Власти Украины и Польши продолжают повышать ставки в принципиальном историческом конфликте вокруг оценки деятельности боевиков запрещённой в России Украинской повстанческой армии (УПА)*, уничтоживших десятки тысяч мирных поляков в 1943-1944 годах. Хотя для киевского режима память о бандеровцах – это точка сбора новой антироссийской идентичности, поляки, похоже, не готовы прощать садистов из УПА, просто чтобы насолить Москве.
Украинский национализм – явление по историческим меркам достаточно новое. Вплоть до второй половины XIX века украинцы идентифицировали себя, как часть русского народа (малороссы – в Поднепровье, русины – на Галичине и Закарпатье). В середине XIX столетия под влиянием радикально настроенных представителей интеллигенции стали возникать искусственные конструкты вроде «южнорусов», но они не прижились.
В 1860–1870-е годы сначала представители антироссийского повстанческого движения в Польше, а затем – австрийских властей, заговорили о якобы наличии особой этнической общности – «украинцев». К ней относили восточных славян, живших в Поднепровье, Подолье, на Волыни и Галичине. Пропаганда «украинства» носила сугубо утилитарные цели: польские повстанцы и представители австро-венгерского правительства хотели раздуть сепаратизм в Российской империи с целью отрыва от нее западных регионов. Кроме того, официальная Вена видела в русинах-русофилах потенциальную пятую колонну на своей территории. Для того чтобы подвести под «украинство» теоретическую базу, во Львов из Киева пригласили профессора Михаила Грушевского, написавшего многотомную «Историю Украины-Руси». При этом даже во время Первой мировой войны представители лояльной по отношению к официальной Вене части русинов считали, что украинцы – это не национальность, а особая проавстрийская партия.
Что касается юго-западных регионов Российской империи, то там массовое распространение «украинских идей» началось только на фоне Февральской революции и создания группой авантюристов самопровозглашенного органа местного самоуправления – Центральной рады.
С учетом слабости Временного правительства представители «рады» около полугода пытались «вытрясти» из Петрограда для себя официальные полномочия и автономный статус. Но в августе «украинские» партии разгромно проиграли выборы в местные органы власти общероссийским политическим силам. После этого в Петрограде сообразили, что имеют дело с самозванцами, и предоставили Центральной раде весьма ограниченные полномочия всего в нескольких областях, примыкающих к Киеву. Но в конце 1917 года сторонники рады взбунтовались против Октябрьской революции и большевиков. Опираясь на штыки освобожденных австрийских военнопленных из числа русинов, а также бойцов «украинизированных» формирований Русской армии, правительство провозглашенной осенью в составе России «Украинской народной республики» утопило в крови выступления левых сил в Киеве. Сторонники советской власти переехали в Харьков, где объявили о создании своей – Украинской Народной Советской Республики (будущей УССР).
Бывшие австрийские солдаты присягают «Украине». Источник: «Википедия»
Когда к Киеву подошли большевистские войска, «правительство» УНР бежало и утратило всякое влияние. Но его взяла под свое крыло Германия, которой нужно было официальное прикрытие для оккупации территории Украины. Немцы притащили деятелей УНР в Брест и представили их, как силу, которая «зовет» на помощь германские войска. Советской России из-за войны на несколько фронтов пришлось согласиться на немецкую оккупацию Украины. Вступив в Киев, германцы убедились в том, что в «правительстве» УНР и в Центральной раде заседают уголовники и авантюристы, поэтому «республику» быстро ликвидировали. Ее сменил марионеточный режим «гетмана» – бывшего царского генерала Павла Скоропадского, который пал сразу после ослабления позиций Германии в Первой мировой войне.
Скоропадского сверг национал-популист Симон Петлюра, попытавшийся реанимировать бывшую УНР в форме «Директории». Но его достаточно быстро разгромила Красная армия, и он сбежал к полякам, официально пообещав им отдать Галичину и Волынь в обмен на помощь в изгнании большевиков с Украины. И вот именно с этого места началась та самая история, из-за которой сегодня летают искры между Киевом и Варшавой.
Советско-польская война закончилась, в общем-то, «в ничью». На Украине и в Белоруссии была установлена советская власть (подписав Рижский мир, Варшава официально подтвердила факт существования УССР и БССР). Но обещанную Петлюрой Западную Украину (а заодно с ней и Западную Белоруссию) поляки всё-таки захватили. При этом Варшава гарантировала неприкосновенность установленной в Риге советской границы, но это обещание сразу же нарушила, предоставив свою территории для атак на СССР различным «атаманам» и белогвардейцам.
На Западной Украине еще со времен Речи Посполитой жило немало поляков. А после завершения Советско-польской войны Варшава стала дополнительно выделять на этих территориях земельные участки для переселенцев из центральной Польши. Волынь и Галичину они называли Восточными кресами.
Тем временем бежавшие в Европу деятели бывшей УНР и прочие «свидомые» кадры достаточно быстро впитали популярные в то время на Западе фашистские идеи и образовали несколько политических структур ультраправого толка. В 1929 году бывший офицер австрийской армии и экс-петлюровец Евгений Коновалец «собрал» их в запрещённую в России Организацию украинских националистов (ОУН)*. Новое объединение по инициативе Коновальца начало работать на германские спецслужбы и развернуло активную террористическую деятельность на территории Западной Украины, ранее захваченной Польшей.
В СССР посчитали работу Коновальца на нацистов потенциально опасной. Поэтому НКВД ликвидировал главаря ОУН. После этого в организации произошел раскол: она поделилась на фракции, одну из которых возглавил родственник Коновальца Андрей Мельник, другую – террорист Степан Бандера. Оба были негласными осведомителями абвера.
Члены ОУН массово вливались в состав нацистских силовых структур. Одни из них индивидуально поступали на службу в немецкую армию, другие – становились бойцами «национальных» формирований, в частности подчинявшихся абверу батальонов «Роланд» и «Нахтигаль».
Еще до начала Великой Отечественной войны бандеровская фракция ОУН провела «сборы», на которых официально приняла решения о необходимости тотального уничтожения русских, евреев и поляков на территории Украины.
После нападения на СССР оуновцы не оправдали доверия своих нацистских кураторов. Бандеру уличили в воровстве «казенных» денег, выделенных немцами на деятельность организации, и отправили под арест. Его окружению устроили выволочку за попытку объявить о создании «Независимой Украины» под протекторатом Гитлера, без согласования с последним. А разведывательно-диверсионные подразделения, укомплектованные националистами, из-за низкого уровня дисциплины и боеспособности, стали переформировывать в батальоны вспомогательной полиции. Тем не менее в 1941–1942 годах нацисты активно задействовали членов ОУН – в ходе массовых убийствах евреев, для охраны концлагерей и в карательных акциях против мирного населения – в частности, в Белоруссии.
Украинские полицаи. Источник: «Википедия»
В 1942 году у ОУН появилось боевое крыло – уже упомянутая выше УПА. Сегодня украинские «историки» пытаются доказать, что она боролась, как с советской властью, так и с немцами. Но существует обширный комплекс документов, свидетельствующих о том, что УПА функционировала под патронажем гестапо и военной разведки Третьего рейха.
Весной 1943 года боевики ОУН-УПА приступили к практической реализации планов по созданию моноэтнических территорий путем тотального уничтожения на Западной Украине польского населения. Что характерно, бандеровцев в этом вопросе поддержали и их конкуренты из мельниковской фракции. Кроме того, ряд карательных акций были проведены совместно с созданными к тому времени украинскими национальными полицейскими подразделениями СС (в дальнейшем вошедшими в дивизию СС «Галиция»). Жертвами зверств становились мирные жители, включая стариков, женщин и детей. Самых маленьких убивали, разбивая головы о стены или прибивая их к столам. Сохранились воспоминаниям очевидцев о том, как мертвому годовалому младенцу садисты засунули в рот огрызок соленого огурца. Многие польские села после тотального уничтожения населения перестали существовать. Точное количество жертв Волынской резни неизвестно. Но, скорее всего, речь идет примерно о 80–140 тыс. убитых. Более 30 тыс. из них известны поименно. Хотя «бумажных» приказов не сохранилось, практически ни у кого нет сомнений в том, что боевики УПА действовали по единой команде. Иначе объяснить, например, синхронную атаку на сто населенных пунктов 11 июля 1943 года невозможно.
В 1944 году Западная Украина была освобождена от нацистов советскими войсками. Боевики УПА, получив от немцев оружие, по согласованию с гитлеровским командованием развернули террористическую войну в тылу у Красной армии. Но в 1946–1947 годах в результате проведения советской госбезопасностью операций «Большая блокада» и «Запад» членам националистических бандформирований пришлось уйти в подполье. Небольшие отряды бандитов скрывались в лесах и время от времени совершали налеты на гражданское население. Их жертвами стали более 30 тыс. советских граждан – преимущественно колхозники, члены их семей и представители интеллигенции. В конце 1950-х годов деятельность УПА была подавлена полностью.
После развала СССР киевские власти попытались изменить негативное отношение украинского общества к ОУН-УПА, но за пределами Западной Украины население Незалежной воспринимало бандеровцев в штыки. Ситуация стала меняться только после так называемого Евромайдана. Использовав «коллективную травму» у «свидомых», связанную с уходом Крыма и Донбасса, власти попытались позиционировать оуновцев как борцов за независимость и «предшественников» актуальной украинской государственности. В 2015 году на Украине был принят закон об официальной героизации ОУН-УПА, а память о героях Великой Отечественной войны стала, напротив, подвергаться гонениям – в рамках так называемой «декоммунизации» (формально, она не распространялась на события Второй мировой войны, но на практике привела к массовому сносу памятников победителям нацизма и переписыванию учебников).
Это полностью противоречило здравому смыслу, так как около семи миллионов жителей УССР в годы Великой Отечественной войны сражались в рядах Красной армии и советских партизанских отрядов. При этом лишь около 200–250 тыс. состояли в коллаборационистских формированиях, включая УПА.
Останки жертв Волынской резни. Источник: «Википедия»
Но агрессивная пропаганда в СМИ и соцсетях, обработка молодежи в школах и вузах, а также раздражение обывателей от вооруженных конфликтов сделали свое дело. В 2022 году почти половина населения подконтрольных Владимиру Зеленскому территорий заявила о том, что считает деятельность Степана Бандеры «скорее позитивной».
Боевики УПА, как символ, заняли важное место в пропаганде киевского режима. С их помощью формировался образ «героя, противостоящего Москве с оружием в руках и исповедующего националистическую идеологию». Других «удачных образцов» у украинских бойцов информационно-психологического фронта не было. Запорожские казаки добровольно вошли в состав России, а потом и вовсе перебрались на Кубань, не приняв «украинскую» идентификацию. А петлюровцы очень быстро бежали с Украины, да еще и «подарили» полякам значительную часть ее территории. «В моменте» не совсем на руку лидерам киевского режима было также продвижение образа «украинца-европейца». Образ «радужных хипстеров» категорически не вдохновлял умирать за национальную идею. Нужен был кто-то «отмороженный».
Но лидеры киевского режима недооценили конфликтный потенциал героизации ОУН-УПА в контексте сотрудничества с соседней Польшей – главным проводником Украины в мир коллективного Запада.
Следует отметить, что противоречия между Киевом и Варшавой зрели годами и носили, прежде всего, экономический характер. Особенно эта ситуация обострилась в 2022 году, когда Украина получила преференции от ЕС на перемещение товаров и грузов. Украинские агробароны стали демпинговать, вытесняя с европейского рынка польских фермеров, а «незалежные» дальнобойщики – транспортные компании, зарегистрированные в Польше. Все это вылилось в перекрытие протестующими поляками границы с Украины и в официальное эмбарго на целый ряд украинских товаров в ЕС.
Останки жертв Волынской резни. Источник: «Википедия»
Вопросы с Волынской резней в Варшаве начали понемногу поднимать сразу после запуска процесса героизации украинских фашистов Киевом. Так, еще в 2016 году Польский сейм принял резолюцию о признании волынских событий 1943–1944 годов геноцидом, а 11 июля –Днем памяти жертв Волынской трагедии.
Учитывая то, что Украину использовали в качестве «тарана» против России, официальная Варшава долгое время с отчаянным упорством «отворачивались», пока в честь Степана Бандеры и командующего УПА Романа Шухевича называли улицы и устанавливали им памятники в Незалежной. Но, в конце концов, Владимир Зеленский умудрился переполнить чашу терпения соседей, присвоив «почетное» наименование «героев УПА» одному из спецподразделений ВСУ. Кроме того, не понравилось поляком перезахоронение с воинскими почестями на территории Украины Андрея Мельника.
Президент Польши Кароль Навроцкий пригрозил Зеленскому, что лишит его высшей польской награды – ордена Белого Орла. Но руководство Украины выдало в ответ только порцию глумливых насмешек, и ордена лидер киевского режима в итоге лишился. Оскорбившись, он демонстративно оправил награду в Польшу курьерской службой «Новая почта».
При этом рейтинг польского президента рекордно вырос после лишения Зеленского награды. По данным опроса IBRiS для Onet, Навроцкому доверяют 54,8% поляков – на 8,4% больше, чем месяцем ранее. Это лучший результат за всю историю рейтинга.
«Для подавляющего большинства польского общества Украинская повстанческая армия остается главной ответственной за жестокие преступления, совершенные против польских граждан во время Второй мировой войны… Факт заключается в том, что по меньшей мере 100 000 польских граждан были убиты УПА в Волыни, Восточной Галиции, Люблине и Подкарпатье просто потому, что они были поляками, евреями или представителями других меньшинств. Факт заключается в том, что среди жертв были жители деревень и городов, целые семьи, женщины, дети и старики… Это были беззащитные мирные жители. Их зверски и жестоко убили. Также следует отметить, что до сих пор жертвы не получили должного захоронения», – отреагировал на происходящее Навроцкий.
В Киеве, по всей видимости, рассчитывали на поддержку со стороны либерального пробрюссельского польского премьера Дональда Туска, но тот быстро сообразил, что защита бандеровщины – это электоральная гибель, и поэтому также выступил с осуждением действий режима Зеленского, назвав поведение лидера киевского режима «предосудительным» и возложив на него ответственность за происходящее.
На этом фоне большинство поляков признались социологам в ухудшении отношения к украинцам в целом и к Зеленскому лично. А к призывам официальной Варшавы заставить Киев отказаться от героизации УПА присоединились власти Чехии и Словакии.
Убедившись в полном отсутствии у украинской стороны желания вести конструктивный диалог, поляки перешли к еще более конкретным мерам.
Министерство обороны Польшы отказалось передавать Украине самолеты МиГ-29. Вместо этого их планируют просто утилизировать.
Вице-спикер сейма Польши Кшиштоф Босак предложил вообще запретить экспорт оружия на Украину без согласия парламента.
А лидер крупнейшей польской оппозиционной партии «Право и справедливость» Ярослав Качиньский заявил, что Украина не должна вступить в Евросоюз, пока не откажется от культа Бандеры, УПА и ОУН. Причем его многие поддержали как в Варшаве, так и в Брюсселе.
Зеленский провел экстренную встречу с Навроцким, на которой, судя по всему, обсуждались в том числе вопросы исторической памяти. Но, по информации польских СМИ, ссылающихся на заявление президента Польши, переговоры ни к чему не привели.
Украина устроила очередную серию хамских выходок, направленных против соседей. Главу канцелярии президента Польши Збигнева Богуцкого внесли на скандально известный сайт «Миротворец»*. Неизвестные лица в издевательской форме переименовали ряд польских топонимов на Google Maps в честь Бандеры, УПА и Третьего рейха. Украинские «свидомые» СМИ открытым текстом начали писать о «волынобесии» поляков. А глава офиса президента террорист и экстремист Кирилл Буданов* обвинил Польшу в эскалации и заявил, что никто не будет учить Украину, каких героев почитать.
На фоне того, что Варшава за последние годы передала десятки миллиардов долларов на поддержание жизнедеятельности украинского государства, все эти высказывания и выходки выглядели просто нелепо.
«Мне кажется, лучше было бы сдержать эмоции, ведь именно Украина нуждается в западной поддержке, а Польша уже многое для неё сделала», – заявил министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский в ответ на выпады Буданова.
Самое любопытное заключается в том, что украинско-польский скандал фактически «расколол Брюссель». Европарламент проголосовал за резолюцию, содержащую пункт о том, что присвоение спецподразделению ВСУ имени «героев УПА» является «игнорированием польских чувств и скорби». Но при этом Европейская служба внешних действий объявила, что в скандале вокруг УПА виновата… Россия.
«Теперь благодаря Европейской службе внешних действий я знаю, что это Россия привезла в Украину труп Мельника и собирается привезти Бандеру. Это Россия присвоила звание героев УПА воинскому подразделению. Это Россия прославляет убийц польского (и не только) народа. Теперь я знаю, что Россия строит пантеон героев, в который хочет поместить прах кучи убийц. Как удобно, правда?» – прокомментировал позицию части евробюрократов украинский оппозиционный блогер Анатолий Шарий.
Часть еврофункционеров в своей ненависти к России дошли фактически до реабилитации фашизма и одобрения массовых убийств поляков – лишь бы подзадорить ультраправых на Украине. Вот только им стоит вспомнить о том, что выпущенного из бутылки джинна фашизма потом очень тяжело загнать обратно. Когда в 1938 году Англия, Франция и другие западные государства сдали Гитлеру Чехословакию, дабы потом натравить Третий рейх на Советский Союз, они не смогли просчитать, что вермахт скоро будет стоять не в Москве, а в Париже и Копенгагене.
Но главный урок из происходящего должна извлечь Польша. Если сейчас уступить украинским фашистам – это будет не только позором и издевательством над памятью зверски убитых предков, но и проявлением слабости перед лицом зверя, готового перегрызть горло. Достаточно только немного дрогнуть.
