Афганистан на пороге новой эскалации

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Президент Таджикистана Эмомали Рахмон, посетивший 2 августа административный центр Горно-Бадахшанской автономной области Хорог, заявил, что с территории соседнего Афганистана «экстремисты могут попытаться проникнуть в Таджикистан». Душанбе принимает меры по укреплению государственной границы и всесторонней подготовке воинских частей и подразделений ввиду возможного ухудшения ситуации а Афганистане, где противостояние Кабула с талибами осложняется действиями в рядах вооруженной оппозиции группировки «Исламское государство» (ИГ). 

Побывавший накануне с визитом в Кабуле председатель Объединённого комитета начальников штабов ВС США генерал Мартин Демпси обсуждал эту проблему с президентом Ашрафом Гани. Демпси охарактеризовал деятельность ИГ, начавшего расширять своё влияние на территории ИРА, как межрегиональную террористическую угрозу, требующую противодействия на межрегиональном уровне. Появление ИГ в Афганистане в первую очередь создаёт новые угрозы для стран Центральной Азии.

Напомним, что первоначально «Исламское государство» было одной из многих группировок, созданных при финансовом и военном содействии стран Запада и его союзников для свержения правительства Башара Асада. Сегодня ИГ, похоже, вышло из-под американского контроля, воспользовавшись, в частности, тем, что в 2014 году НАТО сократила свое присутствие в Афганистане, оставив в этой стране всего 9,8 тыс. военнослужащих, помогающих местной армии противостоять боевикам движения «Талибан». По словам генерального секретаря НАТО Йенса Столтенберга, альянс сохранит в Афганистане «военную составляющую», но последние неудачи афганской армии показывают, что самостоятельно установить мир в стране Кабул не в состоянии, а «военная составляющая» НАТО на ситуацию влияет мало.

Сегодня уже нет сомнений в том, что дальнейшие попытки нейтрализации вооруженной афганской оппозиции силой перспектив не имеют. На этом фоне Вашингтон, Кабул и их союзники по западной коалиции вынуждены были предпринять ряд серьезных попыток по поиску новых путей примирения с движением «Талибан». В последние месяцы было несколько неформальных предварительных переговоров между представителями талибов и афганских властей. В начале июля в Исламабаде впервые состоялись официальные переговоры, на которых обсуждались пути создания благоприятных условий для примирения. Премьер-министр Пакистана Наваз Шариф назвал переговоры «прорывом», добавив, что они «должны завершиться успехом». Пресс-секретарь Белого дома Джош Эрнест заявил, что США приветствуют эти переговоры, и назвал их «важным шагом на пути достижения надежного мира». Официальные власти Афганистана и афганские талибы договорились встретиться вновь после мусульманского месяца Рамадан, но сейчас ситуация кардинально изменилась в худшую сторону.

29 июля власти Афганистана сообщили, что лидер талибов Мохаммед Омар, который не появлялся на публике с 2001 года, скончался в 2013 году в больнице пакистанского города Карачи. 1 августа в Кабуле прошло поминальное мероприятие, посвящённое памяти лидера движения «Талибан», что вызвало возмущение среди афганцев. Во-первых, Омар скончался два года тому назад, а, во-вторых, расчет официальных властей на то, что теперь исламисты поспешат присоединиться к мирным переговорам, не может не удивлять. А то, что вслед за Кабулом сообщение о смерти муллы Омара два года спустя после самого события подтвердила американская разведка, показывает, скорее всего, её недостаточную осведомлённость о происходящем в движении «Талибан», с которым армия США вроде бы воюет более десяти лет. По данным  National Priorities Project, неправительственной организации, изучающей американский бюджет, каждый час Вашингтон тратит 4 млн. долларов на военную операцию в Афганистане, в том числе и на финансирование разведывательной деятельности. О низкой эффективности этих расходов говорит и то, что мулла Омар был включен ЦРУ в список наиболее разыскиваемых международных террористов. 

Что же происходит в руководстве движения «Талибан»? Сегодня лагерь талибов раскололся. Семья муллы Омара не поддерживает назначение Ахтара Мансура новым главой движения «Талибан» и настаивает на передаче руководства старшему сыну покойного Мохаммаду Якубу. За всю историю существования движения «Талибан» столь громких публичных разногласий в его рядах ещё не было. Дошло до того, что представители отколовшейся от талибов антиправительственной группировки «Махаз Федаи» заявили, что мулла Омар был отравлен новоизбранным лидером движения Мансуром.

Борьба за власть грозит перерасти в войну между сторонниками Мансура и Якуба. Представление о талибах как едином движении ошибочно, «Талибан» изначально представлял собой конгломерат пуштунских племен, где клановые, семейные и денежные интересы важнее идеологических предпочтений. Талибам будет сложно найти нового лидера, который устроил бы всех. К тому же в прежнем виде, когда мулла Омар привел талибов к победе в войне между афганскими вооруженными группировками, вспыхнувшей после вывода из страны советских войск, движение уже давно не существует. 

Единого управления в Афганистане нет.  Страна поделена на зоны влияния различных вооруженных группировок, большинство из которых условно отнесено к движению «Талибан». Сейчас угроза дальнейшей фрагментации Афганистана значительно возросла. Так, в настоящее время новая группировка, состоящая из бывших талибов и представителей афганской ячейки ИГ, ведет на востоке страны бои с отрядами, остающимися верными руководству «Талибана». Однако и эти силы теперь могут быть расколоты на сторонников Мансура и Якуба. К тому же «Исламское государство» призывает всех талибов прекратить бои и присоединиться к ним. В случае отказа ИГ угрожает талибам смертью. Борющееся за личную власть руководство движения «Талибан» на это не реагирует. Следует учитывать также и то, что с обнародованием факта смерти муллы Омара многие талибы считают себя освободившимися от присяги ему, что делает вполне допустимым их якобы легитимный переход под знамена ИГ. 

Уже есть примеры подчинения «Исламскому государству» действующих на территории Афганистана лагерей подготовки боевиков, в том числе из числа выходцев из государств Центральной Азии. Функционеры ИГ отбирают у талибов доходный наркобизнес. В составе транснациональных преступных синдикатов, связанных с производством и транспортировкой наркотиков, все больше становится лиц неафганской этнической принадлежности. Взятие под свой контроль организованных преступных групп, которые действуют в ряде государств региона, также включено в число текущих задач сторонников ИГ. Как видно, руководство «Исламского государства» не планирует дополнить своим присутствием в Афганистане борьбу талибов с центральными властями, оно претендует на самостоятельную роль, не собирается координировать свою деятельность с движением «Талибан», а будет стремиться его переформатировать. На практике это будет означать лишь дальнейшую эскалацию внутриафганского конфликта с участием более широкого круга противоборствующих сторон.