Балканы: вторая фаза перекройки политической карты

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Первая фаза вмешательства Запада на Балканах - это начало 1990-х годов, когда был заложен механизм управляемой извне дезинтеграции СФРЮ с образованием на постъюгославском пространстве шести государственных и одного квазигосударственного образования («Республика Косова»). Мирные договоры (Дейтонский, Кумановский, Охридский) зафиксировали, по сути, систему протекторатов разной степени подчинения, но это был ещё не конец. Сегодня в дополнение к Сирии и Украине Запад снова поджигает Балканы. Начинается вторая фаза перекройки карты юга Балканского полуострова. Опорными точками в новой геополитической игре стали Босния и Герцеговина и Черногория.

Одним из первых тревожных сигналов было заявление посла США в Сербии в марте 2013 г., когда он сказал, что «Вашингтон не желает создания новой Республики Сербской в Косове, поскольку эта модель не дала ничего хорошего в Боснии и Герцеговине». Возникает вопрос: если «дейтонская» Босния и Герцеговина – модель, созданная международным сообществом, то почему именно она становится объектом новой псевдонародной революции? Ответ очевиден: эта модель характеризуется ярко выраженной диспропорцией: в то время как хорватско-мусульманская Федерация БиГ (ФБИГ) в экономическом отношении нежизнеспособна и зависит от иностранных дотаций, положение Республики Сербской вполне устойчиво. А главное, Республика Сербская обладает всеми атрибутами государственности, и ее полномочия намного больше полномочий ФБИГ: функционируют парламент, правительство, конституционный суд, органы правосудия и местного самоуправления. Для наступления на права Республики Сербской был создан механизм Высокого представителя, полномочия которого сформулированы неопределенно («Высокий представитель – тот, кто трактует Дейтонское соглашение и помогает сторонам в применении его положений»). Первый Высокий представитель Пэдди Эшдаун вспоминает: «Я прибыл в Боснию и Герцеговину для разрушения Дейтонского соглашения. У меня в распоряжении были 870 служащих аппарата Высокого представителя, канцелярия Высокого представителя и ежемесячно 36 млн евро. В этом мне помогал Европейский союз. Когда было нужно сломить сопротивление сербов, тогда я писал своему приятелю Крису Паттену (1) письмо, в котором просил сказать, что это – европейское требование, что это требует ЕС… Так я ломал сербов и Республику Сербскую (выделено мною. - А.Ф.)». Сейчас, как мы видим, предпринимаются попытки закончить дело, начатое Пэдди Эшдауном. 

В настоящее время одна за другой отсекаются части сербского жизненного пространства: выведение Черногории из государственного союза с Сербией и втягивание Черногории в НАТО; ликвидация сербских государственных институтов на территории Косова и Метохии и формирование «Республики Косова»; усиление мусульман на территории Рашской области, включая выдвижение ими требований об автономии «Санджака», а также планы объединения албанцев юга центральной Сербии с «Республикой Косова»; усилия по созданию «Республики Воеводины»; непрестанное наступление на права Республики Сербской. 

Новый фронт против Республики Сербской открыл бывший главный муфтий БиГ Мустафа Церич, с трибуны Всемирного конгресса бошняков призвавший своих соплеменников на провоцирование беспорядков и неподчинение государственным органам Республики Сербской. Объект, против которого направляется работа сети НПО во главе со Всемирным конгрессом бошняков – это Республика Сербская. Сербский военно-политический аналитик Г.Попович пишет, что Республика Сербская – главное препятствие на пути создания исламского государства в Европе. Лидеры Всемирного конгресса бошняков Мустафа Церич и саджакский муфтий Муамер Зукорлич 15 февраля сформировали единый Кризисный штаб, что следует рассматривать как мобилизацию сил мусульман Боснии и Герцеговины, а также части Сербии – Рашской области («Санджака»). 

Усиление активности наиболее радикального – ваххабистского - движения на территории Боснии и Герцеговины, особенно в примыкающих к Республике Сербской регионах, относится к 2011 г., когда в БиГ вернулся бывший главный идеолог отряда «Эль-Муджахеддин» египтянин шейх Имад аль-Мисри (Эслам Дурмо). Подразделение «Эль-Муджахеддин» во время локальных войн на территории БиГ в конце ХХ в. насчитывало 4,5 тыс. боевиков, отличившихся самыми зверскими расправами с сербами. Аль-Мисри прибыл в Боснию и Герцеговину из Саудовской Аравии в начале 90-х гг. и до 1997 г. оставался здесь, затем отбыл в Египет, где в 2001 г. был осужден на 10 лет тюрьмы за терроризм, но в ходе протестов против президента Мубарака противники президента обеспечили его выход на свободу.

Член экспертного совета Юго-Восточной Европы по борьбе с терроризмом и организованной преступностью Джевад Галияшевич указывает, что аль-Мисри, несмотря на то что Совет Безопасности ООН внёс его имя в список террористов, удалось сразу после возвращения в БиГ развернуть массовую агитацию среди мусульманского населения. Радикальное течение, которое представляет аль-Мисри, постепенно, но уверенно выходит на первый план среди исламских течений в Боснии и Герцеговине. Кроме того, в БиГ действует более 100 филиалов группировки «Ибрагим Милат», запрещенной в Германии в 2012 г., а также шесть салафитских организаций, запрещенных Комитетом по борьбе с терроризмом Совета Безопасности ООН. Деятельность последних охватывает Сараево, Зеницу, Травник, Тузлу, Бихач и Мостар (что полностью совпадает с картой «социальных протестов». - А.Ф.). Шесть салафитских организаций, указывает Д.Галияшевич, по сути, являются остатками подразделений «Эль-Муджахеддин» и Седьмой мусульманской бригады из Зеницы. 

Д.Галияшевич подчеркивает, что радикальные исламисты взяли курс на дестабилизацию ситуации в БиГ по нескольким направлениям: оказание давления на Республику Сербскую с целью изменения конституции БиГ, разжигание атмосферы страха и напряженности в обществе с перспективой взятия под свой контроль общественно-политической сцены и, наконец, реконструкция террористической сети в политическую структуру с ее последующей легализацией на всей территории БиГ.

Одновременно началась и дестабилизация Черногории. В Подгорице 15 февраля были организованы массовые протесты, в ходе которых произошли столкновения демонстрантов с полицией, при этом было вызвано подкрепление – спецполиция. Демонстранты сразу, по боснийскому образцу, перешли из области социального протеста в политическую сферу, выдвинув требования смены правительства. Несмотря на то, что протестующих было всего около 200 человек, их выступление было столь агрессивным, что полиция применила для их разгона слезоточивый газ. Организатором протестов выступила созданная в «Фейсбуке» группа «Революция в Черногории – все на улицу», также заявила о себе организация «Удар» (аналог боснийского «Удара»). Следующим шагом этого движения должна стать блокада дорог в Подгорице. 

Австрийский министр иностранных дел С.Курц заявил, что «терпение ЕС в отношении Боснии закончилось» и потребовал от политиков в Сараево и Баня Луке срочного проведения реформы системы правосудия и изменения конституции БиГ. Задумано подключение к урегулированию искусственно созданного кризиса Евросоюза, который своей поддержкой «профессиональных протестующих» доведёт дело до интернационализации конфликта. Член Президиума БиГ Бакир Изетбегович уже призвал Турцию оказать содействие в разрешении кризиса в Боснии и Герцеговине. Учитывая, что в Боснии и Герцеговине имеются огромные запасы оружия и боеприпасов (по оценкам Министерства обороны БиГ, примерно 20 тыс. тонн), следует ожидать масштабных вооружённых провокаций. 

Развитие дальнейшего наступления на Республику Сербскую в составе Боснии и Герцеговины неизбежно. Цель этого наступления, которое Запад и исламские движения ведут совместно, - дальнейшее раздробление сербского мира, сокращение численности сербов и их ассимиляция в инонациональных сообществах… 

(1) Комиссар по внешним связям Евросоюза