Сирийской Арабской Республике даже после ухода «режима Асада» и захвата власти рукопожатными в Белом доме боевиками, как говорится, покой лишь только снится. Вот уже почти неделю в стране не прекращаются социальные протесты, крупнейшие со времени смены власти в декабре 2024 года, а может быть, и со времён «Арабской весны» 2011 года. Поводом для массовых выступлений в большинстве провинций Сирии явилось рискованное решение профильных ведомств о резком повышении стоимости горюче-смазочных материалов (ГСМ): дизельное топливо мгновенно подорожало на 40%, а бензин популярных марок АИ-95 и АИ-90 – на 28% и более.
Как водилось в Сирии и раньше, волна протестов буквально мгновенно захлестнула ключевые регионы республики, не исключая и крупнейшие города. На севере и северо-западе – в Алеппо, Хаме, Хан-Шейхуне и Маарат-ан-Нумане – манифестанты заблокировали стратегическую трассу М-5, связывающую северные и южные провинции, а также дороги, ведущие к турецкой границе. В восточных провинциях со значительным курдским населением и запасами энергоресурсов – Дейр-эз-Зор, Ракка и Хасеке – протестующая публика поджигает автопокрышки и блокирует пути следования колонн с нефтяными цистернами, идущих к центральным НПЗ. Требования участников акций сводятся к отмене ценового маневра и немедленной отставке глав экономических и энергетических ведомств, которых с такой тщательностью подбирал президент переходного периода Ахмед аш-Шара`а и его люди.
В Министерстве энергетики Сирии связали резкий скачок цен с приоритетом адаптации к международному рынку: биржевые котировки нефти превысили отметку в 100 долларов за баррель из-за эскалации вокруг Ормузского пролива, а закупка импортного сырья ложится тяжёлым бременем на бюджет. Напомним, Сирия производит лишь до 102 тысяч баррелей нефти в день при потребности в 325 тысяч баррелей, покрывая дефицит за счёт внешних поставок, в том числе из России. И без того во многом критическое положение углубил (если не сказать усугубил) также плановый ремонт крупнейшего НПЗ в Баниясе, остановленного на модернизацию на три месяца.
Народное собрание Сирии уже вызвало министра энергетики Мухаммеда аль-Башира для дачи официальных разъяснений по конституционной процедуре. Надо полагать, процесс поиска козла отпущения и низвержение оного с государственного «корабля» принято считать открытым. Во всяком случае все внешние признаки, что дело будет обстоять именно так – налицо. Вместе с тем это уже не вполне убедительно или воспринято как недостаточный шаг. По крайней мере, уличные столкновения протестующих с силовиками все еще имеют место, а точнее продолжаются.
Симптоматично, что масштабный топливный кризис и острая на него реакция совпала по времени с визитом в Дамаск крупной экономической делегации из США, объединившей представителей 50 американских корпораций, интересующихся инвестиционным рынком страны после частичной отмены санкций.
Помимо уже обозначенной проблемы относительно вынужденной приостановки работы и капремонта на НПЗ Банияс, более широкой или всеобъемлющей представляется другая. Дамаск импортирует моторное топливо, что ставит сирийские власти в крайне уязвимое положение перед всеми внешними игроками, включая и набирающие силы и влияние региональные центры силы.
Нельзя исключать и глобальных потрясений, также не способствовавших проведению Дамаском сбалансированной топливно-энергетической политики на внутреннем рынке. Резкий рост мировых цен стал лишь закономерным следствием агрессии «коалиции Эпштейна» против Ирана. Не в последнюю очередь сыграло и ограничение импорта сырой нефти российского происхождения.
Парадокс, но даже решение Дональда Трампа 2025 года, отражённое в соответствующем президентском указе о прекращении санкций против Сирии, так и не помогло «постасадовским» властям арабской республики. Формулировка «страна нуждается в поддержке на своем пути к стабильности и миру» вызывает лишь улыбку у посвящённых во внутрисирийские расклады и особенности формирования новой власти в Дамаске на нынешнем историческом этапе.
Стараниями Трампа и госсекретаря Рубио Белый дом и Госдеп добились исключения Сирии из злополучного списка государств – спонсоров терроризма. Конгресс не высказал никаких выражений в течение положенных законом 45 дней. Теперь ирония судьбы в том, что американская делегация в ходе поездки в Сирию может воочию убедиться в «кредите доверия», выдаваемого «благодарным» населением навязанной им так называемой переходной власти.
Действительно, не вполне понятно, какие перспективы ждут США и представителей 50 американских корпораций при столь неблагоприятном экономическом и внутриполитическом климате в Сирии. И это при том, что до поры многочисленные этноконфессиональные противоречия и разногласия отложены в сторону, что нашло выражение, в частности, в попытке решения «курдского вопроса» путём частичной интеграции курдского меньшинства в силовые структуры, органы государственного управления и т. д. Но никто не знает и не даст гарантии, что завтра те или иные противоречия не приведут к дезинтеграции страны, способной запустить «эффект домино». По факту Сирией и сегодня управляют часто разрозненные банды, которые лишь номинально могут носить нашивки т. н. «Армии свободной Сирии», служа на практике, как и их предводители, лишь своим шкурным интересам.
Происходящее резко контрастирует с поведением и политикой г-на аш-Шара`а. Пока его страна находится на пороге очередной смуты, бывший предводитель запрещённой в России «Аль-Каиды» был приглашён главным спикером на открытии масштабного Арабского медиафорума, прошедшего 15-17 сентября в Дубае. Трагикомедия в том, что аш-Шара`а на специальной сессии «Сирия будущего», как ему казалось, убедительно рассказывал о переходе страны к мирному развитию после снятия международных санкций и восстановления государственных институтов.
По его словам, Сирия стремится стать фактором стабильности в регионе, развивать народную дипломатию и налаживать открытый диалог со странами арабского мира и международным сообществом. Очевидно, у аш-Шара`а специфическое или оторванное от реальности понимание национальных приоритетов, если он всерьёз полагает, что Сирия, не проведя президентских и парламентских выборов и имея вместо полноценного Основного закона конституционную декларацию на переходный период, уже идёт по верному пути.
Так или иначе, история с топливным кризисом лишний раз доказывает, что конфликт вокруг Персидского залива крайне негативно сказывается по всему Ближнему Востоку. К слову, протесты охватили не только Сирию: в соседнем Ираке в ходе спорадических столкновений погибло более 500 демонстрантов и сотрудников сил безопасности. Падение нефтяных доходов, жёсткий бюджетный дефицит, перебои в выплатах госсектору усиливают внутреннюю напряжённость, а теперь уже бывшего премьер-министра Аделя Абдул-Махди сменил бывший глава разведки Казым Казымлы. Таким образом, Восток еще не раз напомнит о себе как о пространстве, в котором границы весьма условны.
