30 мая министр обороны США Джим Мэттис объявил о переименовании Тихоокеанского командования в Индо-Тихоокеанское командование. Самая большая (в географическом смысле) структура Пентагона приобрела ещё больший размер.

Индо-Тихоокеанский регион: США в пространстве двух океанов

Американские военные переименовывают огромную часть Восточного полушария

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

30 мая министр обороны США Джим Мэттис объявил о переименовании Тихоокеанского командования в Индо-Тихоокеанское командование. Так, самая большая (в географическом смысле) структура Пентагона приобрела ещё больший размер.

Новый термин вводился постепенно, но в последние месяцы он употреблялся всё чаще. А 21 мая о предстоящем переименовании заявил спикер Пентагона полковник Роб Мэннинг.

Американские СМИ отмели предположение, что ребрендинг связан со сдерживанием Китая и Ирана. Однако КНР омывается Тихим океаном, Иран имеет выход в Индийский океан. О необходимости противодействия их растущим возможностям заявляла ещё администрация Обамы, при Трампе это стало воплощаться в действия. 23 мая Пентагон объявил, что Китай больше не будет принимать участие в военно-морских манёврах Rim of the Pacific (RIMPAC), которые раз в два года проходят под эгидой США у Гавайских островов. Формальным поводом послужили учения, проведенные НОАК в районе Южно-Китайского моря, когда ядерные бомбардировщики КНР приземлились на оспариваемые острова.

Антикитайские настроения в американском истэблишменте стали привычными – как антииранские, антисеверокорейские и антироссийские.

В плане оснащения войск США и географии их присутствия переименование огромной географической части Восточного полушария не даёт никаких преимуществ. Скорее наоборот. Смена символики – от изготовления новых шевронов до замены огромного количества всевозможных надписей и табличек - лишь увеличит расходы, а переподчинение структур вызовет дополнительные бюрократические хлопоты.

За этим решением кроме антикитайской и антииранской риторики стоит тесное сотрудничество США с Индией. В последнее время Вашингтон уделяет Нью-Дели повышенное внимание, характеризуя Индию как один из будущих полюсов региональной безопасности наряду с Японией, Австралией и другими своими союзниками. Премьер-министр Индии Нарендра Моди 3 июня на конференции Shangri-La Dialogue (SLD) в Сингапуре прокомментировал изменение названия американского командования, отметив, что для Индии объединение Индийского и Тихого океанов в единый географический массив выглядит вполне естественно. Тогда же стало известно, что США, Австралия, Япония и Индия, объединённые в группу Quad (Четвёрка), отныне будут рассматривать два океана как единое стратегическое пространство.

11-16 июня неподалёку от острова Гуам состоялись совместные американо-индо-японские военно-морские учения «Малабар». В официальном заявлении ВМС США сказано, что манёвры направлены на улучшение боевых навыков, закрепления морского превосходства и проекции силы. С учётом того, что Пакистан стремительно сходит с орбиты влияния США, интерес Пентагона к Индии закономерен. Соседи Индии, Пакистан и Китай, имеют к ней определённые территориальные претензии (как и она к ним), и это тоже учитывается индийско-американскими стратегами.

Зонтичная идея более глубокого вмешательства США в дела Азии была предложена в концепции «свободной и открытой Индо-Тихоокеанской стратегии» (U.S. concept of a free and open Indo-Pacific strategy, FOIP). Её цель – заменить Транс-Тихоокеанское торговое партнёрство, от которого отказался Дональд Трамп, и перетянуть на свою сторону участников ASEAN или по крайней мере вывести их из-под влияния Китая. Это оперативный подход, а есть ещё факторы, связанные с формированием нового геополитического нарратива. Это известный приём: создание воображаемых географических образов, которые затем формируют геополитические модели и задают внешнеполитическую повестку.

Примером может служить термин «Ближний Восток», который сейчас является универсальным обозначением группы стран между Средиземным, Красным и Арабским морями. Для кого этот регион ближний? И для кого он восток? Для Индии и Китая это, например, запад. Происхождению термина мы обязаны англо-саксонской политической школе, точнее – ряду английских дипломатов, историков, политиков, интеллектуалов: Томасу Тэйлору Мидоузу, Дэвиду Джорджу Хогарту, Генри Норману, Уильяму Миллеру, Арнольду Тойнби. Это также плод размышлений над географией стратегических коммуникаций британского дипломата Томаса Эдварда Гордона и американского адмирала Альфреда Тайера Мэхэна. И вряд ли бы эти размышления появились, если бы не колониальные владения Великобритании, которые нуждались в управлении, контроле, а при необходимости и применении военной силы. Не будь британских колоний, мы бы использовали сейчас арабские самоназвания Магреб, Машрек или другие, более точные географические термины (например, Западная Азия). Так же и с термином IndoPacific – за его появлением стоит экспансионизм.

Ещё пример. Концепция атлантизма, объединяющая Старый Свет и Америку, демонстрирует, как можно обосновать вмешательства в дела Европы под видом оказания помощи или защиты от коммунизма, или создания общей системы безопасности. А появление доктрины евроатлантизма (субпродукт атлантизма) показывает, что европейские клиенты начинают сами оправдывать своё подчинённое положение по отношению к американскому патрону.

И последний пример – рамочная модель Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР). Если прямой выход в Тихий океан у США был несколько столетий, то для обоснования американского присутствия в Азии нужно было создать ментальную привязку, подготовить концепт Азиатско-Тихоокеанского региона. В результате, несмотря на всё то, чем Америка отметилась в Азии в ХХ веке (ядерная бомбардировка японских городов; участие в войне на Корейском полуострове; провокация в Тонкинском заливе с агрессией против Вьетнама; поддержка различных антикоммунистических движений; подрывная деятельность), присутствие США в тихоокеанской части Азиатского континента превратилось в устойчивый нарратив.

Теперь американцы будут внедрять понимание данного региона как «Индо-Тихоокеанского». Это означает их продвижение вглубь Евразии ещё дальше с востока на запад. Хотя морское присутствие США является глобальным, а в зону ответственности командований Пентагона так или иначе попадают все страны мира, официальное обоснование присутствия американской военной силы от Африканского Рога до Малаккского залива станет ещё более наступательным. Индо-тихоокеанский массив может превратиться в «структуру длительной продолжительности» (longue durée), если использовать понятия школы французских историков «Анналы».

Для России, в частности, это будет означать переключение внимания США с европейского направления на азиатское. В контексте смещения центра экономической активности в Азию и частых заявлений Дональда Трампа о том, что члены НАТО должны сами решать вопросы бюджета организации, а не надеяться на Вашингтон, здесь есть логика. Саммит НАТО 11-12 июля в Брюсселе должен это показать.