Японская политика в Азиатско-Тихоокеанском регионе направлена на поддержание баланса между стратегическим альянсом с Соединёнными Штатами, который обеспечивает национальную безопасность и служит инструментом сдерживания Китая и экономическим сотрудничеством с Китаем, – ключевым торговым партнёром. Россия как региональный актор действует в условиях, требующих дипломатического мастерства в геополитическом треугольнике АТР.
Почему Япония наращивает вооружение?
Не так давно правящая японская Либерально-демократическая партия рассмотрела набор вопросов о пересмотре базовых документов по стратегии национальной безопасности, включая вопрос снятия ограничений на экспорт вооружений, расширение использования БПЛА, а также ускорение разработки ракет большой дальности и перспективы оснащения ВМС Японии атомными подлодками.
Обсуждался и подход к трем неядерным принципам Японии: не обладать, не производить, не ввозить в страну ядерное оружие.
Избранная в октябре 2025 г. премьер-министр Японии Санаэ Такаити, по информации ТАСС, «отказывается открыто подтвердить свою приверженность этим положениям национальной политики. По данным печати, она готова выступить, по крайней мере, за отказ от запрета на ввоз в страну американского ядерного оружия».
Надо полагать, что премьер Такаити в курсе того, какую военную роль играют США в Японии на основе заключенного сторонами двустороннего Договора о безопасности.
Вопросы по теме японской внешней политики комментирует для ФСК кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Центра японских исследований Института Китая и современной Азии РАН Ольга Добринская.
Как Вы рассматриваете заявку Такаити о снятии запрета на ввоз в Японию американского ядерного оружия, с учётом того, что Китай зеркально отреагирует на активность Америки в АТР и Россия имет общие морские границы с Японией?
О. Добринская: Отказ Японии от неядерных принципов усугубит дилемму безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР) и спровоцирует очередной виток гонки вооружений. На фоне углубления разделительных линий в регионе, противоречий между США и КНР, роста напряженности в отношениях Токио и Пекина это грозит дальнейшей дестабилизацией АТР, что противоречит интересам России.
Полноценное экономическое сотрудничество РФ и Японии заморожено с 2022 г. в силу антироссийской политики, проводимой Токио. Однако дальневосточные нефтегазовые проекты «Сахалин-1» и «Сахалин-2» под контролем операторов («Роснефть» и «Газпром»), сохраняют экспортную направленность в страны АТР, особенно в Японию.
В этом контексте, чего нам ожидать от действующего премьер-министра, на каком уровне Такаити понимает Россию и её политику?
О. Добринская: До прихода к власти Санаэ Танаити допускала жесткие высказывания о России, однако на посту премьера она не замечена в подобной риторике.
Выступая с программной речью в парламенте, премьер-министр подтвердила намерение вести переговоры о заключении мирного договора путем решения «территориального вопроса», однако является ли это просто повторением стандартной формулировки, которую озвучивают японские лидеры, говоря об отношениях с Россией, или выражением ее собственной политической позиции, пока сложно сказать.
Япония пока не предпринимала никаких шагов, которые позволяли бы говорить об изменении ее позиции в отношении России. При этом стоит отметить, что, несмотря на давление американской стороны, С. Такаити обозначила намерение Японии продолжать импортировать российский СПГ, и, безусловно, энергетика остается значимым связующим звеном между нашими странами.
Как Вы оцениваете вероятность того, что Япония сможет преодолеть свою зависимость от антироссийских санкций ЕС и США, и восстановить взаимовыгодное сотрудничество с Россией в прежних секторах экономики?
О. Добринская: США – единственный военный союзник Японии, и внешнеполитический курс Токио во многом зависит от Вашингтона. Можно предположить, что в случае позитивного развития российско-американского диалога, на российско-японском направлении также наметятся подвижки.
В условиях тарифной политики США японскому бизнесу было бы выгодно восстановить сотрудничество с Россией, вернуться на ее рынок. Соображения обеспечения энергетической и продовольственной безопасности также являются важными факторами возможного сближения. Другое дело, что многие ниши, покинутые японцами, уже оказались заняты, поэтому вернуться может быть непросто.
Российские Курильские острова
В Японии тема претензий на Курильские острова делает погоду вот уже восемь десятилетий. С уходом премьера Абэ в японской дипломатии вопрос не поднимался, во всяком случае с участием Москвы. Новый премьер заявила, что «кабинет министров намерен добиваться подписания мирного договора с Россией, несмотря на сложное состояние двусторонних отношений».
Может ли в японской реальной политике что-то поменяться в территориальном вопросе? Какую роль выполняет Вашингтон в формировании позиции официального Токио по «северным территориям»?
О. Добринская: Формулировка о намерении подписать мирный договор с Россией является стандартной и скорее свидетельствует о сохранении преемственности общего курса японского правительства. Кроме того, в её заявлении говорится, прежде всего, о решении т.н. «территориального вопроса», а потом уже о подписании мирного договора, так что это еще и сигнал японской общественности, что Япония не забывает про «территориальную проблему» и правительство намерено добиваться ее решения.
Политическая элита Японии когда-нибудь поймёт, что Курильские острова являются российскими? И возможен ли диалог Москвы и Токио в обозримом будущем?
О. Добринская: Принципиальная позиция Японии состоит в намерении «вернуть» все четыре острова, и в настоящее время нет оснований рассчитывать на признание японцами принадлежности Южных Курил России.
Япония в своё время подписала и Договор о мире и дружбе с КНР, и Базовый договор с Республикой Корея, несмотря на наличие территориальных споров, поэтому здесь многое зависит от политической воли и условий международной среды.
У России и Японии есть много точек соприкосновения, и возобновление диалога, безусловно, будет возможно, когда для этого будут созданы необходимые условия.
При премьере Синдзо Абэ обсуждался вопрос совместного ведения хозяйственной деятельности на этих островах. Токио или Москва должна создать условия?
О. Добринская: Первоначальное условия для возобновления диалога - отмена или хотя бы смягчение санкций. Что касается переговоров о мирном договоре, то с учетом позиций сторон по вопросу о принадлежности территорий, оптимальным вариантом было бы заключить Мирный договор, а потом уже искать компромисс по этому конкретному вопросу.
«Вариант совместной хозяйственной деятельности позволил бы создать доверительную атмосферу в отношениях и приблизиться к компромиссу», - считает эксперт Ольга Добринская.
Светлана Мамий
Фото: spb.hse.ru
