Москва и Тегеран отвечают Америке

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Американские стратеги одержимы идеей холодной войны с Кремлем, не имея представления о том, чем она может закончиться. Стремление Белого дома представить Россию виновной за происходящее на Украине не находит поддержки у международного сообщества. На стороне Вашингтона лишь сателлиты США, даже у стран НАТО на национальном уровне нет единства. Ссылки американцев на антироссийские решения Еврокомиссии можно не принимать во внимание, здесь условия диктуют три десятка назначенных Европейским Советом комиссаров, к мнению которых ведущие страны Старого Света никогда не прислушивались. Политика США на Украине мало стыкуется с интересами большого числа государств, в числе которых и один из лидеров Ближнего Востока – Иран.

Несколько дней назад иранский религиозный деятель аятолла Ахмад Хатами на традиционной пятничной молитве в Тегеранском университете назвал американское вмешательство «актом агрессии». «Вмешательство США в происходящие на Украине события поставило эту державу на грань войны», - заявил аятолла Хатами. Его оценка отражает позицию иранского руководства, хотя в США не прекращаются попытки представить Иран страной, якобы стремящейся использовать противоречия между Россией и Америкой в своих интересах. Распространяются вымыслы о готовности Тегерана обрушить в ущерб интересам России цены на нефть и заменить российский газ в Европе. Вашингтон реально напуган возможностью ответных мер Кремля на иранском направлении и пытается не допустить решительного разворота Москвы в сторону Тегерана. По мнению многих, именно это может стать самым эффективным ответом на попытки США осуществлять свой диктат на Ближнем Востоке. Стратегический альянс России и Ирана может заставить Вашингтон ощутить последствия своей украинской авантюры далеко за пределами Восточной Европы. Речь не идет о какой-то «геополитической мести» американцам, здесь уместно говорить о последовательной защите Россией своих национальных интересов совместно с государством, испытывающим потребность избавиться от диктата США.

И, наверное, первое, что здесь могла бы сделать Москва, - это отобрать у Белого дома рычаги давления на Тегеран, разрушить американскую конструкцию антииранских санкций. Ведь Россия подписалась только под санкциями Совбеза ООН, а односторонние ограничения, принятые США и Евросоюзом, считает противозаконными. Теперь Кремль подтвердил эту неизменную позицию конкретным шагом навстречу Тегерану. Россия и Иран успешно завершили переговоры о поставках российских товаров в обмен на иранскую нефть. Общая сумма контракта может составить 20 млрд. долларов. Речь идет о планах по закупкам 500 тысяч баррелей иранской нефти в день. При этом сделка, заключенная российской стороной с Ираном, не нарушает введенные в отношении Тегерана международные санкции, что само по себе вызвало в Вашингтоне реакцию, близкую к истерике. 

После появления сообщений о сделке пресс-секретарь президента США Джей Карни заявил, что Белый дом намерен добиваться санкций против Тегерана и Москвы, если сделка действительно состоится. «Нам совершенно, предельно ясно, что все подобные сделки потенциально могут подпадать под санкции и способны привести к огромным рискам, которые усложнят для «шестерки» достижение более полного соглашения (по иранской ядерной программе), если и вовсе не сорвут его», - считают в Госдепартаменте США. На деле все наоборот. Россия и Иран ведут переговоры о нефтяной сделке вне зависимости от позиции США, чтобы усложнить попытки администрации Обамы применить новые санкции против Тегерана, которые готовит конгресс. Кремль отвергает призывы США не заключать договор с Ираном об обмене нефти на товары. Заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков заявил, что расширение российско-иранской торговли – «естественный процесс, и он не несет в себе никаких элементов политического и экономического вызова кому бы то ни было». Он охарактеризовал подход США как создание «искусственных препятствий» для развития российско-иранского сотрудничества.

В Белом доме, имея в виду членство Украины в НАТО, считают, что президент Путин хочет создать «новый миропорядок», отрицающий принцип, согласно которому «страны обладают свободой выбирать альянсы». Возвращаясь ко временам холодной войны, Вашингтон требует от стран НАТО увеличить расходы на оборону и трансформироваться в более жесткий военный союз с чёткой направленностью против России. Американский сценарий уже написан: принять в члены НАТО Украину, Молдавию, Грузию и Азербайджан, разместить войска и авиацию США в Польше и странах Балтии. Беря Россию в военную блокаду, создавая новые плацдармы у российских границ, Вашингтон отстаивает свою «свободу выбирать альянсы», а Москве указывает на недопустимость военно-технического сотрудничества с Ираном. Уже по одной этой причине возвращение России к полномасштабному ВТС с иранцами абсолютно правомерно. Начало может положить реанимация сделки по поставкам в Иран комплексов С-300.

Ведь и в этом случае, как с контрактом на закупку иранской нефти в обмен на товары, Россия не нарушает требования резолюции Совбеза ООН № 1929 от 9 июня 2010 года, которая стала поводом для приостановки выполнения российских обязательств перед Ираном по ЗРК С-300. Ограничения, содержащиеся в этой резолюции, не касаются поставок С-300, так как эти ЗРК являются оборонительными, и их продажа Ирану никаким международным соглашениям не противоречит. В своё время Вашингтон выразил признательность России за «сдержанность» в реализации контракта по поставкам С-300 Ирану. Представитель Госдепа Филип Кроули отмечал, что «принятая Советом Безопасности резолюция как раз и призывает все страны демонстрировать осторожность и сдержанность в продаже любых вооружений». При этом он согласился, что продажа С-300 не запрещается решением Совета Безопасности. Получается, что Москва разорвала тогда свое военное сотрудничество с Тегераном в обмен на американскую признательность. 

Наверное, пришло время провести «работу над ошибками» и в отношении сотрудничества с Соединёнными Штатами по афганской повестке. В Тегеране считают, что дальнейшее военное присутствие США и НАТО в Афганистане может иметь отрицательные последствия и для этой страны, и для региона в целом. С аргументами иранцев насчёт того, что Афганистан может стать рычагом, с помощью которого США начнут регулировать с пользой для себя уровень угроз для приграничных с Афганистаном государств, трудно не согласиться. Тем более что сами афганцы не желают подписывать колониальное соглашение с американцами, желающими оставаться в стране еще долгие годы. Теперь, когда блок НАТО объявил о приостановке военного сотрудничества с Россией, есть смысл и в отказе от несущественного для России взаимодействия с натовцами по Афганистану. От транзитного узла НАТО в Ульяновске для переброски людей и грузов на афганском направлении альянс отказываться не спешит, но Москва может принять решение об этом по собственной инициативе в любое удобное для неё время…

Напомним, что ни оттепель в отношениях между Вашингтоном и Тегераном, ни уступки новой иранской дипломатии на переговорах по иранской ядерной программе не изменили позицию США, отклоняющих участие Ирана в сирийском примирении. Иран по степени своего влияния на кризис в Сирии - в числе первых. Тем не менее, оставаясь на авансцене сирийских событий, Тегеран был оттеснён за рамки международных усилий по урегулированию конфликта. Со стороны Вашингтона это было провокацией в адрес Ирана и желанием досадить Москве. В новых условиях и на сирийском направлении альянс России и Ирана вполне может составить конкуренцию Соединённым Штатам, опирающимся на сотрудничество с террористическим интернационалом.

В этом году готовится визит В. Путина в Иран. Помимо дальнейшего развития регионального партнёрства, ожидается, что Россия и Иран могут прийти к «Большому договору» о сотрудничестве в рамках новой повестки двусторонних отношений. Иранская сторона заинтересована в дальнейшем взаимодействии с Россией в области атомной энергетики. Прорыва на высшем уровне требует подготовка Конвенции о правовом статусе Каспия. Есть обоюдный интерес к совместным проектам в нефтегазовом секторе Ирана, в освоении космоса, в развитии транспортной инфраструктуры. Главное теперь - отказаться от определения глубины и масштабов двустороннего сотрудничества с оглядкой на Вашингтон. Как гласит персидская пословица, «Собака лает, ветер носит, а караван идет».