Таджикистан в фокусе Wikileaks

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Последние публикации сайта Wikileaks по Таджикистану позволяют гораздо лучше понять механизм конкуренции России и США за влияние в этой стране. Несмотря на то, что опубликованный документ датирован 14 декабря 2005 г. и несет на себе сильный отпечаток ситуации, сложившейся к тому времени, многие долгосрочные факторы, определявшие тогда политику США и России, продолжают действовать до сих пор. Депеша, направленная американским посольством  в Агентство США по международному развитию, посвящена главным образом деятельности в республике западных неправительственных организаций (НПО). В тот период они являлись главным инструментом политики США по демократизации постсоветского пространства, сыграв ключевую роль в организации «революции роз» в Грузии (2003 г.) и «оранжевой революции» на Украине (2004 г.). Это обстоятельство объясняет внимание, которым пользовалась их деятельность со стороны американского посольства в Душанбе.

Документ выдержан в стиле острой конкуренции между Россией и США за влияние в Таджикистане и тем способам, которые позволили бы противодействовать усилению позиций РФ. По мнению автора депеши посла США в Таджикистане Ричарда Хоугланда, «…необходимо зорко следить за действиями России, которая может расстроить политические планы Администрации США и воспрепятствовать ее дипломатическим шагам по трансформации бывших республик СССР в демократическом направлении». Его тревога вызвана тем, что «Россия оказывает постоянное и сильное давление на Таджикистан с целью уменьшить роль и присутствие там США и стран Запада вообще». Поскольку же «давление Москвы на Таджикистан начинает приносить свои плоды», необходимо «выработать новые способы нейтрализации влияния и негативных действий России».

Негативное влияние Москвы, по мнению авторов документа, связано главным образом с тем, что в соответствии с ее советами руководство Таджикистана приступило к ограничению деятельности американских НПО. По данным американского посольства в Душанбе, «в течение второй половины 2004 г. и 2005 г. Россия проводила кампанию по предотвращению «цветных революций» на территории СНГ», утверждая в общедоступных СМИ и дипломатической переписке с таджикским правительством, что «американские демократические неправительственные организации – НПО (в частности, National Democratic Institute, International Republican Institute, Freedom House и Internews) являются тайными орудиями политики США, которые призваны подготовить местное население к свержению «законных властей» в странах СНГ». Более того, «в последнее время целью российского давления стало не только ограничение в Таджикистане деятельности демократических неправительственных организаций США, но и всех западных элементов вообще».

Причины столь острой конкуренции американское посольство видит в том, что «цветная революция» в Таджикистане способна не только существенно ослабить позиции Москвы в республике, но и поставить под угрозу существование ряда критически важных для РФ военных объектов. По мнению Р. Хоугланда, «особое внимание, которое Россия уделяет Таджикистану, объясняется наличием у нее военной базы и других стратегических интересов в этой стране, включая Центр космического слежения, расположенный в Нуреке». «Цветная революция» в Таджикистане может завершиться тем, что Россия будет вынуждена покинуть свои военные объекты в этой республике, которые перейдут к США. Эти подозрения усиливаются тем, что американцы, по мнению Москвы, особенно нуждаются в новых военных объектах после потери базы в узбекском Карши-Ханабаде. Глубинные опасения Москвы связаны с тем, что, получив в свое распоряжение российские военные объекты в Таджикистане, США «имели бы цепь военных баз от Афганистана через Таджикистан до Киргизии», что позволит им «ослабить позиции России и доминировать в Центральной Азии, которую Россия продолжает считать своей «сферой влияния».

Шансы на то, что в Таджикистане произойдет «цветная революция», оценивались американским посольством скептически. «Таджикский народ устал от войны и с недоверием относится к оппозиции, а сам президент Рахмонов все еще достаточно популярен», - утверждается в депеше. К тому же в Таджикистане на тот момент не было «ориентированных на Запад лидеров, похожих на Саакашвили или Ющенко, которые были бы готовы выступить в нужный момент». Тем не менее ограничения деятельности западных НПО в республике вызвало у американских дипломатов большую тревогу. После практически бесконтрольного периода их деятельности, который пришелся в Таджикистане на 1990–начало 2000 гг., руководство республики, отмечается в документе,   «хочет выяснить, какие НПО реально присутствуют в Таджикистане и чем они занимаются». Причем обусловлено это «стремлением Министерства безопасности Таджикистана как-то отреагировать на настоятельные российские советы по предотвращению «цветной революции» и ограничению Западного влияния».

Причем из текста самого документа явствует, что опасения эти, вызванные стремлением сохранить действенный инструмент политического влияния, во многом оказались преувеличенными. Уже на тот момент Таджикистан проводил «многовекторную» внешнеполитическую стратегию, стремясь уравновесить интересы США, России, Китая, Ирана и ЕС с тем, чтобы извлечь из этого максимальную выгоду. США оказывали необходимую Таджикистану помощь в виде финансирования и подготовки кадров для пограничных войск, и терять ее руководство республики явно не хотело. В результате в официальной регистрации таким наиболее проявившим себя в ходе «цветных революций» организациям, как National Democratic Institute и Freedom House было отказано, однако большую часть программ им и далее позволили беспрепятственно осуществлять.

Любопытным моментом конкуренции России и США в Таджикистане является и то обстоятельство, что, по сведениям американских дипломатов, «Москва и российское посольство в Душанбе упорно распространяют возникшие еще в 2004 г. слухи о том, что США якобы тайно убедили таджикское руководство потребовать вывода российских пограничников с границы между Таджикистаном и Афганистаном, которую Россия контролирует еще с 19-го столетия». Между тем обстоятельства ухода российских пограничников из Таджикистана и впрямь выглядели несколько странно. К этому времени они охраняли границу независимого Таджикистана уже почти полтора десятилетия, перехватив тонны наркотиков и задержав сотни нарушителей. Однако руководство Таджикистана неожиданно заявило о намерении охранять границу самостоятельно, хотя утверждения о наличии у него необходимых ресурсов явно не соответствовали действительности. Вскоре после этого в Россию через Таджикистан и Киргизию хлынул афганский героин, который лишился прежнего барьера на таджико-афганской границе.

Инструменты политического влияния России в Таджикистане оцениваются американцами как более эффективные. Если США оказывали республике помощь через западные НПО, которая ввиду затрат на содержание иностранных советников и коррупции среди местных чиновников обходилась слишком дорого, то Россия приступила к осуществлению прямых инвестиций. Под ними имелся в виду заключенный в октябре 2004 г. пакет соглашений о финансировании Россией достройки Сангтудинской ГЭС-1 и Рогунской ГЭС. «До этого ни одно государство, особенно на Западе, не принимало всерьез призывы Рахмонова вкладывать деньги в эти советские промышленные монстры, - утверждается в депеше, - хотя сегодня стало ясно, что они имели некоторую экономическую ценность, особенно для стран Южной Азии». Следствием этих соглашений стал повышенный интерес к участию в инфраструктурных проектах со стороны Китая и Ирана, тогда как западные компании особого интереса к Таджикистану не проявляли.

Влияние России в Таджикистане на тот момент явно оценивалось как более сильное. По сведениям американцев, «...сотрудники российского посольства в любое время имеют неограниченный доступ в правительственные учреждения Таджикистана и порой являются туда без предварительного согласования», тогда как «другие посольства вынуждены для решения обычных, повседневных вопросов средней важности направлять властям дипломатические ноты, ответ на которые нередко приходит после долгих проволочек». Еще большего внимания заслуживает то обстоятельство, что «…в Министерстве безопасности Таджикистана полностью доминирует влияние российских секретных служб. При этом точка зрения Министерства безопасности нередко получает приоритет в Аппарате президента и ключевых министерствах, таких как Минюст, отвечающий за регистрацию иностранных НПО, а также таджикских СМИ и политических партий».

Не следует, однако, забывать, что депеша посольства США в Таджикистане датирована декабрем 2005 г., а ситуация с этого времени успела существенно поменяться. Если Сангтудинскую ГЭС-1 Россия достроила, то ее участие в строительстве Рогунской ГЭС до сих пор находится под вопросом. Заняв выжидательную позицию в «водном» конфликте Узбекистана и Таджикистана, Россия тем самым дистанцировалась от интересов последнего, что в начале 2009 г. привело к заметному охлаждению российско-таджикских отношений. Так что информация о возможностях посольства и спецслужб России в Душанбе на сегодняшний день может оказаться сильно преувеличенной.