Возвращение переговоров Белграда и Приштины в ООН – единственно верный путь

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Российско-сербские отношения выходят на новый уровень. Расширяется круг связывающих две страны инвестиционных проектов,  ключевое значение среди которых имеет строительство газопровода «Южный поток». В ходе визита премьер-министра Сербии Ивицы Дачича в Москву 9-11 апреля стороны подписали большой пакет документов, включая Соглашение между правительством Российской Федерации и правительством Республики Сербия о предоставлении Сербии государственного финансового кредита. Россия выступила с предложением взять на себя финансирование строительства участка газопровода, проходящего через Сербию, с тем чтобы Сербия впоследствии погасила свою долю инвестиций из тарифов за транзит газа по её территории (1).

Затрагивался на переговорах в Москве и косовский вопрос. Для сербского руководства, отметил И.Дачич, приоритетом является вступление в ЕС, учитывая, что географическое положение страны не позволяет Сербии присоединиться к евразийским интеграционным процессам (2). Однако на пути к обретению Сербией членства в Евросоюзе главным препятствием является требование Брюсселя об установлении добрососедских (как с независимым государством. – А.Ф.) отношений Сербии с так называемой Республикой Косова. Причем в Евросоюзе настаивают на получении зримых результатов переговорного процесса в предельно сжатые сроки. В результате сербское руководство оказалось в жестких тисках, став заложником выбора курса на евроинтеграцию.

Движение в Евросоюз коренным образом расходится с национально-государственными интересами Сербии в том, что касается сохранения её территориальной целостности, суверенитета и Основного закона. Отсюда – двойственность, прозвучавшая и в словах сербского премьера: «С одной стороны, мы никогда не согласимся с провозглашением независимости Косова в одностороннем порядке»; с другой стороны – необходимо продолжать диалог с Приштиной, «конечно, не соглашаться со всем, что нам предлагают, – то, что было сейчас на столе, мы с этим не могли согласиться. Но мы готовы продолжать переговоры» (3).

По сути, итогом переговоров Белград – Приштина под эгидой ЕС стал тупик. Как посредник, так и косовская сторона, исходя из постулата о независимости Косова, были готовы принять лишь полную капитуляцию сербской стороны. Противостоять объединенным усилиям Брюсселя и Приштины было практически невозможно, учитывая и то, что международные позиции Сербии в своё время были подорваны варварскими бомбардировками НАТО.  Переговоры под эгидой ЕС отчетливо показали: Сербию превращают в объект международной политики, лишая - в данном формате переговоров -  инструментов защиты своих национальных интересов.

Давление Западного блока в части условий и сроков окончания переговоров с Приштиной побудило Белград задуматься о возможности поддержки в этом вопросе со стороны России, ранее отстранённой от переговорного процесса совместными действиями США, ЕС и режима Б.Тадича. В 2007 г. представители ЕС и США в одностороннем порядке заявили, что переговоры по статусу Косова  в рамках Совета Безопасности ООН не увенчались успехом, в связи с чем косовский вопрос должен решаться исключительно под патронатом Евросоюза и НАТО.

Прямым следствием вывода переговоров за рамки ООН стало одностороннее провозглашение независимости Косова в 2008 г. Международный суд ООН в июле 2010 г. придал акту сецессии видимость легитимности, постановив, что «Декларация о независимости Косова» не противоречит нормам международного права. Политическое давление ЕС на Сербию (главы дипломатии Германии и Великобритании посетили тогда Белград) привело к согласию режима Б.Тадича  закрепить достигнутый Приштиной успех: сербская резолюция в Генеральной ассамблее ООН была изменена.  В результате ГА ООН в сентябре 2010 г. констатировала, что позиция Международного суда соответствует международно-правовым нормам, а диалог между Белградом и Приштиной приветствуется при посредничестве Европейского союза.

Переговоры команды Борко Стефановича (2011 год) неуклонно вели к признанию независимости Косова де-факто. Связав себя данными при Б.Тадиче обязательствами по переговорам в отношении выполнения парафированных Б.Стефановичем, но не подписанных соглашений, а также посредничества ЕС, правительство Сербии оказалась в ситуации, когда надо было либо отвергнуть «европейское решение», диктуемое Брюсселем, либо отказаться от Косова.

Потребовались годы, чтобы с неумолимой ясностью пришло осознание того, что аппетиты Запада только растут (от ультиматума Ангелы Меркель Б.Тадичу до германского же ультиматума из «семи пунктов», предъявленного нынешним властям Сербии) - и ничего другого здесь быть не может. Аргументы сербской стороны Запад не слышит. Интересы сербов не учитываются даже в минимальном объеме. У Сербии нет шансов самостоятельно выбраться из ситуации дипломатического и политического тупика,  иначе как приняв  условия капитуляции. Это острый рецидив политики силового давления. 

О непростой ситуации, в которой оказалось сербское руководство, могут свидетельствовать несколько заявлений, сделанных в последнее время.

10 апреля 2013 года в ходе переговоров с председателем правительства РФ И. Дачич признал: «Если мы хотим, чтобы Россия более активно участвовала в этом процессе,  мы должны консультироваться относительно каждого нашего шага, которые мы делаем по этому вопросу, и не делать каких-то односторонних движений, которые потом очень трудно исправить, как, например, сделанное без консультаций предложение Генеральной ассамблее ООН о переносе переговоров в Европейский союз. И они сейчас находятся на уровне Европейского союза. А сейчас Сербия просит Россию, чтобы ей помогли вернуть эти переговоры в рамки ООН» (4).

А уже 11 апреля 2013 года в эксклюзивном интервью «Голосу России» он заявляет: «Сейчас, когда у нас имеются проблемы с Евросоюзом, ожидать, что Россия как-то исправит это решение, было бы некорректно и нереально. К тому же очень сложно предсказать последствия такого шага. В любом случае мы рассмотрим все возможности» (5).

14 апреля вице-премьер правительства Сербии А.Вучич отметил стремление Белграда достигнуть соглашения с «международным сообществом» и Приштиной, если оно будет удовлетворять «нашим (сербским. – А.Ф.) элементарным государственным и национальным интересам» (6). В тот же день И.Дачич выразил готовность вести переговоры с Приштиной напрямую, без посредников (7), но эту идею отверг «косовский премьер» Хашим Тачи.

Решение косовского вопроса, как многократно указывала российская сторона, должно стать универсальным для всех подобных случаев - а таких «замороженных конфликтов» в Европе довольно много.  Косово как возможный прецедент не должно стать опасным для мира и европейской безопасности, учитывая, что рисков в этом плане больше чем достаточно: наркотрафик глобального уровня, разнообразная криминальная активность косовских кланов, американская база «Бонстил», тяготение к созданию Великой Албании с формированием мощного центра исламского радикализма и терроризма, непрекращающееся насилие в отношении сербского населения. 

Возвращение переговоров Белграда и Приштины в ООН – единственно возможный путь к решению косовского вопроса на основе равноправия, баланса интересов и взаимного уважения.

(1) Российско-сербские межправительственные переговоры 10 апреля 2013 // http://government.ru/special/docs/23846/
(2) http://www.ruserbia.com/politics/1143-ivitsa-dachich-rossiya-na-nas-zli…
(3) http://www.b92.net/info/vesti/index.php?yyyy=2013&mm=04&dd=11&nav_categ…
(4) Российско-сербские межправительственные переговоры  10 апреля 2013 // http://government.ru/special/docs/23846/
(5) http://rus.ruvr.ru/2013_04_11/Ivica-Dachich-Mi-hotim-maksimalnogo-sbliz…
(6) http://srb.fondsk.ru/news/2013/04/14/srbiia-zheli-da-postigne-sporazum-…
(7) http://fakti.org/serbian-point/dacic-rusija-je-kljucni-faktor-razvoja-i…