1 ноября в Молдавии состоялись выборы президента. После обработки 100% голосов победительницей первого тура стала лидер оппозиционной прозападной Партии действия и солидарности Майя Санду, собравшая 36,16% голосов, у Игоря Додона – 32,61% избирателей.

План ликвидации Молдавии как государства действует

Уклончивая многовекторность Додона проигрывает твёрдой ориентации Санду на Запад

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

1 ноября в Молдавии состоялись выборы президента. После обработки 100% голосов победительницей первого тура стала лидер оппозиционной прозападной Партии действия и солидарности Майя Санду, собравшая 36,16% голосов, у Игоря Додона – 32,61% избирателей.

Если иметь в виду, что на предыдущих президентских выборах в октябре 2016 года Додон получил 47,9% голосов, а Санду – 38,7%, динамика изменений за четыре года президенства Додона очевидна. Причиной во многом – многовекторность политики Кишинёва. «Мы хотим дружить не только с ЕС, с которым правительство подписало в 2014 году соглашение об ассоциации, но и с Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС), с Россией, отношения с которой заметно охладели за десятилетие пребывания у власти коалиции проевропейских партий»,объясняет Додон.

Игорь Додон

Зато у выпускницы Гарварда Майи Санду никакой многовекторности. Она убеждена, что у Молдавии только один путь – интеграция с Румынией (под «интеграцией» имеется в виду постепенное поглощение Румынией Республики Молдова). И пока что уклончивая многовекторность Додона проигрывает принципиальной ориентации Санду на Запад.

…Автору этих строк приходилось бывать в Республике Молдова в составе делегаций Санкт-Петербурга. Виз для российских граждан в Молдову нет, но пограничник на паспортном контроле в аэропорту Кишинёва передаёт российские паспорта человеку в форме, стоящему у него за спиной, а тот повторно начинает расспрашивать, зачем, мол, приехали. Хотя едем в Комрат, столицу автономного территориального образования (АТО) Гагаузия в рамках Республики Молдова, везём подарок от губернатора Санкт-Петербурга – набор детских книг для первоклассников к 1 сентября (дойдут ли эти книги до детей, мы никогда не узнаем).

Разговариваем с водителем машины, везущей нас из Кишинёва. «Сколько получаю в месяц? Если перевести с наших лей – около 5 тысяч рублей. А горбатиться приходится утра до вечера. Когда был СССР, за один рубль можно было шесть буханок хлеба купить, а сейчас? Работы нет, все уезжают. У меня, например, сын живет и работает в Санкт-Петербурге, а племянница – в США. Как выживаем? Огородом! А как иначе?»

Комрат – город небольшой, но всякого попавшего в него из России поражает, что все вывески в нём – на русском языке. На русском говорят и жители столицы Гагаузии, хотя в этой автономии государственными являются три языка: гагаузский, молдавский и русский. И все три дня в Гагаузии мы везде слышали только русский язык, хотя родной язык у гагаузов близок к турецкому. При этом гагаузы в своём большинстве – народ православного вероисповедания.

По переписи 2004 года в Республике Молдова насчитывалось 155,6 тысячи гагаузов. Сейчас их не более 120 тысяч. Уезжают. Нет работы – нет жизни. В уложении АТО Гагаузия сказано, что, если Молдова войдёт в состав Румынии (эта перспектива постоянно витает в воздухе), гагаузы оставляют за собой право на самоопределение.

Башкан (высшее должностное лицо) Гагаузии Ирина Влах говорит: «В вопросе сотрудничества с Россией мы зашли достаточно далеко, начиная с культуры и заканчивая экономическими вопросами… Только в 2016 году нам поступила гуманитарная помощь на 24 млн леев. Речь идёт о пожарных машинах, о технике для муниципальных хозяйств, автобусах».

А председатель Ассоциации производителей вин Гагаузии Константин Сибов рассказывает: «В СССР все пили молдавские вина, а сейчас у вас их нет. Грузинские вина, например, в России продаются, а наших, вин из Гагаузии, нет! Почему? А ведь у нас есть еще прекрасные сливы, был замечательный табак. Помните, сам Сталин предпочитал табак из папирос «Герцеговина Флор», а где этот табак сейчас? Должен вам прямо сказать, что единственное место на планете, где сегодня русских любят больше, чем они сами себя, это – Гагаузия!» – восклицает К. Сибов и заканчивает стихотворной строчкой: «Нет на свете крепче уз, чем русак и гагауз!»

Однако все эти слова не скрывают тревоги. Время уходит, а серьёзных достижений в развитии сотрудничества между Россией и Гагаузией нет. Тем временем расширяется присутствие Турции, которая рассматривает гагаузов как часть тюркского мира. Турки развивают в Гагаузии ряд экономических проектов, построили образовательный комплекс. В Комрате открыто Генеральное консульство Анкары, недавно там побывал Эрдоган. Из Молдовы Эрдоган вернулся домой с высшей государственной наградой – орденом Республики и с орденом Гагауз ЕРИ – высшей наградой Гагаузии. Значит, есть за что. А вот вице-премьера России Дмитрия Рогозина некоторые объявили в Молдавии персоной нон грата.

Если говорить о Кишинёве, то влияние Запада ощущается сильно. Постоянно говорят о проекте Unirea-2018 (Объединение-2018). «План по исчезновению Молдавии как государства существует… Уже есть бюджет, люди. Исполнители – румынские коллеги под руководством США», – говорит директор кишинёвского Института проблем безопасности, бывший замминистра иностранных дел Валерий Осталеп.

…В Кишиневе мы побывали в одной из крупнейших типографий. Повсюду горы готовых к отправке книг и брошюр с надписями: «Издано при помощи USAID». Наш подарок для первоклассников выглядел на этом фоне жалко. А книги на русском языке в Молдавии вообще не издаются.

Вся республика опутана сетью западных НКО и фондов. Согласно данным USAID, в 2012 году в Молдавии было зарегистрировано более 8200 «организаций гражданского общества». Сейчас их больше. Незадолго до выборов депутат Партии социалистов Богдан Цырдя презентовал книгу о сети НПО, финансируемой из-за рубежа. Количество НПО в республике выросло с 38 в 1991 году до 7 тысяч в 2007 году. Вот это работа! К 2020 году таких НПО в небольшой Молдове стало уже 14 тысяч. «Это позволяет НПО проникать во все госструктуры: парламент, администрацию президента, Национальный центр борьбы с коррупцией…» – говорит Цырдя.

Деньги для молдавских НПО поступают от Фонда Сороса, Национального фонда за демократию (NED) и Европейского фонда за демократию (EED). По некоторым оценкам, эти средства превышают государственный бюджет Республики Молдова.

Хорошо, что Игорь Додон оптимист и возвещает о своих надеждах выиграть у Майи Санду во втором туре. Только на чём его надежды основаны?