16 марта появился очередной результат опроса граждан Украины, проживающих на территории, подконтрольной киевскому режиму. На протяжении первой декады месяца его провёл Киевский международный институт социологии (КМИС), который известен откровенным желанием в своих выводах идти навстречу пожеланиям власти.
Главной темой опроса стала возможность проведения референдума о международных гарантиях безопасности в обмен на вывод ВСУ из Донбасса. Естественно, той его части, которая еще контролируется украинскими военными.
В начале года этот вопрос уже обсуждался как элемент договоренностей, и высказывалась идея проведения совмещенных президентских выборов и референдума по уступке территорий. Конечно, это грубо нарушает положения Конституции Украины, но Зеленский давно этим занимается, узурпировав власть в стране еще с мая 2024 года, когда истекли его президентские полномочия. Такой хитрый план не просто снял бы ответственность за любое решение с киевского режима, но и позволил бы ему получить финансирование на проведение выборов, а также оттянуть мирное урегулирование конфликта.
Прежде всего, киевские социологи открыто признали, что «можно получить позитивный результат референдума с “правильно” сформулированными вопросами».
В принципе, власть всегда любила заковыристые вопросы при проведении таких опросов населения. Достаточно вспомнить, что в 1991 году на Украине прошло два референдума, которые получили откровенно противоположные результаты.
Первый – 35 лет назад (17 марта) – всесоюзный с вопросом: «Считаете ли Вы необходимым сохранение СССР как обновлённой федерации равноправных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантироваться права и свободы человека любой национальности?»
Действительно, кто же откажется от сохранения родной страны и гарантий своих прав и свобод? Вот и проголосовало за около 78% советских граждан (в Украинской ССР чуть меньше – 70%).
Вот только почти через 9 месяцев (1 декабря) состоялся второй – уже всеукраинский референдум с другим вопросом: «Подтверждаете ли Вы Акт провозглашения независимости Украины?»
С учетом того, что население республики систематично и планомерно накачивали информацией о том, что Украинская ССР кормит весь Советский Союз («забыв» рассказать о дешевых энергоносителях и прочих плюсах единого государства), а также пообещали, что никакой украинизации не будет (сейчас эти обещания кажутся смешными, да и не с кого спрашивать за их невыполнение), то население практически единогласно (90%) поддержало указанный документ. Тем более что на тот момент Москва уже признала независимость бывших прибалтийских республик, а все союзные органы практически перешли под юрисдикцию российского руководства.
Однако вернемся к возможному референдуму по Донбассу в 2026 году. КМИС проводил соответствующие опросы об отношении украинцев к идее референдума в январе и марте этого года. Поэтому показательно сравнить их результаты и понять, как и почему они изменились.
Итак, первый вопрос «Вы поддерживаете или выступаете против проведения референдума по мирному соглашению?» показал, что количество тех, кто за немного уменьшилось за последние два месяца с 55% до 50%, а тех, кто против, – значительно увеличилось с 32% до 40%.
Вторая формулировка опроса касалась отношения к референдуму «в разрезе готовности поддержать вывод украинских войск из Донбасса в обмен на гарантии безопасности». И здесь сразу заметной стала работа пропагандисткой машины.
Если в зимнем январе такую формулировку поддержал 71% опрошенных, то в весеннем марте их количество упало почти вдвое – до 39%. А часть выступавших против такого развития событий возросло с 25% до 48%. То есть большинство респондентов практически полностью развернуло свое мнение на противоположное.
Вместе с тем, на возможный референдум планируют прийти два украинца из трех (64%). Однако ожидаемый уровень участия выше среди тех, кто готов на условие «вывода войск из Донбасса» – трое из четырех (76%), а среди тех, кто «категорически против» – чуть больше половины (59%).
Это говорит о том, что сторонники завершения военного конфликта путем передачи России оставшейся территории Донбасса более мотивированы. Они наверняка понимают, что любой другой результат возможного референдума не устроит Москву, которая продолжит добиваться своих целей военным путем.
Киевскую власть, кстати, негативный результат голосования устроил бы более чем. Зеленский (или его сменщик, если одновременно решат провести президентские выборы) может спокойно сказать: так мол и так – народ против, поэтому воюем до победного конца… всего населения.
КМИС уточняет, что в украинском законодательстве отсутствуют требования к формулировке вопросов, которые выносятся на референдум. Поэтому предлагать можно любой вариант. В этой связи они напомнили о референдуме 2018 года в Северной Македонии, когда власть добилась согласия на переименование страны под соусом членства в европейских и евроатлантических структурах.
На том референдуме предложенный македонцам вопрос звучал так: «Согласны ли вы на членство в ЕС и НАТО, приняв соглашение между Республикой Македония и Греческой республикой?» Именно в тексте этого соглашения содержалось условие о переименовании страны в Северную Македонию, и власть спрятала его, выпятив другие преимущества, чтобы люди ответили «да». Что называется, ловкость рук и никакого мошенничества.
Киевские социологи сделали точно так же и сформулировали вопрос по Донбассу аналогичным образом: «Поддерживаете ли вы установление мира путем принятия соглашения с США и Европой, которая предусматривает: членство Украины в ЕС в 2027 году, территориальные компромиссы, надежные гарантии безопасности и план экономического восстановления?»
Сколько плюсов сразу! И мир, и членство в ЕС (причём прямо в следующем году), и гарантии, и деньги на экономику. И всего один маленький минус – «территориальные компромиссы». Замечу, даже не «уступки», а «компромиссы», т. е. какие-то взаимоприемлемые для обеих сторон решения. Хотя, на самом деле, под таким соусом можно обговаривать даже передачу РФ контролируемых Киевом всех частей Запорожской и Херсонской областей.
Такая хитрая формулировка вопроса подняла показатель позитивного ответа на референдуме до 61%. Причем количество несогласных падает сразу до 10%. С учетом того, что 21% отметил, что не пойдет на голосование при таком вопросе, итоговые результаты референдума легко выводят на соотношение 86% – за и 14% – против. Практически единогласно!
В то же время КМИС признает, что идея референдума вообще может быть лишь «дипломатическим ходом Украины», чтобы продемонстрировать «открытость к сложным компромиссам и готовность принять их наиболее легитимными средствами», хотя на самом деле ничего проводиться не будет. А все дискуссии по этому вопросу и существующую неопределенность следует воспринимать как «вынужденную необходимость в текущих условиях».
Да и само название национального голосования (в случае его организации) может варьироваться от референдума до «общественных консультаций», имеющих гораздо более низкий статус.
Социологи предостерегают, что в украинском обществе существуют серьёзные противоречия и риски при проведении референдума: отсутствие консенсуса, опасность низкой явки, а также риски манипуляций при формулировке вопроса. В итоге легитимность результатов будет подорвана, а поставленные перед обществом проблемы останутся нерешенными.
С такими выводами нельзя не согласиться. Кто как не социологи знают и умеют манипулировать своими вопросами, добиваясь желаемых результатов проводимых опросов.
С другой стороны, очевидно, что на результаты опросов могло повлиять наступление весны. Не в том смысле, что в этот период активизируются психические заболевания, а в том, что приход тепла позволил украинцам забыть о всех проблемах прошлой зимы с отсутствием отопления, горячей воды и электроэнергии. Плохое быстро забывается, поэтому их легко смогут убедить воевать дальше за интересы Запада и хунты Зеленского. Психологические манипуляции никто не отменял.
