества сомнений в способности Москвы разговаривать с некоторыми государствами собственным голосом.

Интересно, что доводы о сугубо коммерческой подоплеке возможной сделки с Азербайджаном почти не звучат, а даже если бы и звучали – были бы не совсем убедительными на фоне ранее имевшего место отказа от реализации аналогичной, только гораздо более крупной сделки с Ираном. В Армении (да, думается, и не только там) вряд ли в состоянии внятно объяснить, с чем может быть связана несколько раз на дню менявшаяся позиция относительно поставок ЗРК С-300 в Исламскую Республику, потери от срыва которых гипотетическая сделка с северным соседом Ирана восполнить заведомо неспособна.

За осуществленным газетой «Ведомости» (имеющей вполне определенную прописку) информационным вбросом если и просматриваются интересы каких-либо государств, то уж точно не России. Во всяком случае, она была использована с тем, чтобы внести в российско-армянский диалог накануне визита Президента России в Ереван максимально возможный диссонанс, актуализировать в армянской общественной и экспертной среде чувства обреченности и покинутости Россией, тут же предложив, пусть и неявно, сомнительную «альтернативу» в виде НАТО…

Всё это вряд ли случайно и является лишь проекцией известных тенденций мировой политики на постсоветское пространство, и в частности на Южный Кавказ. Непродолжительная эйфория «перезагрузки» сменилась неясными перспективами ратификации договора СНВ-3 в американском сенате (3), достаточно жёсткой пикировкой по вопросу соблюдения режима контроля над вооружениями и смутными подозрениями относительно разработки принципиально новых видов вооружений, основанных на неядерных технологиях. Видимость единства Москвы и Вашингтона по «иранской» и «афганской» проблемам чем дальше, тем больше будет подвергаться испытаниям – параллельно с сохраняющимися разногласиями по «грузинскому вопросу». События в Центральной Азии и на Кавказе говорят о том, что Запад последовательно реализует свои цели в Российском геополитическом пространстве, максимально ослабляя здесь влияние России и методично «отсекая» РФ от её естественных геополитических партнёров. Например, ухудшение российско-иранских отношений может негативно сказаться на ситуации на Кавказе, а настойчивое выдвижение спецподразделений США в Центральную Азию (4) (в точном соответствии с рекомендациями Ариэля Коэна) способно вызвать трения уже и с Китаем…

На этом фоне демонстрация консолидированной позиции в деле карабахского урегулирования (особенно после известного решения Международного Суда по Косову) будет выглядеть, мягко говоря, не очень убедительной и может побудить Армению (как и Нагорный Карабах) начать более интенсивно выстраивать «страховочные» компоненты национальной безопасности (например, связанные с Ираном). Это уже происходит, как можно видеть по некоторым публичным заявлениям. Иран, как известно, находится по другую сторону Аракса, непосредственно соседствуя с Арменией и Карабахом, а Россия общих границ с Арменией не имеет. Вопрос о том, каким образом планы создания для целей управления вооруженными силами РФ на Кавказе (5) новой системы объединенного стратегического командования «Юг» отразятся на боеспособности будущей группировки, остается открытым. Сообщения о многочисленных трудностях и проблемах в ходе военной реформы, о планах массированной закупки отдельных видов вооружений за рубежом в изобилии поставляются многими авторитетными российскими изданиями… (6)

Все сомнения, порождаемые не совсем простым «текущим моментом», вряд ли связаны с врожденной русофобией армянского истеблишмента. Скорее всего, речь идет о попытках (в ряде случаев идеологически мотивированных) оценить возможное поведение страны в ситуации, при которой цепь событий в регионе карабахского конфликта может вплотную приблизиться к «точке невозврата» и предотвратить возобновление полномасштабных боевых действий (которое ряд экспертов ожидают ближайшей осенью) станет чрезвычайно сложно. Однако, кто бы что ни говорил, российское военное присутствие остается ключевым стабилизирующим фактором на Южном Кавказе.

В то же время любой союзник ценен лишь в том случае, если он готов постоять за себя. При всех проблемах и недопониманиях (зачастую вызываемых искусственно) в российско-армянских отношениях две страны выработали весьма эффективные формы взаимодействия, которые необходимо всячески развивать и укреплять, в том числе совершенствуя имеющуюся нормативно-правовую базу. Очевидное бессилие ОДКБ в ходе июньских столкновений на юге Киргизии делает совершенствование этих механизмов еще более актуальным. Российско-армянское военное сотрудничество является основным гарантом безопасности и стабильности на Южном Кавказе, сохранения наличного баланса сил. Военная база в Армении - фрагмент некогда единой системы военной безопасности, созданной во времена Советского Союза по периметру границ Ирана и Турции. За последние 20 лет ситуация в регионе претерпела качественные изменения, а балканский опыт, постоянные угрозы в адрес Ирана и замашки сверхдержавного «мирового жандарма» привносят дополнительные, очень существенные риски, делая вопрос о хотя бы частичном восстановлении этой системы крайне актуальным.

Локаторы модификаций ЗРК С-300, установленных в Абхазии и Армении, способны обнаруживать и вести сопровождение целей на дальности до 400 км, охватывая таким образом территорию Грузии. По данным источника в Минобороны России, «сейчас работа всех российских средств ПВО в Абхазии, в Южной Осетии и в Армении согласована и может действовать как единое целое» (7). Думается, однако, что формируемая региональная система ПВО имеет пока незавершенный характер и нуждается в дальнейшем совершенствовании, для чего необходима политическая воля. Разговоры о создании единой системы региональной безопасности так и останутся разговорами, пока те или иные государства региона будут подвергаться угрозе артиллерийских и ракетно-бомбовых ударов, чреватых огромными человеческими жертвами и разрушениям.

Именно поэтому размещение тесно взаимодействующих между собой современных видов оборонительного оружия в Абхазии, Южной Осетии, Армении, а в будущем, когда эйфория «перезагрузки» неминуемо улетучится, – в Иране и, возможно, в других странах должно стать неотъемлемой составляющей системы региональной безопасности, гарантирующей народам Кавказа, Ближнего и Среднего Востока мирное существование и развитие.

_______________________________

(1) См.: Постановление Правительства РФ от 26.07.2010 N 562 // Справочно-правовая система «Консультант+».

(2) Дмитриев И. Агдам за газ. Россия поможет Азербайджану отвоевать Нагорный Карабах? // http://versia.ru/articles/2010/aug/11/konflikt_azerbaydzhana_i_armenii

(3) Худшие прогнозы по ратификации СНВ сбываются // http://infox.ru/authority/foreign/2010/08/03/Hudshiye_prognozyy_p.phtml

(4) Подробнее см.: Ядуха В. Россия отказалась от Средней Азии // http://www.rosbalt.ru/2010/08/11/761448.html

(5) В ОСК «Юг» планируется включить 102-я российскую военную базу в Гюмри (Армения), базы в Абхазии, Южной Осетии, Северо-Кавказский военный округ, Черноморский флот, Каспийскую флотилию.

(6) Например, по утверждению А.Храмчихина, «переход от дивизий к бригадам несильно повысил стратегическую мобильность», и «наш потенциал теперь высшей степени ограничен». По мнению этого автора, в случае передачи Грузии бывших в употреблении в странах НАТО танков и самолетов эта страна может получить ощутимое количественное и качественное преимущество перед российской группировкой на Кавказе // Независимое Военное Обозрение. – 2010. – № 30. – с. 5.

(7) Владыкин О. Олимпийская ПВО // Независимая газета. – 2010. – 13 авг.

Оцените статью
0.0
telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 100 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться