Занижен ли курс юаня?

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 100 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Этот вопрос стал в последние месяцы предметом широкого обсуждения. Причина – усиление нажима на Китай со стороны Конгресса и Администрации США. Вопрос обсуждался и на недавней китайско-американской встрече в верхах в Вашингтоне. Как и ожидалось, Пекин не изменил позиции, сохранив за собой право определения политики в отношении курса национальной валюты.

Для установления величины завышения или занижения курса различных валют по отношению к доллару США помимо официального валютного курса пользуются паритетом покупательной способности (ППС), т.е. суммой денег в национальной валюте, достаточной для приобретения на местном рынке товаров и услуг, эквивалентных по стоимости в долларах такому же набору благ на рынке США. Скажем, в 2005 г. (в середине этого года Китай начал постепенную ревальвацию юаня) среднегодовой официальный курс юаня к доллару составил 8.19 : 1, а курс по ППС был равен 3.45 : 1. Иначе говоря, на 3 юаня 45 фэней в Китае можно было купить товаров столько же, сколько на 1 доллар в США.

Разделив курс по ППС на официальный, мы получим разницу в ценах на двух рынках: в 2005 г. уровень цен в КНР составлял 42% от их уровня в США.

Ревальвация юаня была приостановлена в середине 2008 г., после чего официальный курс китайской валюты по отношению к доллару США колебался в пределах 6.82–6.83 юаней. В том же 2008 г., с учётом инфляции в обеих странах, разрыв в уровне цен сократился: цены в Китае достигли 55% от американского уровня.

Приведем для сравнения данные об отношении уровня внутренних цен к американскому аналогу по странам, конкурирующим с Китаем, за те же три года ревальвации юаня (2005–2008).

В Республике Корея это отношение изменилось за три года с 77 до 69%, на Тайване - с 60 до 55%, в Индии - с 33 до 36%, в Малайзии – с 46 до 58% .

Как видим, в 2005–2008 гг. происходило довольно значительное снижение ценовой конкурентоспособности Китая. О занижении курса юаня говорить тем более неправомерно, что три из четырех названных выше стран и территорий существенно превосходят КНР по уровню дохода.

Сказалась ли трехлетняя ревальвация юаня на китайско-американской торговле? Несомненно. В течение всего периода 2007–2009 гг. китайский экспорт в США рос куда медленнее, чем импорт из этой страны. Ревальвация была не единственной тому причиной, но сама тенденция показательна. В 2007 г. в сравнении с 2006 г. экспорт КНР в США вырос на 14.4%, а импорт – на 18%; в 2008 г. китайский экспорт вырос на 8.4%, импорт – на 17.4%. В 2009 г. падение китайского экспорта на американский рынок (на 12.5%) было опять-таки более глубоким, чем сокращение импорта из США (4.8%).

И наконец, в первом квартале 2010 г. рост китайского экспорта в США на 19.7% сопровождался увеличением ввоза американских товаров на 42.7% .

Не исключено, что уже состоявшееся повышение курса китайской валюты вполне достаточно для выравнивания торгового баланса КНР в целом, в том числе – сокращения актива в торговле с США. В марте 2010 г., добавим, КНР впервые за долгий срок столкнулась с отрицательным месячным сальдо баланса внешней торговли, превысившим 7 млрд. долл. Достаточно скромным оказался и общий актив торгового баланса КНР за первый квартал 2010 г. – менее 15 млрд. долл.

Поскольку Китай вновь вышел на траекторию очень динамичного экономического роста (около 12% в январе – марте 2010 г.), можно смело прогнозировать дальнейшее сокращение актива торгового баланса КНР и даже его дефицит – внутренний рынок расширяется быстрее внешних. Так что сейчас серьезных оснований для ревальвации юаня, если иметь в виду чисто внешнеторговые факторы, нет. На дальнейшее сближение уровня американских и китайских цен работает и начавшаяся в КНР инфляция – 2.4% в январе – марте 2010 г.

На этом фоне претензии США к КНР непонятны: ведь главным аргументом для Вашингтона служит торговый дефицит США. Он, однако, не очень-то связан с китайским экспортом и темпами его роста. Статистика показывает, что главным фактором дефицита внешней торговли Соединённых Штатов остается цена на нефть. Так, в 2008 г. гигантский годовой дефицит США в 840 млрд. долл. достиг месячного максимума в 77 млрд. долл. в июле, куда меньший дефицит внешней торговли в 2009 г. (517 млрд. долл.) был наименьшим в мае – 37 млрд. долл.

Есть и другие причины, по которым адресовать Китаю упреки в дефиците торговли США некорректно.

Во-первых, экспортный сектор китайского хозяйства насыщен предприятиями с иностранным капиталом, в том числе из стран Восточной Азии, которые традиционно имеют значительный актив в торговле с США. В известной мере этот актив всего лишь «переселился» в Китай. Актив КНР в торговле с США, а также ЕС - свидетельство более высокой конкурентоспособности Восточной Азии в целом.

Во-вторых, и в самом Китае достаточно сторонников ревальвации юаня, аргументирующих тем, что ревальвация может снизить издержки китайских предприятий, покупающих топливо и сырье, уменьшить инфляцию и т.д. Однако нажим Вашингтона лишь ослабляет позиции этой части экономистов.

В-третьих, экспортный сектор КНР уже понес значительные потери в связи с глобальным финансовым кризисом. В ряде отраслей последствия возможной ревальвации оцениваются как «катастрофические» для прибыли и занятости.

Есть и другие обстоятельства, делающие позицию США уязвимой, а китайскую – более понятной. Так, в КНР уже некоторое время ведется критика «чрезмерного» насыщения экономики предприятиями экспортного сектора с невысоким техническим уровнем, импортирующим технологии, компоненты и т.д. На перспективу ставится задача перехода от практики «сделано в Китае» к политике «сделано Китаем». А ревальвация как раз нанесет больший ущерб экспортному сектору, работающему полностью на компонентах внутреннего производства.

И наконец, обстоятельство, частично объясняющее высокий политический накал вопроса в США. В 1980–1990-е гг. США не обращали внимания на многочисленные девальвации валют развивающихся стран, в том числе Китая. Почти монопольное положение на мировом рынке капитала и кредита, казалось бы, безусловное технологическое превосходство, прочное финансовое положение позволяли Америке не тревожиться «по мелочам». Теперь всё изменилось кардинальным образом. Экономические успехи крупнейшей развивающейся страны, объясняемые ее продуманной и самостоятельной валютно-финансовой политикой, видятся угрозой интересам США. «Заниженный юань» становится навязчивой идеей американского истеблишмента, что, помимо прочего, заставляет усомниться в способности Америки позитивно влиять на организацию международных финансов.

Оцените статью
0.0
telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 100 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться