США против Международного уголовного суда

Столкновение: государственный уровень управления против глобального уровня

США против Международного уголовного суда

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

11 июня президент США Дональд Трамп подписал беспрецедентный указ. Документ под названием «Распоряжение о блокировке имущества определенных лиц, связанных с Международным уголовным судом» ввёл санкции в отношении международного судебного органа и его сотрудников, включая прокуроров, судей и членов их семей.

Напомним, что 5 марта апелляционная палата Международного уголовного суда (МУС) вынесла решение, согласно которому прокурор МУС может начать расследование военных преступлений, совершённых в Афганистане. Решение было принято с рядом сомнительных с точки зрения права выводов, но юридическое сообщество сделало вид, что этого не заметило.

Согласно первому параграфу указа Трампа, любое лицо, которое в той или иной степени связано с расследованием действий США в Афганистане, начатое в МУС, и обладающее собственностью в США, может такую собственность потерять.

Другие параграфы предусматривают лишение грантов и разрешений на въезд в страну как самих «нарушителей», так и членов их семей. Наконец, под санкции могут подпадать не только физические лица, но и государства. Об этом не сказано прямо, но в параграфе 7, где разъясняется употребление терминов, говорится, что под выражением «субъекты», которое рассыпано по всему тексту указа, понимаются и «правительства».

Санкции США в отношении МУС могут оказаться весьма эффективными. Вспомним, что решение начать расследование действий США в Афганистане было принято апелляционной палатой Международного уголовного суда. А в апреле 2019 года судебная палата того же самого МУС единогласно отклонила тот же самый запрос. То есть судьи прекрасно осознали свою личную ответственность перед США и, решив не вдаваться в юридические подробности, заявили, что расследование в отношении таких уважаемых господ «не будет служить интересам правосудия». Этот «аргумент» стоит запомнить тем апологетам «международного правосудия», которые полагают, что в международных учреждениях сидят «лучшие юристы планеты». Эти «лучшие юристы» даже не пытаются что-то аргументировать.

Указ базируется на полномочиях президента США, закреплённых в федеральном законодательстве об экономических правах в ситуации международных чрезвычайных ситуаций, принятом в 1977 году. С того времени это законодательство применялось тридцать раз. Однако до сих пор оно применялось в отношении отдельных стран (в частности, Ирана и КНДР) или общих ситуаций (терроризм, информационная безопасность). На этот раз санкции вводятся в отношении международной организации, более того – в отношении судебного органа, что имеет особое значение, ибо кардинально меняет отношение нынешних властей США к международному судопроизводству.

Ранее США пренебрежительно относились к решениям национальных и международных судов, когда они не отвечали их интересам. Так, США не выполнили решение Международного Суда ООН по делу «Никарагуа против США», вынесенное в 1986 году. США принимали участие в данном деле на начальных этапах, пытались доказать свою правоту, но проиграли дело. То есть отношение к решениям судов могло быть разным, но священность суда признавалась и уважалась.

Лишь с приходом к власти Трампа начинается пересмотр концепции священности судебной власти. Следует особо обратить внимание на случай с Судом ВТО (т. н. апелляционной палаты ВТО) в 2019 году, когда администрация Трампа отказалась назначить нового американского судью или продлить его полномочия, тем самым лишив Суд кворума и заблокировав деятельность Суда ВТО! И вот теперь – санкции против Международного уголовного суда, его сотрудников и членов их семей…

Причина смены отношения к международным судебным органам лежит в изменении сущности данных органов.

Ещё в 1980-х годах международные суды представляли собой продолжение государственной власти на международном уровне. Часто такие суды назывались межгосударственными. Однако с конца 1980-х – начала 1990-х годов, на рубеже распада второй сверхдержавы современного мира, ситуация резко изменилась. Начался процесс институционализации наднационального, глобального управления. Стали создаваться новые международные суды, совершаться ползучие перевороты в составах старых судов. И санкции администрации Трампа в отношении МУС – это результат столкновения государственной власти США с наднациональными, глобальными элитами – как внешними, так и внутренними.

В указе Трампа «Распоряжение о блокировке имущества определенных лиц, связанных с Международным уголовным судом» ясно прослеживается указание на внутреннего врага государственных властей США. Формулировки указа таковы, что под санкции могут подпадать не только сотрудники МУС, но и любые другие лица. Санкциям могут подвергнуться, например, граждане США, которые будут «способствовать» расследованиям МУС. В значительной мере указ бьёт именно по этим доморощенным помощникам МУС.

В администрации Трампа хорошо понимают, что главная опасность исходит от врага внутреннего.

Впрочем, нельзя недооценивать и врага внешнего. Здесь надо отметить кампанию осуждения «вмешательства США в осуществление международного правосудия» со стороны ряда государств. Их сравнительно немного, три-четыре десятка – таких как Фиджи, Сент-Винсент и Гренадины, Тринидад и Тобаго и т. п., но есть также среди осуждающих Канада, Британия, Германия, Франция и почти все остальные страны-члены Европейского союза…

Свой протест против решения администрации Трампа выразили и все «совестливые» специальные докладчики ООН. Это во время бомбардировок Соединёнными Штатами Югославии и Ирака, Ливии и Судана они молчали. Помалкивали и при вторжении США в Афганистан. А тут прорвало! Такое впечатление, что осуждению «вмешательства США в судопроизводство» нет предела!

Анализ столкновения «государств» и международных судов даёт ценную информацию о противоречиях между государственным и наднациональным / глобальным уровнями управления. Так, против «вмешательства США в международное правосудие» выступили не только основные выгодоприобретатели деятельности МУС, но и государства, которые сами находятся под расследованием этого Суда. Особо интересен случай Британии и Нигерии.

С 2006 года (!) Британия находится в поле деятельности прокурора МУС в рамках ситуации в Ираке. Речь идёт о военных преступлениях, совершённых британскими политиками и военными в Ираке в 2003-2009 гг. Интересно, что расследование проводится только в отношении Соединённого Королевства, хотя организатором агрессии против Ирака были США, в агрессии участвовали Австралия, Польша, но против них МУС ничего не имеет.

И вот в рамках обличения «вмешательства США в международное правосудие» Британия выступила в поддержку «независимого» МУС. Ещё один интересный факт: в составе апелляционной палаты МУС, принявшей решение о начале расследования против США, был и судья из… Британии.

Заявление Лондона о «независимости» МУС – это дымовая завеса. Во-первых, военно-политическое руководство Британии находится под расследованием МУС (ситуация в Ираке). Во-вторых, Британия не раз демонстрировала сугубое презрение к «независимости» международных судов. Например, в реакции на решение Европейского суда по правам человека (дело МакКэн) или на решение Международного Суда ООН по архипелагу Чагос (Британия отказывается выполнить решение МС ООН о деколонизации этой территории).

Главное, однако, не в удручающем моральном облике представителей британских властей. Главное в том, кто и чьи интересы представляет в данном составе британского правительства. Как видно из взаимоотношений Британии и МУС, Лондон является местом, где произошло эффективное сращивание государственного и глобального уровней управления.

То же относится и к Нигерии. Она находится под расследованием прокурора МУС с 2010 года. При этом Международным уголовным судом третий год руководит… нигериец! Президент Нигерии не осмелился осудить США за «вмешательство в правосудие», но в отдельном заявлении поспешил выразить «поддержку МУС». А прокурор МУС все эти годы то сообщает, что расследование ведётся не в отношении террористов «Боко Харам», а в отношении правительства, которое в борьбе с «Боко Харам» нарушает права человека, то заявляет, что расследование ещё не окончено. И так уже десять лет…

* * *

Ранее мы отмечали, что Международный уголовный суд как институт наднационального (глобального) управления стал прямым участником предвыборной борьбы в США. Соответственно, и вмешательство МУС во внутреннюю ситуацию в Америке, и реакция администрации Трампа на это вмешательство являются актами борьбы национальных и транснациональных (глобальных) элит.