Корейское урегулирование: на пути к изменению формата

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 100 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

После майско-июньского всплеска напряженности вокруг Кореи (проведение ракетно-ядерных испытаний в КНДР и последующее принятие крайне жесткой резолюции СБ ООН, предусматривающей введение против Пхеньяна широкого набора финансово-экономических санкций, эмбарго на поставки и экспорт оружия) дальнейшего развития ситуации по конфронтационной спирали все же удалось избежать.

Конечно, инерция негативного разворота событий по-прежнему продолжает действовать. Так, КНДР в знак протеста против мер, предпринятых против нее по линии ООН, заявила о полном и бесповоротном выходе из шестисторонних переговоров по ядерному урегулированию и решимости возобновить работы по наращиванию своего ядерного арсенала. При этом были анонсированы как планы размораживания объектов атомного комплекса в Ненбене, так и намерения в дополнение к наработкам оружейного плутония запустить собственную урановую программу. В начале сентября в Пхеньяне было объявлено об успешном завершении серии экспериментов по обогащению урана и производстве новых ядерных боезарядов на основе плутония, извлеченного из отработавшего ядерного топлива.

Не остаются в долгу и оппоненты КНДР, в числе которых тон задают США и их ближайшие союзники. Вашингтон, ссылаясь на положения резолюций СБ ООН, делает все для того, чтобы "перекрыть кислород" для северокорейцев, блокируя любые финансовые потоки в КНДР и из нее и отсекая доступ этой страны к международным финансово-банковским институтам. Другой инструмент воздействия на "строптивца" - применение мер досмотра судов, следующих в КНДР или оттуда при наличии информации или просто подозрений, что груз содержит предметы или материалы, запрещенные к ввозу или вывозу резолюциями 1718 и 1874. Такая практика уже применяется на деле. В июле северокорейцы были вынуждены под угрозой принудительной инспекции вернуть в порт приписки свое судно, следовавшее в Мьянму. Еще более примечателен пример с судном "АНЛ-Австралия", которое было задержано с грузом оружия, предположительно северокорейского производства, у берегов Объединенных Арабских Эмиратов.

Взаимная вовлеченность сторон в "тихую войну", напоминающую игру по принципу - кто больше доставит противнику неприятных сюрпризов, - конечно, способна вызвать кратковременный прилив эйфории, однако все это оставляет за скобками главные фундаментальные вопросы - а что же делать дальше, как переломить негативное течение событий и вернуться к обсуждению темы денуклеаризации Корейского полуострова. На этот счет подходы заинтересованных сторон сходятся в том, что ядерный статус КНДР ни для кого неприемлем, а многосторонние переговоры (в составе "шестерки" или в другом формате) должны быть продолжены с конечной целью добиться от КНДР отказа от обладания ядерным оружием при полной и необратимой ликвидации необходимой для его создания инфраструктуры. Однако же в том, что касается путей достижения желаемого результата, мнения партнеров не вполне совпадают.

Так, например, если Россия и Китай выступают за безусловное возобновление шестисторонних переговоров на основе ранее согласованных договоренностей, то США, Япония и Южная Корея считают, что наилучший способ добиться уступок со стороны Пхеньяна состоит в том, чтобы продолжить применять тактику "выкручивания рук" Северной Корее и оказывать на нее всесторонний нажим, полномасштабное задействование "карательных" статей ооновских резолюций. Иными словами: если путем применения санкций и иных запретов удастся поставить КНДР, и без того испытывающую бедственное экономическое положение, на грань полного краха, то северокорейцы, по убеждению Вашингтона, волей-неволей будут вынуждены принять решение о сдаче своего ядерного арсенала ради получения столь необходимой им помощи. Согласно этой логике, в случае принципиального решения северокорейского руководства отказаться от обладания ядерным оружием и подтверждения этого решения какими-то конкретными практическими шагами, участники "шестерки" впоследствии могут "подумать о том", чтобы ответить на это какими-то встречными шагами, учитывающими озабоченности Пхеньяна. (По поводу конкретного содержания такого пакета бонусов оппоненты КНДР пока предпочитают не задумываться, полагая это делом второстепенным и малозначимым на текущем этапе).

О приверженности подобному подходу Вашингтона и его союзников свидетельствуют и активизировавшиеся летом 2008 г. усилия Сеула, направленные на созыв пятисторонней встречи без участия Пхеньяна с целью выработки стратегии согласованных действий в отношении последнего с формальной целью побудить его вернуться в шестисторонние переговоры. Данную установку подтверждают прозвучавшие в очередной раз в сентябре с. г. призывы президента РК ко всем участникам «шестёрки» предпринять «объединенные действия против КНДР с тем, чтобы положить конец её ядерным амбициям».1 Эти тезисы получили развитие в выступлении Ли Мен Бака в Совете по вопросам международной политики в Нью-Йорке 21-го сентября. В нем утверждалось, что санкции СБ ООН в отношении Пхеньяна должны продолжаться, даже если международное сообщество попытается вовлечь его в процесс денуклеаризации на основе позитивных стимулов, что само международное сообщество должно ужесточить тон переговоров с Северной Кореей, которой сейчас предоставляется последний шанс принять его условия и т.д.2

При этом определенные примирительные шаги со стороны Пхеньяна – возобновление гуманитарных контактов с США и Южной Кореей в августе-сентябре - интерпретируются лишь как результат действия санкций против Северной Кореи, проявление слабости последней. На основе таких выводов следует логичная рекомендация – ещё более усилить коллективное давление на Пхеньян, чтобы дожать его окончательно.

Очевидно и то, что в случае реализации идеи пятисторонних переговоров с декларированной целью побудить Пхеньян вернуться в шестисторонний процесс, результат со всей неизбежностью мог бы быть только один. Руководство КНДР поставило бы окончательный крест на шестисторонних переговорах, поскольку не без оснований увидело бы в этом шаге завершающую стадию трансформации данного многостороннего механизма в единый антисеверокорейский фронт.

Ущербность подобных теоретических построений достаточно очевидна, если принять во внимание весь прошлый опыт ведения дел с КНДР. Можно посетовать на жесткость северокорейского режима, но даже в худшие периоды времени, например в середине 90-х годов, когда, по утверждениям западных СМИ, голодная смерть выкашивала на Севере сотни тысяч человеческих жизней, руководители страны даже в мыслях не задумывались о возможности капитуляции перед Западом. Все эти реалии хорошо понятны опытным экспертам. Так, например, бывший министр по делам объединения в правительстве Но Му Хена и соперник Ли Мен Бака на президентских выборах 2007 года Чон Дон Ён недавно заявил, что "санкции могут лишь на время улучшить условия для проведения переговоров, однако в долгосрочной перспективе, как показывает весь опыт деятельности бушевской Администрации, санкции сами по себе неспособны служить инструментом решения северокорейской ядерной проблемы."3

В нынешней ситуации политическая линия, проводимая северокорейским руководством, как всегда многослойна: Пхеньян по традиции прибегает к разнонаправленным действиям, чтобы "спутать карты" своим оппонентам и добиться для себя при существующем раскладе сил оптимальных результатов. С одной стороны, на Севере намереваются до конца отработать тактику запугивания своих противников - отсюда явный блеф с утверждениями о высокой степени продвинутости "урановой программы", глухие намеки на возможность проведения в недалеком будущем очередного ядерного испытания. Но, с другой стороны, северокорейцы сначала намеками, а потом уже и открытым текстом стали говорить о своей готовности к переговорам, однако с той оговоркой, что это должен быть, по крайней мере на начальном этапе, двусторонний диалог с США. Логика Пхеньяна своеобразна, но не лишена убедительности: ядерная проблема на Корейском полуострове в начале 90-х годов была в значительной мере порождена «враждебной политикой» и военной угрозой со стороны США, для защиты от которой КНДР, не имевшая к тому времени надежных союзников, и была вынуждена создавать свой ядерный щит. Северокорейские аналитики в связи с этим указывают на то, что в отличие от Японии и Южной Кореи «У нас никогда не было ядерного зонтика, прикрывающего от американской ядерной угрозы… Единственным местом на Корейском полуострове и в прилегающих районах не защищенным ядерным оружием или «ядерным зонтиком», остаётся северная часть Республики».4

Соответственно, северокорейцы настойчиво проводят мысль о том, что "шестисторонний клуб" по определению недееспособен. При этом они подчёркивают, что «Шестисторонние переговоры – это были переговоры, которые не могли продвинуться вперед из-за своего сложного состава участников и игнорирования принципа уважения суверенитета и равенства. За исключением нашей страны, которая является всего лишь членом Движения неприсоединения, все остальные участники переговоров являются либо постоянными членами СБ ООН, либо военными союзниками США».5

Следовательно, по их логике, реальные результаты в плане продвижения к решению ядерной проблемы может дать только прямой разговор между Пхеньяном и Вашингтоном. Именно в таком духе северокорейцы пытаются вести работу с влиятельными американскими политиками, контакты с которыми в последнее время заметно активизировались. Как известно, в начале августа в Пхеньяне побывал Б.Клинтон якобы для того, чтобы забрать на родину двух американок, ранее нелегально проникших на территорию КНДР. Северокорейские представители в США провели встречу с губернатором штата Нью-Мексико Ричардсоном, который давно и плотно занимается корейскими делами, а на днях председатель комитета по внешней политике Сената Конгресса США Д.Керри получил официальное приглашение посетить Пхеньян.

С тем чтобы создать позитивный фон для продвижения таких контактов, северокорейцы пошли на определенные шаги в целях смягчения климата в межкорейских отношениях, который оставался весьма напряженным с момента вступления в должность президента Ли Мен Бака в феврале 2008 года. В августе Сеул впервые за время правления новой администрации посетила высокопоставленная делегация из КНДР (формально для участия в траурных мероприятиях в связи с кончиной бывшего президента Ким Дэ Чжуна), которая была принята нынешним главой Голубого дома. Одновременно в Пхеньяне приняли решение разморозить гуманитарные контакты, прежде всего встречи членов разделенных семей, возобновить совместные туристические проекты, активизировать экономическое сотрудничество в Кэсонском технопарке. В комментариях СМИ на южнокорейские темы бранная риторика постепенно уступает место более корректным высказываниям. Указанные жесты пока воспринимаются в Сеуле настороженно и расцениваются как уловки со стороны Пхеньяна с целью улучшить свой имидж и добиться политических и материальных преимуществ, однако фактически сейчас уже трудно, как это было до сих пор, огульно обвинять Пхеньян в том, что он блокирует развитие межкорейского диалога.

На другом фронте северокорейцы на параллельных курсах ведут интенсивные консультации с китайцами, которые к удовлетворению Пхеньяна на высоком уровне дают публичные заверения о том, что КНР дорожит дружбой с Северной Кореей и будет продолжать предпринимать усилия во имя укрепления и развития двусторонних отношений. Именно эти идеи были заложены в послание Ху Цзинтао на имя Ким Чен Ира, которое было передано адресату лично в ходе официального визита в Пхеньян спецпосланника председателя КНР Дай Бинго, занимающего далеко не последнюю строчку в китайской "табели о рангах". Важно то, что визит высокопоставленного китайского чиновника был использован лидером КНДР для примирительных высказываний по ядерной проблеме Корейского полуострова. Согласно версии Агентства "Синьхуа", Ким Чен Ир 18-го сентября с.г. заявил, что КНДР "настаивает на осуществлении денуклеаризации и стремится к сохранению мира и стабильности на Корейском полуострове". Еще более многозначительно прозвучала его реплика о том, что КНДР "выражает готовность решать эти проблемы на основе как двусторонних, так и многосторонних переговоров."

Шаг со своей стороны сделали и США. Официальный представитель Госдепартамента на днях выступил с сенсационным заявлением, сообщив, что Вашингтон готов к прямому диалогу с КНДР "ради возобновления шестисторонних переговоров". Естественно, это заявление было обставлено целым рядом оговорок, что США не собираются вести с КНДР непосредственных переговоров, но лишь используют поездку для изложения консолидированной позиции остальных участников этого механизма (если таковая, конечно, существует), включая требование о безусловном и необратимом отказе от ядерного оружия. Полагают, что решение о встрече спецпредставителя президента США С.Босуорта с северокорейскими партнерами может быть принято Б.Обамой уже в ближайшее время с тем, чтобы такой контакт состоялся не позднее октября - начала ноября.

Какой из всего вышесказанного напрашивается вывод? По всем признакам в корейском "котле" исподволь, усилиями нескольких "поваров" начинает что-то вариться. Что именно и как будет выглядеть конечный продукт (если, разумеется, таковой появится) - судить сейчас трудно: слишком много недосказанностей и мало конкретных фактов. Впрочем, ничего принципиально нового в подобной ситуации нет: в истории корейских ядерных переговоров уже имеется немало примеров "окончательных и бесповоротных" решений о прекращении диалога, срыве договоренностей, однако впоследствии все постепенно возвращалось "на круги своя", пусть в новой "упаковке" и с иным составом участников.

Возможно, северокорейцы отчасти правы - шестисторонний механизм себя исчерпал: он слишком громоздок, включает "разношерстный” состав участников, преследующих, порой, свои конъюнктурные интересы, и потому с трудом способен вырабатывать решения и уж тем более претворять их на практике. В качестве компромиссного варианта можно, например, сугубо умозрительно предположить, что "шестисторонка" сохранится как формальная рамочная структура, однако реальную роль под этим "зонтиком" будут играть диалоги между ключевыми игроками: США - КНДР; КНДР - Китай; Китай - США. Впрочем, на данном этапе это - лишь один из многих возможных сценариев.

______________________

1 «S. KOREA PRESIDENT URGES UNITED 6-WAY ACTION AGAINST N.KOREA», Kyodo News, Seoul, 2009.09.15

2 “Meeting with His Excellency Lee Myung-bak”, http:// www. cfr.org, 21.09.2009

3 Агенство «Рёнхап», Сеул, 19.09.2009

4 «Вздорная теория «цепной реакции» ядерного распространения», газета «Нодон синмун», Пхеньян, 27.07.2009

5 Заявление Представителя МИД КНДР, ЦТАК, 27.09.2009.

Оцените статью
0.0
telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 100 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться