1228

Зачем России надо быть сильной? (I)

Больше 24 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
telegram Подписаться
Больше 80 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
dzen Подписаться

Появившаяся в «Российской газете» 20 февраля в цикле программных статей В.Путина его публикация "Быть сильными: гарантии национальной безопасности для России" заставляет вспомнить идеи выдающегося российского либерала (не путать с нынешними эпигонами либерализма) Петра Струве, представленные им в виде своеобразного «закона Струве» в работах «Великая Россия» и «Интеллигенция и народное хозяйство» и охарактеризованные как «верховный закон бытия всякого сложившегося государства». 

Вот что гласит этот закон в формулировке П.Струве: «Всякое здоровое и прочное государство, фактически самим собой держащееся, желает быть МОГУЩЕСТВЕННЫМ и непременно обладать ВНЕШНЕЙ МОЩЬЮ».

Развивая мысль, П.Струве пишет.

1. «Оселком, мерилом всей политики как правительства, так и партий должен служить ответ на вопрос: в какой мере эта политика содействует внешнему могуществу государства».

2. «Великий народ не может под угрозой упадка и вырождения сидеть смирно среди растущего в непрерывной борьбе мира».

3. «Столкновения государств между собой в основе вытекают из конфликтов интересов и из соотношений могущества, а не из-за международного бреттерства правительств».

4. «Политика… и должна начать с того, чтобы на всех пунктах государственной жизни противогосударственному духу, не признающему внешней государственный мощи и с нею не считающемуся… противопоставить новое политическое и культурное сознание». 

5. «Государство должно быть прогрессивно, когда и поскольку этого требует его могущество. Государство не может быть прогрессивным, когда и поскольку это подрывает его могущество».

Невозможно избавиться от впечатления, что приведенные мысли П.Струве - своеобразное послание потомкам.

Почти 25 лет, от горбачевской «перестройки» и до провала «перезагрузки», Россия безуспешно пыталась «интегрироваться» с Западным миром. Ради этой «идеи фикс» были отданы Советский Союз, Варшавский договор, состоялось вступление в «Вашингтонский консенсус» на неравноправных условиях, была допущена перекачка финансового и «человеческого» капитала за рубеж и т.д. Взамен Россия получила: расширение НАТО на Восток; ПРО, разворачиваемую вблизи российских границ; финансовую и моральную поддержку Западом действующих на территории России сепаратистов и террористов; отказ от Ялтинско-Потсдамской системы международных отношений; подмену норм международного права на «право сильного»; раскручивающийся маховик военных конфликтов… Даже беглый взгляд на географию данных конфликтов не может не вызвать настороженность - Россию сдавливают «конфликтным полукольцом». Это полукольцо грозит скоро быть замкнутым в процессе начавшейся подготовки к дележу шельфа Северного Ледовитого океана. Интересно заметить в связи с этим, что Китай также рвется на Север и строит ледокольный флот.

Всей практикой взаимоотношений России с Западным миром постоянно подтверждаются слова известного русского писателя-эмигранта Владимира Максимова, произнесенные им в 1995 году в Париже: «Если сказать однажды твёрдо и решительно "цыц", - прислушаются на Западе к голосу России. Они здесь быстро становятся очень послушными и вежливыми, начинают разговаривать по-человечески. Но если вы уступили, не ждите от этих цивилизованных людей пощады. С теми, кто им уступает, они не знают ни стыда, ни совести, ни чести, и пока вас не додавят, не успокоятся».

И не надо говорить, что, мол, постсоветские государства начали смотреть в сторону НАТО, убоявшись «имперских амбиций» России. Бывшие советские республики вроде бы стремились, а некоторые до сих пор стремятся попасть в Евросоюз, но дело организовано так, что «входным билетом» в сей «клуб избранных» и «европейскую кассу взаимопомощи» является как раз вступление в НАТО. А что такое современная НАТО? Нам постоянно внушают, что, мол, Североатлантический блок стал другим, изменился, изменились его задачи, функции, механизмы. В массовом сознании формируют образ НАТО как некоего международного элитарного «дискуссионного» клуба, вынужденного, правда (когда «не справляется» Совет Безопасности ООН), выполнять ограниченные полицейские функции борьбы с «международным терроризмом», противодействия распространению оружия массового поражения, ракетным угрозам и т.д. 

Да, НАТО существенно меняется, но не в том направлении, в котором нас убеждают пропагандисты этой организации. На Лиссабонском саммите в ноябре 2010 г. была принята новая стратегическая концепция «НАТО в 2020 году: гарантированная безопасность, динамическое взаимодействие». Она подготовлена на основе рекомендаций группы экспертов во главе с Мадлен Олбрайт. Из данного документа прямо вытекает, что НАТО изменяется в сторону глобализации своей деятельности и при этом существенно расширяет трактовку базовой статьи 5 Североатлантического договора, определяющей условия применения альянсом военной силы. То есть общий вектор движения НАТО направлен от регионального оборонительного союза к некой закрытой элитарной структуре, вытесняющей (дублирующей) ООН и ее Совет Безопасности, сочетающей функции международного судьи и шерифа. Согласно этой стратегии, «эффективная оборона… должна начинаться далеко за пределами территории Североатлантического союза». Соответственно, развертывание ЕвроПРО (включая мобильный компонент ПРО) прямо лежит в русле новой стратегии НАТО.

Особые опасения вызывает то, что условия, требуемые для выполнения основного обязательства НАТО, изложенного в статье 5 Североатлантического договора, принимают «новую форму». Введение понятия «новые угрозы» позволяет весьма расширенно трактовать, «что же является нападением в рамках статьи 5». Как следует из упомянутых выше рекомендаций группы Олбрайт, в качестве «casus belli» могут рассматриваться следующие условия:

1. «…совершаемые с целью нанесения урона обществу кибернападения…». Теперь уже не надо напрягать силы на организацию сложных и опасных провокаций типа операции «Танненберг» («Гляйвиц») и «Тонкинского инцидента». За хакерской атакой (реальной или фиктивной) с территории какой-либо страны (Россия не исключение) может последовать «асимметричная» военная реакция. 

2. «…противозаконное нарушение функционирования критически важных путей снабжения…». Теперь в России должны будут задуматься, прежде чем отключать газ неплательщикам, а в странах, по территории которых должен пройти газопровод «Набукко», можно будет легко найти соответствующий предлог для вмешательства. Действия России в Арктике по обеспечению национального контроля над Севморпутем также могут «подпасть под 5-ю статью».

3. «…вызовы, которые не затрагивают напрямую безопасность НАТО, но… важны для граждан её стран-членов…» (!) Значит ли теперь, если Россия решит, например, пересмотреть грабительские условия нефтегазовых концессий на Сахалине или потребовать строгого выполнения экологических условий, то там появится флот НАТО? 

Возникает вопрос: с чем связаны такие изменения в стратегии НАТО? 

Использование динамических методов моделирования макроэкономических процессов показывает, что в условиях рыночной конкуренции экономическое равновесие, существование которого является краеугольным камнем классической экономической теории, имеет неустойчивый характер, чреватый кризисными явлениями. Для стабилизации равновесия необходимо:

- либо перейти к регулированию экономики, отказавшись от рыночных принципов (как это делали в СССР и других социалистических странах) или существенно ограничив рыночную стихию (как это делают во всех странах во время экономических кризисов);

- либо (если нет желания ограничивать рыночную конкуренцию) обеспечить приток дополнительных ресурсов в экономическую систему, что делает возможным сглаживание социальных противоречий. В этом случае идет постоянный экономический рост, и он не должен остановиться, иначе рыночная система дестабилизируется. То есть для стабильного существования такой системы необходимо наличие периферии, из которой можно всё время выкачивать дешевые ресурсы. 

С этой точки зрения НАТО есть инструмент поддержания устойчивости системы «центр - периферия», в которой только и может существовать Западный мир. В этом и состоят новые функции альянса. Фактически НАТО - это объединение государств Западного мира для новых «крестовых походов», которые, как известно, в первую очередь были экономическими предприятиями.

Анализируя последние статьи и выступления российского лидера, все больше приходишь к мысли, что сегодня лучшие представители российского политического класса отчётливо сознают необходимость формирования «нового политического и культурного сознания» (П.Струве). 

Все рассуждения оппонентов из праволиберального лагеря по поводу статьи В.Путина "Быть сильными…», если свести их к главному, выразятся в предложении отказаться от стратегии «сдерживания» и перейти к стратегии «умиротворения» Запада. Скрытым (скрываемым) параметром предлагаемой стратегии была до некоторых пор цена «умиротворения». Теперь цену уже называют. От России требуют: «делиться надо». Идеи М.Олбрайт и Д.Чейни поддерживаются российскими «либералами» типа академика Ю.Пивоварова, публично рассуждающего о возможности совместного (с развитыми мировыми державами) управления ресурсами Сибири. И если кому-то данный сценарий покажется невозможным, в том числе с международно-правовой точки зрения, то напомним, что Российская Федерация есть правопреемница Российской империи, а та в 1884 г. подписала соответствующую международную конвенцию, содержащую «принцип эффективной оккупации». Из него следует, что если какая-либо страна не способна эффективно управлять своими ресурсами, то может быть введено внешнее управление. Если в конце XIX в. данный принцип был призван узаконить колониальную систему, то завтра он может обосновать правомерность изъятия у России исключительных прав на управление ее собственными ресурсами.

Главный тезис прозападного лобби состоит в том, что «демократический Запад никогда не нападет на Россию», а, следовательно, предлагаемые В.Путиным меры укрепления обороны излишни (избыточны). Данный тезис активно внедряется в сознание общества и ярко характеризует концептуальную убогость квазилиберальной картины мира. Вполне очевидно и не требует никаких доказательств, что у Запада нет ни малейших «табу» на применение военной силы в любой точке мира. Наоборот, вся практика международных отношений последних 20 лет свидетельствует:

а) о полном переходе Запада от Вестфальской системы международных отношений к концепции ограниченного национального суверенитета (Америка – мировой шериф);

б) об активном использовании военной мощи НАТО при решении внешнеполитических вопросов, вплоть до прямой вооруженной агрессии.

При этом непосредственное военное нападение на Россию (согласно трактату «Лао-Цзы», такое нападение - «худшая из войн») Западу может и не понадобиться. Лидеры Западного мира, основываясь на теории непрямых действий, давно научились использовать фактор силы опосредованно - как один из элементов механизма «внешнего управления».

Российские борцы за американский вариант «мира во всем мире» наконец-то должны осознать, что мирно ворковать на эту тему, греясь на солнышке и поклёвывая «крохи малые», они смогут только лишь тогда, когда небо у них над головами будут сторожить отечественные «ястребы», вооруженные ядерным мечом и антиядерным щитом. В этом случае у них есть хоть какой-то шанс выжить в «пищевой цепочке». В противном случае, когда заокеанские «ястребы» сделают свое дело, «пятую колонну» они «склюют» в первую очередь как отработанный материал в назидание другим.

Если мы хотим сами потреблять свои ресурсы и не согласны с тем, о чём нам твердят, - что Россия, например, «несправедливо владеет Сибирью», наша страна обязана быть сильной. И это не просто громкая фраза. Недавно на центральном российском телеканале прозвучало сообщение о том, что на «Сибирско-американском факультете» одного из ведущих университетов Сибири (!) проводилась «деловая игра», на которой рассматривалось ее отделение от России с образованием конфедерации «Сибирь», включающей в себя все основные региональные субъекты федерации в качестве отдельных государств! Это полностью совпадает с предложениями, высказанными З.Бжезинским на международном политическом форуме в Ярославле, а также 14 октября 2011 г. в Нормандии при получении престарелым польско-американским русофобом премии Алексиса Токвиля.

И теперь нам остаётся рассмотреть ещё один вопрос: «А по карману ли России безопасность?» Об этом – во второй части статьи.

(Окончание следует)