Накануне визита Путина в Турцию

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Статус предстоящего 1 декабря визита Владимира Путина в Анкару повышен до государственного, заявил помощник главы российского государства Юрий Ушаков. В ходе двусторонних переговоров и заседания Совета сотрудничества высшего уровня планируется рассмотреть широкий круг вопросов, начиная от проблем Ближнего Востока и заканчивая двусторонним торгово-экономическим сотрудничеством, имеющим неплохие перспективы. Отличительной особенностью этого механизма межгосударственного взаимодействия является состав его участников, включающий не только президентов, но и ключевых министров двух стран.

Турецкому бизнесу выгодно развитие отношений с Россией по многим направлениям, но политические отношения двух стран, равно как и диалог по вопросам безопасности, осложнены несовпадающими точками зрения на ряд проблем. Определённое раздражение турецкой общественности и части элит вызывает, например, необходимость для Анкары прислушиваться к мнению Вашингтона в том, что касается отношений Турции с третьими странами. 22 ноября жители Стамбула вышли на демонстрацию против визита заокеанского гостя, а ранее члены Союза турецкой молодежи напали на трёх американских моряков, сошедших на берег со своего корабля после черноморских манёвров НАТО.

Недавние слова Сергея Лаврова о недостойном поведении представителей «великой державы», бегающих по всему миру в попытках сколотить антироссийский экономический фронт, могут иметь отношение и к Турции. За неделю до российского президента в Стамбуле побывал вице-президент США Джо Байден, прилетевший туда непосредственно из Киева.

Вместо 45 минут, согласно первоначальному регламенту, встреча Байдена с главой турецкого государства Эрдоганом длилась почти 4 часа. В СМИ широко обсуждался ближневосточный трек американо-турецких переговоров, связанный с тупиковой ситуацией в Сирии, деградирующей вследствие активности «Исламского государства». По оценкам экспертов, в рядах этой организации, набравшей силу не без участия США и их региональных союзников, воюет немало турецких граждан. Обсуждалась и ситуация вокруг Ирака, а также вокруг Кипра и Восточного Средиземноморья с его недавно открытыми крупными газовыми месторождениями. Однако вопросы, связанные с попытками американцев влиять на российско-турецкие отношения, остались, если судить по сообщениям, за кадром переговоров Эрдоган – Байден.

Турецкие власти не спешат присоединяться к экономическим санкциям США и Евросоюза против России; более того, двусторонняя торговля имеет тенденцию к увеличению. Российско-турецким отношениям присуща «своя природа, своя естественность и своя особенность», говорит посол Турции в России Умит Ярдым. «Пока я работал в Иране, еще тогда я понял, что санкции - это не тот метод, который приводит к ожидаемым последствиям в политике. Позиция Турции – соответствовать и следовать тем решениям, которые принимает ООН. Это актуально не только для Турции, а для всех членов ООН», – отмечает турецкий дипломат.

Товары из Турции, как и из других стран за пределами США и ЕС, находят своё место на прилавках российских магазинов. Продовольствие идёт и в обратном направлении – так, в течение последних двух лет Турция стала одним из основных покупателей российской пшеницы. Президент России в интервью информагентству Anadolu обозначил перспективу увеличения двустороннего товарооборота до 100 млрд долларов. Общая сумма накопленных российских прямых инвестиций в экономику Турции составляет более 1,7 млрд долларов, а размер турецких вложений в российскую экономику приближается к 1 миллиарду. Развивается и сотрудничество в сфере высоких технологий, сейчас достаточно скромное; в случае успешной реализации проекта по строительству АЭС в средиземноморской провинции Мерсин оно может получить дополнительный импульс. Глава российского государства отметил «самостоятельность решений Турции, в том числе по вопросам экономического сотрудничества с Россией». «Турецкие партнеры не стали жертвовать своими интересами ради чьих-то чужих политических амбиций», – подчеркнул Путин, добавив, что «это по-настоящему продуманный и дальновидный расчет».

Существуют также предположения, что Турция относится к числу стран, в торговле с которыми Россия может отказаться от доллара.

Реакцию, которую всё это вызывает в Вашингтоне, несложно угадать. Если Джо Байден, посещая Анкару незадолго до приезда туда Путина, добивался присоединения Турции к антироссийским санкциям, то что конкретно может за этим стоять? Предполагают, что речь может идти о предложении американцев заморозить проект строительства в Турции атомной электростанции «Аккую», сократить объём российско-турецкой торговли, а также принять ряд других мер. В Турции есть силы, готовые прислушаться к таким рекомендациям. Не исключены и попытки эксплуатации «романтических» настроений части турецких элит, мечтающих об усилении экспансии на Кавказе, в Крыму, Поволжье, Центральной Азии и рассматривающих Россию не как партнёра, а как «достойного противника», с которым турки воевали на протяжении нескольких веков. Такие силы, повторяем, существуют, об этом говорят и недавние высказывания министра иностранных дел Турции Мевлюта Чавушоглу в Киеве. The Washington Post отмечала сближение позиций Анкары и Вашингтона, последовавшее в результате серии визитов в Турцию высокопоставленных американских дипломатов и военных в течение нескольких недель перед поездкой Байдена.

Ещё в начале ноября некоторые англоязычные источники выбросили недостоверную информацию об обмене мнениями между Реджепом Тайипом Эрдоганом и Владимиром Путиным по сирийской проблеме. Нечто подобное наблюдалось и два года назад. Это говорит о настойчивом стремлении придать российско-турецкому диалогу искусственную конфликтность, в то время как Москва и Анкара делают упор на перспективах углубления взаимопонимания. Например, на том, как преодолеть дисбаланс в торговле, созданный импортом российского газа в Турцию, или предоставить скидки в цене голубого топлива. Однако попытки политизировать даже такие сугубо прикладные вопросы не прекращаются. Выступая на саммите по энергетической безопасности под эгидой Атлантического совета в Стамбуле, Джо Байден снова говорил об «энергетическом империализме» России, которому надо положить конец.

В ходе совместной с Эрдоганом пресс-конференции вице-президент США много рассуждал о том, что США и Турция нуждаются друг в друге, что их партнёрство сильно, как никогда. Ожидал ли Байден, что в Анкаре согласятся, пусть и вынужденно, «выстрелить себе в ногу» по примеру Франции?

Несмотря на активную политику президента Эрдогана, положение турецкой экономики сейчас не самое блестящее. Дефицит бюджета за январь – сентябрь 2014 года составил почти 12 млрд лир, снизились темпы экономического роста. Сотрудничество с Россией может реально способствовать успеху тех экономических преобразований, о которых думают и говорят в Турции.

Предстоящие переговоры Путина и Эрдогана, вероятно, покажут, в какой степени турецкому руководству, выстраивая отношения с Соединёнными Штатами, удалось отстоять самостоятельность своих позиций.