80-летие МВФ: опасная «мутация» юбиляра, о которой сегодня почти не вспоминают

80-летие МВФ: опасная «мутация» юбиляра, о которой сегодня почти не вспоминают

Вашингтонский консенсус и сегодня живее всех живых?

У Международного валютного фонда (МВФ) есть три даты рождения. Первая – 22 июля 1944 года, когда участники международной валютно-финансовой конференции в Бреттон-Вудсе утвердили хартию МВФ. Вторая – 27 декабря 1945 года, года вступили в силу документы, принятые на конференции в Бреттон-Вудсе после их ратификации 27 государствами. Третья – 1 марта 1946 года, когда МВФ начал свою работу (в этот день был выдан первый кредит, получателем его была Франция). Если ориентироваться на первую дату, то уже через четыре месяца наступит 80-летие Фонда. Серьезный повод для того, чтобы оценить работу МВФ и поразмышлять о его будущем. 

Напомню, что на конференции в Бреттон-Вудсе Фонд был задуман как важный элемент общей конструкции послевоенной валютно-финансовой системы. Участники конференции согласились с тем, что основой этой системы будет доллар США, который будет основной валютой международных платежей и расчетов, а также резервной валютой. Соединенные Штаты брали на себя обязательство проводить свободный размен долларов на золото из своих резервов денежным властям других стран. Был определен фиксированный золотой паритет американской валюты – 35 долларов за тройскую унцию. Важнейший принцип валютно-финансовой системы Бреттон-Вудса – поддержание стабильных (фиксированных) обменных курсов национальных денежных единиц. Достижение такой стабильности должно обеспечиваться за счет поддержания равновесия платежных балансов стран-членов МВФ. В случае существенных и затяжных нарушений такого равновесия утвержденные курсы валют (по отношению к доллару США) могут пересматриваться. Но это крайняя мера. Для недопущения этого странам могут предоставляться кредиты. Вот для такого кредитования и был задуман Международный валютный фонд. На конференции в Бреттон-Вудсе было также принято решение об учреждении Международного банка реконструкции и развития (МБРР). Он предназначался для кредитования инвестиционных проектов, содействия общему экономическому развитию стран. А МВФ в отличие от МБРР был задуман для выдачи стабилизационных кредитов, помогающих выравнивать платежные балансы и поддерживать фиксированные курсы национальных денежных единиц. 

Первые два десятилетия МВФ в первую очередь помогал странам Европы, у которых были хронически дефицитные балансы – торговые и платежные. В 60-е годы Фонд стал постепенно переориентироваться на развивающиеся страны. Во второй половине 60-х гг. высветились серьезные трещины в конструкции валютно-финансовой системы Бреттон-Вудса. В частности, Вашингтону стало трудно поддерживать золотой паритет доллара. Резервы драгоценного металла США таяли. В ноябре 1967 года произошла серьезная девальвация британского фунта стерлингов. И т. п. 

В первой половине 1970-х гг. происходило стремительное разрушение конструкции системы Бреттон-Вудса. Пожалуй, самым ярким и значимым событием стало заявление 15 августа 1971 года американского президента Ричарда Никсона о том, что Казначейство США прекращает размен долларов на золото. В марте 1973 года все страны окончательно отказались от поддержания фиксированных курсов своих денежных единиц, они отправились в «свободное плавание». 

В январе 1976 года была проведена международная валютно-финансовая конференция в Кингстоне (Ямайка), на которой официально была зафиксирована смерть системы Бреттон-Вудса. На смену золотодолларовому стандарту пришел бумажно-долларовый стандарт. В новой (ямайской) системе не предусматривалось никакой фиксации валютных курсов. Странам даже рекомендовалось отходить от «предрассудков» прошлого, когда они для стабилизации валютных курсов своих денежных единиц вводили ограничения на свободное движение капитала. 

А если валютные курсы могут плавать, зачем тогда нужен Международный валютный фонд как «скорая помощь», которая выдает кредиты, стабилизирующие платежные балансы? В конце 1970-х годов высказывались предположения, что Фонд вообще следует упразднить. Были также предложения перепрофилировать МВФ под решение новых задач. 

И в 80-е годы действительно произошло перепрофилирование Фонда. Причем оно происходило как-то незаметно, без особого афиширования. Напомню, что происходило в мире на рубеже 70-80-х годов. 

Я уже писал о том, что в середине 1970-х гг. родился нефтедоллар. В 1973-74 гг. в мире произошел энергетический кризис, в результате которого цены на черное золото подскочили в четыре раза. В 1979 году был еще один скачок цен на нефть, который получил название второго энергетического кризиса (спровоцированного революцией в Иране). Саудовская Аравия и другие страны ОПЕК стали направлять свои гигантские долларовые доходы в банковскую систему США. А американские банки за счет этих денег стали наращивать кредитование стран Латинской Америки и других стран третьего мира. 

В 1979 году во главе Федеральной резервной системы США стал Пол Волкер. Он сразу же приступил к проведению денежно-кредитной политики, которую позднее назовут «шоком Волкера». Началось резкое повышение ключевой ставки ФРС США, которую Волкер постепенно довел до 20%. «Шок Волкера» стал шоком не только для американских компаний, но также для стран третьего мира. Ведь те кредиты, которые они получали от американских банков имели плавающую процентную ставку. «Шок Волкера» спровоцировал резкий рост обязательств развивающихся стран по полученным кредитам. Возник мировой долговой кризис, пик которого пришелся на 1982-83 гг. 

Вот в это время и началось активное перепрофилирование МВФ. Перед ним была поставлена задача оказания тонущим в мировом долговом кризисе странам помощи. Но на самом деле – помощи банкам-кредиторам по взысканию долгов с этих стран. 

Теперь Фонд обещал выдавать кредиты не под стабилизацию валютного курса, а для рефинансирования образовавшихся гигантских долгов стран третьего мира. Но выдача кредитов Фонда обставлялась целой кучей условий. Суть этих условий – полная перестройка экономической политики государства-должника, создание максимально благоприятных условий для ведения бизнеса западному, в первую очередь американскому, капиталу. Теперь кредиты Фонда следовало определять не как «стабилизационные», а как «связанные», т. е. обусловленные многими требованиями, порой даже политическими. 

Буквально за год-два Фонд превратился в институт, который американский экономист Уильям Энгдаль назвал «долговым полицейским на службе у нью-йоркских банков». Вот что он пишет в своей книге «Боги денег»: «Условия предоставления кредитов МВФ и согласие страны подписать договор с МВФ были частью программы, разработанной официальным представителем США в МВФ Ирвином Фридманом, который позднее был вознагражден за свою работу высокой должностью в «Ситикорп». МВФ… был создан в 1944 году в Бреттон-Вуде, чтобы стабилизировать валюту и торговые отношения индустриальных стран. И теперь фонд осваивал абсолютно новую задачу – стать долговым полицейским на службе у нью-йоркских банков».

Парадоксально, но та «помощь», которую оказывал Фонд потерпевшим странам, внешние долги этих стран не уменьшала, а увеличивала. Все начиналось с «содействия в реструктуризации долгов». Такая реструктуризация лишь растягивала сроки погашения кредитов, но в результате увеличивались сроки обслуживания долга. Таким образом, увеличивались суммы выплачиваемых процентов.

По данным ведущей швейцарской страховой компании Swiss Re, общая сумма иностранных займов для всех развивающихся стран, включая как долгосрочные, так и краткосрочные, за пятилетний период 1982-1987 гг. выросла в полтора раза – с 839 млрд долл. до почти 1300 млрд долл. Практически весь этот прирост был обусловлен не новыми кредитами, а реструктуризацией старых. 

ВАМ БУДЕТ ИНТЕРЕСНО:
Шольц и Макрон Украинское яблоко германского раздора
Израиль против Палестины, зачистка Рафаха: вода и газ – не для Газы

В упомянутой выше книге «Боги денег» Энгдаль приводит цифры, которые демонстрируют «эффективность» работы Фонда, сменившего роль «скорой помощи» на роль «долгового полицейского». Ссылаясь на данные Всемирного банка, он сообщает, что за период 1980-1986 гг. 109 стран-должников выплатили только процентов на сумму 326 миллиардов долларов. Плюс к этому их выплаты основного долга по тем же займам составляли 332 миллиарда долларов. Итого общая сумма выплат по обслуживанию и погашению долгов составила 658 миллиардов долларов. При этом первоначальная сумма долга (на начало 1980 года) у 109 стран составляла 430 миллиардов. Благодаря «содействию» Фонда в 1986 году эти 109 стран имели задолженность перед внешними кредиторам на сумму в 882 миллиарда долларов. Таким образом, за 1980-1986 гг. долговое бремя не уменьшилось, а выросло более чем в два раза! «Это была невероятная долговая трясина», – отмечает Энгдаль. 

Поскольку главным «акционером» в Фонде изначально были США и таковыми они оставались и в 80-е годы, то основным бенефициаром перепрофилирования деятельности МВФ оказались, естественно, Соединенные Штаты. Энгдаль ссылается на исследование, проведённое Хансом К. Расмуссеном по заказу датского комитета ЮНИСЕФ, акцентирует внимание на том, что с начала 1980х годов происходила массивная перекачка капиталов из хронически безденежного третьего мира в основном на покрытие дефицита в США. Всего за 80-е годы было перекачано 400 млрд долл., за счет этих средств было покрыто около 43% дефицита федерального бюджета США в указанный период времени. Энгдаль так комментирует эти цифры: «Это был фактический империализм или, как некоторые это называли, неоколониализм под маской технократии МВФ».

Много интересного о том, как работали в 80-е годы МВФ и другие международные финансовые и экономические организации в интересах США можно узнать из книги «Исповедь экономического убийцы». Ее автор Джон Перкинс прямо называет деятельность этих институтов «убийством экономик» стран третьего мира.

Перестройка деятельности МВФ в 80-е годы происходила на ходу, без особых консультаций с большинством стран-членов Фонда. Главными консультантами Фонда в эти годы были Министерство финансов США и банки Уолл-стрит. Постепенно в ходе этой перестройки стал складываться свод правил и принципов, которыми должны руководствоваться страны, претендующие на получение кредитов Фонда. Такой свод получил название «Вашингтонский консенсус» (ВК). 

История ВК такова. В 1989 году на свет появляется работа английского экономиста Джона Уильямсона (John Williamson) под названием «Перестройка Латинской Америки: что произошло?» (Latin American Adjustment: How Much Has Happened?). Автор книги – сотрудник частного Института международной экономики (Institute for International Economics), также называемого Институтом Петерсона (Peterson Institute), базирующегося в Вашингтоне. В работе Уильямсона анализируется набор рекомендаций, которые предлагались в 80-е годы Фондом странам Латинской Америки и которые были воплощены в жизнь. Опыт Фонда был обобщен и разложен по полочкам. Судя по всему, работа была написана по заказу МВФ. Фонд в своей практической работе с любыми странами (не только латиноамериканскими) стал руководствоваться набором рекомендаций из исследования Уильямсона. Их тогда стали называть «Вашингтонским консенсусом». Откуда такое название? Рекомендации согласовывались в Минфине США и предназначались для МВФ и Всемирного банка. Офисы всех трех организаций находятся в столице США городе Вашингтоне. Термин ВК не является официальным, однако сотрудники Фонда знают, что это такое и иногда используют термин в рабочем обиходе. Даже на официальном сайте МВФ имеются материалы, в которых фигурирует термин «Вашингтонский консенсус». 

Антиглобалисты называют ВК «символом веры» глобалистов и сторонников экономического либерализма. За три с половиной десятилетия «Вашингтонский консенсус» не претерпел никаких изменений. ВК – заповеди, или инструкции для «экономических убийц». Среди них: приватизация государственных предприятий (и любой другой госсобственности), либерализация внутренних финансовых рынков, независимость центрального банка от государства, дерегулирование экономики, «оптимизация» (читай: максимальное сжатие) государственного бюджета, либерализация внешней торговли, ликвидация ограничений для трансграничного движения капитала и вывода доходов иностранных инвесторов из страны, свободный обменный курс национальной валюты и др. 

Итак, в течение второй половины своей жизни Фонд стал заниматься совсем не тем, что было задумано 80 лет назад на конференции в Бреттон-Вудсе. В нынешнем виде Фонд имеет ярко выраженные признаки института, действующего исключительно в интересах Запада и особенно США как главного его «акционера».