Qazaqstan

Qazaqstan, или Зачем хранят культурное наследие отцов

Какой смысл в латинице, если у казахов второй язык – русский, а не английский?

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Кавалерийская атака на кириллическую письменность в Казахстане откладывается. Об опасностях, которые таит латинизация для культуры казахов, специалисты предупреждали давно.

Выполняя поручение президента Токаева, раскритиковавшего все три варианта казахского алфавита на латинице, министр образования и науки Республики Казахстан Асхат Аймагамбетов поручил специалистам доработать неудавшиеся версии алфавита, утвердить правила правописания и лишь после этого продолжать латинизировать письменность.

Быстрый перевод системы образования на латинский алфавит, запланированный на сентябрь, не состоится. У президента Касым-Жомарта Токаева хватило гражданского мужества признать несвоевременность языковой реформы и отложить нововведение до 2025 года.

Большой политик, как Нурсултан Назарбаев, всегда стремится оставить после себя след, войти в историю. Однако восточная традиция, как известно, не чужда подобострастию по отношению к распоряжениям «сверху», и казахские национал-филологи бросились форсировать реформу, предложенную Назарбаевым, со скоростью испуганного сайгака. Результат налицо.

Новый алфавит не вписывается в Unicode (преобладающий в Интернете стандарт кодирования символов, который включает знаки почти всех письменных языков мира). Не подтвердилось, что латинизация обеспечивает «облегчение доступа Казахстана к информационным технологиям». (К слову, Китай, Южная Корея, Япония совсем не пользуются латиницей, но являются лидерами в IT).

Реформа впопыхах порождает много всего спорного, вносит сумятицу в общество. Например, слово аshana (асхана – столовая) начинают читать как «ашана», что по-казахски значит «голодная мать». А как прикажете писать название страны слово Казахстан – Kazakhstan, Kazakstan, Kazachstan или Qazaqstan, если в латинице, которая беднее кириллицы по возможностям графического отображения письменной речи, нет смыслового разделения между «казах» и «казак»? И такого много.

Жаль, что чиновники в Казахстане не разобрались в печальном опыте соседей. В Узбекистане взрослые в массе своей не сумели освоить латиницу, а молодые не знают кириллицы. Ташкент задумывается о вступлении в ЕАЭС, молодые предпочитают работать в России – и русские классы переполнены этническими узбеками.

Латиница не стала инструментом доступа к компьютерным технологиям, а транслитерация огромного архива литературы с кириллицы на латиницу не завершена. Поэтому редактор журнала «Жахон адабиёти» Шухрат Ризаев и опубликовал открытое письмо президенту Узбекистана с предложением узаконить кириллицу как основной алфавит, а латиницу в качестве второго алфавита.

Здравомыслие президента Токаева не позволило ему пойти на поводу у «реформаторов», бросившихся разыгрывать карту враждебности ко всему русскому. Эти поднявшиеся на волне «разрушения старого» вчерашние пастухи, прикрываясь тезисами о сохранении нации, начали рушить то, что создавал гений Абая, Алтынсарина, Ауэзова… И реформа приняла абсурдные черты. Сначала были приняты три варианта алфавита, потом их с жаром критиковали, вынося на обсуждение всё новые версии, на это тратились немалые деньги…

Такие деятели, как директор Института языкознания, некоторые доктора наук, даже замминистра культуры и спорта Нургис Дауешов, не делая разницы между культурой и её националистическим обеднением, утверждают, что латинизация в Казахстане на финише. И сейчас реформой занимается кто попало, вроде экономиста Жандоса Темиргали. Он с неутомимостью муравья проталкивает латинизацию и твердит про «концептуальный выбор», хотя и его вариант алфавита (филологи прозвали его «жандосалфавит») отправили в утиль.

Жандос Темиргали

Жандос Темиргали

Сейчас сторонников и противников реформы в Казахстане примерно поровну. Среди противников латинизации много этнических казахов, причём не только интеллектуалов, сознающих пагубность последствий экспресс-реформы, но и здоровых националистов, уверенных, что необходимо защищать кириллическую письменность казахов, иначе огромный фонд их наследия на кириллице обратится в бумажный мусор. Выученная на латинице молодёжь его не освоит, а перепечатывать это никто не будет – и национальному самосознанию казахов обрубят корни.

Дастан Ельдесов

Дастан Ельдесов

Сейчас, когда интерес к образованию на казахском языке падает даже у казахов, менять культурную матрицу неразумно. Один из самых твёрдых сторонников сохранения кириллицы филолог Дастан Ельдесов говорит: «Какой смысл в латинице, если у нас второй язык – русский, а не английский?! Казахстан географически, экономически, политически, лингвистически далек от Запада и является членом ЕАЭС, где рабочий язык русский. Политизация языковой проблемы вредна. Ясное дело, при втором (русском) языке по всем параметрам изучать казахский язык удобней, выгодней, быстрей на кириллице, чем на латинице, особенно русскоязычным. Не говоря о богатой казахской литературе на кириллице». Русский язык – это мост к казахской литературной классике, не говоря уже о технических текстах, переводы которых стоят баснословных средств.

Обрисовалась ещё одна проблема. В процессе латинизации филологам надо сделать язык нормированным, узаконить написание всех (!) слов, привести термины к международным стандартам… а сегодня очень трудно сыскать специалистов, готовых перейти на преподавание латиницей. Вспомним недавний конфуз с внедрением в школы Казахстана «трёхязычной» системы, когда оказалось, что нужного количества учителей, готовых преподавать английский на более серьёзном уровне, чем разговорник для туриста, просто нет.

Глобализация имеет несколько центров, и мудрым будет не тот, кто ищет самый большой, но далёкий центр, а тот, кто понимает экономическую выгоду, но не забывает о культуре. Школы с преподаванием на русском языке остаются более востребованными среди казахов. Причина тому – высокий уровень преподавания, где детям передают знания и умения, прививают настоящее уважение к своей истории и своему народу, а не «бешбармачный патриотизм».

Существует и так называемая экономическая миграция. Молодёжь тянется на учёбу в Россию, где знание латиницы ни к чему. К примеру, только в Омске учится 12 тыс. студентов из Казахстана. Подавляющее большинство из них – этнические казахи, и возвращаться на родину они особенно не собираются. Миграционная динамика подтверждает, что выталкивание населения за рубеж (а латинизация – прямой путь к этому) приведёт к тому, что поднимать индустрию и научно-технический уровень страны будет некому – умные и образованные уедут, останутся малограмотные «латиняне».

У казахов есть пословица, которая на русский переводится так: «Старик между молодыми глупеет, молодой среди стариков умнеет». Поспешное введение латинизации разрывает связь между поколениями, и есть риск, что молодёжь, «поумнев» противоестественным образом, перестав читать казахские тексты на кириллице, забудет свои корни, и на смену одному народу придёт другой народ.

Хотелось бы, чтобы президент Токаев и его команда это понимали и не спешили. Говорят же «поспешишь, людей насмешишь». А Казахстан – государство серьёзное.