Многочисленные свидетельства о «пыточных» разнообразных силовых структур Украины дополнились новым эпизодом. В начале ноября 2026 года на Украине разгорелся громкий скандал, связанный с обнаружением места содержания военнослужащих в селе Петропавловская Борщаговка Бучанского района Киевской области.
Украинские СМИ сообщили, что в частном доме, который использовался подразделением 1-го корпуса Национальной гвардии Украины «Азов»* (запрещённая в России террористическая организация), находились военнослужащие и гражданские лица. Среди них оказался несовершеннолетний, которого подвергли истязаниям в числе других узников пыточной этого «пункта временной дислокации» украинских неонацистов.
Информация о происходящем в Петропавловской Борщаговке стала распространяться в социальных сетях 2 ноября. На место инцидента выехали журналисты и представители разных госструктур, в том числе силовых.
В опубликованных материалах особое внимание привлёк 14-летний подросток. Его вывела укутанным в одеяло женщина, которую пресса представила как «медика», зафиксировавшего насилие в отношении несовершеннолетнего. Сам подросток был, как видно на видеозаписях, в невменяемом состоянии. Публике представили и других освобождённых из пыточной, в том числе со следами побоев на лице, с подозрением на травму позвоночника.
Ситуация вызвала широкий общественный резонанс. Распространились сообщения о возможном незаконном удержании «около 40» украинцев мужского пола, применении к узникам физического насилия и ненадлежащих условиях содержания.
Днём вокруг здания ПВД упомянутой террористической группировки собрались родственники военнослужащих и местные жители. Конфликт перерос в столкновения гражданских лиц с силовиками: были повреждены служебные автомобили полиции и автобус Нацгвардии, звучали выстрелы, применялся слезоточивый газ.
Снять накал страстей удалось, начато внутреннее расследование МВД Украины – НГУ является его структурным подразделением. Однако актуализированная очередным инцидентом с пыточными проблема осталась.
В урегулировании конфликта участвовали командующий Нацгвардией Украины Александр Пивненко (он признал использование силовиками гражданского объекта), представители Нацполиции (тоже структура МВД), сотрудники Государственного бюро расследований (криминал в МВД – их сфера компетенций), представители Минобороны Украины, прокуратуры и других государственных органов.
Среди последних – руководитель офиса президента Украины Кирилл Буданов* (внесён в РФ в список террористов и экстремистов). Именно его появление указало на больше политическое значение происшествия в Борщаговке. Ведь о таких пыточных было известно давно и даже далеко за пределами Украины.
Буданов* в общении с собравшимися признался в наличии сети таких учреждений на Украине. В частности, он заявил, что «таких зданий много» и с ними «надо разбираться». Видимо, при его непосредственном участии были освобождены узники заведения в Борщаговке – дезертиры и насильственно мобилизованные.
Согласно сообщениям в украинских СМИ и соцсетях, узников могли истязать с целью получения выкупа от родственников. Обычное явление, которое не первый год обогащает украинских силовиков и является поводом для позорного замалчивания таких фактов фейковыми правозащитниками на Украине в международных организациях, включая ООН, ОБСЕ, ПАСЕ и другие.
МИД РФ неоднократно информировал международные структуры о систематических грубых и массовых нарушениях прав человека на Украине. Множество эпизодов было связано с насильственной мобилизацией, как и в нынешнем ноябрьском инциденте в Борщаговке.
Репутация неонацистов тоже хорошо известна. Следственный комитет России в многочисленных сообщениях также информировал о военных преступлениях упомянутого неонацистского формирования.
Зеленский оправдывал такие практики и идеологические настрои защитников своего режима тем, что «они такие, какие есть». Прессе США и западным политикам, спонсирующим киевских неонацистов, такого объяснения хватило для продолжения накачки Киева оружием и деньгами, в том числе украденными у России под мантры о «священных гарантиях собственности».
Неонацисты поспешили выпустить заявление, в котором признали факт инцидента возле своего объекта с массовым возмущением граждан. При этом заявлявшие попытались представить себя потерпевшими. Боевики также признали, что содержали на борщаговском объекте дезертиров («самовольно оставивших части» (СЗЧ в сокращении укр. яз) – «четверо из военнослужащих, задержанных после совершения СЗЧ, имели травмы, из-за чего были отправлены в госпиталь для проведения обследования». Как были получены травмы и как повлиял инцидент в Борщаговке на отправку дезертиров в госпиталь, об этом ни слова (как и о ребёнке на этом же секретном объекте).
Офис президента Украины не нашёл ничего лучшего, нежели заняться поисками «руки Кремля». Избитый приём, ещё более возмущающий доведённых до крайностей обывателей…
Несомненно, когда-нибудь организаторов назовут поимённо. Убийц из ГУР* МОУ тоже найдут и накажут. Им придётся отвечать не только за убийства украинских граждан, запытанных в объектах вроде борщаговского, но и российских граждан, в частности Дарьи Дугиной.
ГБР сообщило о начале уголовного производства по факту событий в Петропавловской Борщаговке. Расследование открыто по части 5 статьи 426-1 Уголовного кодекса Украины («превышение военным должностным лицом власти или служебных полномочий»).
По факту ведомство подтвердило, что частный дом был превращён в военный объект, т. е. законную военную цель и угрозу для гражданских лиц, проживавших в округе. Она также признало, что объект в/ч № 3121 НГУ использовался в режиме тюрьмы для пойманных дезертиров. Непонятно, кто и как их поймал, кто и когда наделил другое подразделение МВД полномочиями выполнять функции СИЗО и прочих учреждений пенитенциарной системы.
Инцидент выявил бесконтрольность карательной деятельности украинских силовиков. В июньском расследовании издания «Бабель» указано около 30 «небоевых смертей» среди новобранцев 425-го отдельного штурмового полка «Скала» в 2025-2026 годах. Пытки и многое другое стали поводом для расследования с участием ГБР и Генштаба ВСУ.
Ещё ранее были зафиксированы многочисленные факты пыток и исчезновения военнослужащих в тыловых подразделениях украинских силовых структур. Пропадали без вести и гражданские лица, которых похищали и насильственно доставляли в расположения СБУ, МВД, ВСУ.
Всё это время псевдоправозащитники в Киеве и в западных столицах усиленно не замечали откровенного криминала, творимого защитниками киевского режима. Факты похищений и насильственных удержаний людей украинскими силовиками, а также пыток, убийств и других преступлений до сих пор игнорируются. Это делает соучастниками таких преступлений не только фейковых правозащитников из различных НГО, но и должностных лиц ООН и других международных организаций. Именно их преступное бездействие позволяет киевскому режиму и далее творить чудовищные преступления на подконтрольных территориях.
Украина является участницей Европейской конвенции по правам человека и обязана соблюдать её положения. В частности, статью 3 (запрет пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения), статью 5 (право на свободу и личную неприкосновенность), статью 13 (право на эффективное средство правовой защиты).
Эти гарантии распространяются и на военнослужащих. Наличие военного статуса не лишает человека права на защиту от незаконного насилия, которым так бравировали боевики радикальных вооружённых группировок киевского режима.
