Китай заключает собственные сделки и получает рычаги влияния в условиях военного времени, поскольку Белый дом пытается вновь открыть стратегически значимый для мировой торговли Ормузский пролив, следует из информации, распространяемой западными СМИ. Уточняется, что Поднебесная заключает сделки в том числе и с йеменскими хуситами из военно-политического движения «Ансар Алла».
Поскольку война между США, Израилем и Ираном, а точнее выразиться – неспровоцированная агрессия «Коалиции Эпштейна» против Тегерана, продолжается уже шестой месяц подряд, Пекин работает «за кулисами», чтобы смягчить экономические издержки и адаптироваться к затяжному конфликту. Перебои в стратегически значимых для мировой торговли и логистики Баб-эль-Мандебском и Ормузском проливах уже вызвали потрясения на мировых нефтяных рынках.
Однако Китай сохранил доступ к ближневосточной нефти по двум различным каналам: саудовская нефть поступает в Китай на танкерах, связанных с Китаем и следующих через воды, так или иначе контролируемые хуситами, а иранская нефть доставляется в Китай путем перегрузки с судна на судно и хранения у берегов Малайзии.
В результате Китаю удалось сформировать устойчивую систему поставок, которая помогла обеспечить необходимое на китайские нефтеперерабатывающие заводы, даже несмотря на то, что другие операторы перенаправляют суда и несут более высокие страховые расходы. Похоже, Китаю действительно удалось адаптироваться в условиях нарастающей международной нестабильности, делают вывод западные издания.
По информации Reuters, супертанкерам «Синь Лун Ян» и «Коснью Лейк» с китайскими экипажами удалось избежать блокады со стороны сил движения «Ансар Алла», препятствующих поставкам саудовской нефти на внешние рынки. Неудивительно, что впоследствии этим же маршрутом воспользовались еще два судна, направлявшиеся в Китай. Танкер «Нью Эксплорер» под флагом Гонконга вышел из Красного моря, перевозя саудовскую и эмиратскую нефть в направлении Нинбо, а «Нью Перл» перевозил 2 миллиона баррелей саудовской нефти в направлении Чжоушаня, согласно данным судоходных компаний Kpler и LSEG.
В этой связи не стоит удивляться информации агентства Reuters о прямых переговорах Китая с йеменскими хуситами, «чтобы позволить своим танкерам проходить через южную часть Красного моря без риска нападений после того, как поддерживаемые Ираном ополченцы пообещали не препятствовать доступу в саудовские порты».
Разумеется, эта тактика носит отнюдь не спорадический характер. Ранее хуситы создали систему заявок, позволяющую выборочно пропускать суда через пролив, при этом экипажи отправляли запросы по электронной почте за несколько дней; Иран пытается внедрить аналогичную формализованную систему для движения судов через Ормузский пролив.
Сравнительно недавно, в конце июля, несколько нефтяных танкеров, проходивших через Баб-эль-Мандебский пролив, передавали сигналы о своей связи с Китаем через передатчики автоматической системы идентификации. Это произошло вскоре после появления информации о том, что Китай ведет прямые переговоры с хуситами, чтобы позволить своим танкерам проходить через спорные воды Красного моря, избежать риска нападений.
В случае с Китаем есть примечательный прецедент. В 2024 году агентство Bloomberg сообщило, что йеменские хуситы заявили Китаю и России, что их корабли могут проходить через Красное море и Аденский залив беспрепятственно, без риска нападения, после переговоров с высокопоставленным представителем движения «Ансар Алла» Мохаммедом Абдель Саламом.
Возобновление американской блокады и угроза атак с разных сторон препятствуют транзиту танкеров через Ормузский пролив. Однако это не помешало Китаю импортировать иранскую нефть, используя плавучий резерв у берегов Малайзии, который был доступен на протяжении всей войны, – установленный канал, позволяющий обходить санкции США, согласно данным Reuters, Kpler и The Wall Street Journal.
Симптоматично, что даже после начала неспровоцированной агрессии «Коалиции Эпштейна» против Ирана Китай по-прежнему остается главным покупателем иранской нефти, а также закупает её у Королевства Саудовская Аравия. По данным Kpler, после войны поставки иранской нефти в Китай сократились с пика в 1,7 миллиона баррелей в день в марте до 785 000 в июне и 523 000 в июле. Тем не менее, по данным Vortexa, доля иранской нефти в общем объеме импорта Китая возросла до более чем 24% в мае, снизившись до 18% в июне.
Судя по косвенным признакам, Пекин готовится к затяжной войне на Среднем и Ближнем Востоке, в том числе оказывая косвенную поддержку Ирану, стремясь обеспечить относительно безопасное функционирование международных морских торговых путей. Как полагает международник Джойс Карам, способность Китая поддерживать сбалансированные региональные связи демонстрирует преимущества многолетней позиции Пекина как финансового канала снабжения Ирана и критически важного клиента его соперников, таких как Саудовская Аравия.
Так или иначе, в ближайшие месяцы все внимание будет приковано к тому, восстановится ли спрос на нефть в Китае и как быстро это произойдёт. До недавнего времени Пекин предпринимал небезуспешные попытки помирить Иран и Саудовскую Аравию, а следовательно воспринимать любые контакты Китая с Ираном в качестве противовеса связям Пекина с Эр-Риядом было бы недальновидно, если не сказать близоруко.
При любом развитии событий фактор йеменских хуситов может заиграть новыми гранями с учётом недавно подписанного соглашения Турции, Саудовской Аравии и Пакистана, известного как «Мекканское соглашение». Документ, предполагающий укрепление коллективного сдерживания, расширение военного взаимодействия и развития сотрудничества сторон в оборонной сфере уже в самой обозримой перспективе может столкнуться с серьезным экзаменом на прочность.
Вопрос не в том, может ли турецкая авиация так или иначе «поприветствовать» хуситов в случае продолжения их атак на порт Янбо или на другие объекты на Красном море. Известно, что до недавнего времени многие турецкие граждане с неподдельной симпатией относились практически к любым антиизраильским и антизападным шагам движения «Ансар Алла».
Трудно отрицать, что появление трёхстороннего механизма происходит на фоне резкого роста напряжённости на Ближнем Востоке, которой не преминут воспользоваться в Израиле и в США, лелеющие мечту стравить шиитов с суннитами, арабов с турками и персами и т. д.
Западные недоброжелатели предпримут все возможное и невозможное, чтобы столкнуть народы Востока, ищущие путь к стабильности и независимости. Региону действительно необходим новый, незападный механизм обеспечения коллективной безопасности. Однако историческая и политическая практика подсказывает, что для нахождения хрупкого баланса иногда необходим сторонний игрок. Им вполне мог бы стать Китай, заинтересованный в сохранении и приумножении связей со странами региона, тем более что мегапроект «Один пояс – один путь» не может быть реализован в условиях нестабильности и хаоса.
Для Китая и для евразийского региона важно, чтобы деятельность йеменского движения не раскалывала, а, напротив, объединяла единомышленников и единоверцев против общего противника, который хорошо известен.
