Цивилизованный Запад и ливийский кошмар

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Европа наконец решила, как ей быть с тем кошмаром, который воцарился в Ливии после краха ее государственности, вызванного интервенцией европейских держав в 2011 году в нарушение резолюции №1973 Совета Безопасности ООН. 18 мая министры иностранных дел стран-членов ЕС договорились об учреждении военно-морской миссии для борьбы с перевозкой нелегальных мигрантов из Ливии в Европу. Генсек НАТО Йенс Столтенберг поддержал это решение. По мнению главы европейской дипломатии Федерики Могерини, оно позволит ликвидировать сеть контрабандистов, переправляющих мигрантов через Средиземное море. 

Только за первые месяцы 2015 года через Средиземное море в Европу, в основном из Ливии, переправилась 51 тысяча мигрантов. По информации ООН, еще около 1,8 тысячи нелегалов за это время утонули в Средиземном море. В Евросоюзе рассчитывают, что участники миссии будут уничтожать суда контрабандистов непосредственно у побережья Ливии. Другими словами, Европа не собирается бороться с порожденным ею злом или серьезно помогать бедствующему ливийскому населению, а хочет отгородиться от проблемы. Существует также опасность, что ЕС пойдет на новую интервенцию в обход СБ ООН, без одобрения которого силы военно-морской миссии ЕС не имеют права вести операции на побережье Ливии и в ее территориальных водах.

Даже признанное Западом одно из конкурирующих правительств Ливии отвергло эту идею. По заявлению его представителя Хатема эль-Урейби (Hatem el-Ouraybi), «любая военная операция может быть осуществлена только по согласованию с ливийскими властями».

Ливийцы бегут из своей ранее вполне благополучной страны не от хорошей жизни. Источник их проблем - та самая Европа, которая намеревается поставить их в положение прокаженных. Суда, которые сейчас перевозят беженцев, это, как правило, небольшие рыболовецкие шхуны. Их уничтожение повлечет за собой массовую гибель ливийских рыбаков и только обострит продовольственную проблему в стране. Кто будет принимать решения о том, какой корабль принадлежит контрабандистам, а какой нет? Удастся ли захватить главарей контрабандистов? Как будет организовано уголовное преследование в соответствии с нормами правового государства? Нет ли опасности для невиновных людей, если ЕС будет вести военные действия на территории Ливии? Как Евросоюз защитит себя от возможных ответных атак? И главный вопрос: действительно ли решит такая кампания проблему беженцев? На последний из этих вопросов, которыми задаётся Deutsche Welle, ответ однозначный — нет. Те люди, которые не смогут бежать в Европу по морю, обречены влачить в Ливии жалкое существование. Спустя какое-то время мигранты и контрабандисты начнут искать новые пути. «Кстати, — уточняет Deutsche Welle, — Ливия оказалась в нынешней ситуации отчасти и из-за военной — пусть и с благими намерениями — операции НАТО во время гражданской войны в этой стране. Стабильности не будет способствовать и новая военная кампания ЕС».

В самой Ливии события развиваются крайне драматично. Страна представляет собой сегодня конгломерат нескольких квазигосударств. Пустынная юго-западная область Феццан, населенная в основном кочевниками, объявила о своей автономии в конце сентября 2013 года. К северу от неё лежат Западные Горы – регион, обладающий собственной значительной армией. Город Мисурата к востоку от Триполи фактически превратился в сравнительно преуспевающее город-государство, закрытое для прочих ливийцев. Город окружен цепью блок-постов, пропускающих внутрь только тех, за кого может поручиться житель Мисураты. 

На побережье к востоку от Сирта расположены несколько нефтеналивных портов, находящихся под контролем так называемой «Гвардии защиты нефтяных объектов» со штабом в Адждабии. В Бенгази, также формально объявившем автономию, правит Совет Киренаики. По мнению французского эксперта Фабриса Баланша, Ливия подвергается «сомализации». Несостоявшееся государство разваливается на части под давлением конкурирующих вооруженных групп. Признаки «сомализации» - доступность тяжелого оружия, политический раскол, слабость регулярной армии, сепаратистские настроения на периферии, отсутствие законной власти и гарантий безопасности населения, сильное влияние радикального исламизма. 

Страну раздирает множество этно-племенных конфликтов, обостряемых борьбой за контроль над месторождениями углеводородов. Оружие, награбленное с армейских складов и полученное от стран НАТО, разошлось по всей Ливии, и отряды вооруженных боевиков верховодят в стране. Один из таких отрядов даже похитил на несколько часов премьер-министра Али Зейдана (Ali Zeidan), и, как тот потом рассказывал, люди, укравшие у него деньги, одежду, мобильный телефон и важные документы, были членами парламента. Ливийцы спрашивают друг друга: «Если премьер-министр не может защитить себя, то как он может защитить страну? И если председатель Национального конгресса и министры говорят о том, что не управляют страной, то кто ей управляет?»

Группировка «Исламского государства» (ИГ), пользуясь безвластием, захватывает в Ливии все новые объекты и территории. Один из организаторов интервенции 2011 года, бывший глава правительства Франции Франсуа Фийон, ныне признает, что французская операция в Ливии «разрушила государство и распространила заразу по всему Сахелю». Исламисты, например, захватили секретную военную базу возле Триполи, созданную войсками особого назначения США для обучения и подготовки контртеррористических сил Ливии. На днях подразделения ИГ вошли в Сирт.

Складывается ситуация, напоминающая иракскую, когда ИГ там многократно увеличила свою мощь после присоединения к нему значительной части офицерского корпуса бывшей армии Саддама Хусейна. Если их примеру последуют бывшие офицеры Каддафи, то Ливия может стать первой страной, полностью подконтрольной новому «халифату». Борьба европейских стран с ливийскими беженцами лишь ускорит этот процесс, распространив его за пределы Ближнего Востока. Ливия превращается в новую стратегическую базу ИГ для последующих нападений в Северной Африке, а через Средиземное море — и в Европе. 

В свое время Барак Обама с гордостью заявил после свержения и убийства Каддафи: «Не введя в страну ни одного солдата, мы добились поставленных целей». Постоянный представитель США в НАТО Иво Даалдер и главнокомандующий союзными войсками в Европе Джеймс Ставридис писали в 2012 г.: «Операция НАТО в Ливии справедливо ставится в пример в качестве образцовой интервенции». Однако есть и другие точки зрения. Профессор Техасского университета Алан Куперман говорит: «Оглядываясь назад, есть все основания сказать, что интервенция в Ливии закончилась полным провалом даже с американской точки зрения. Страна не только не стала демократией, но деградировала до состояния разваливающейся государственности. Количество насильственных смертей и другие нарушения прав человека выросли в разы».

Ситуация зашла так далеко, что, по мнению международных чиновников, прямое вмешательство западных держав на стороне признаваемого ими правительства уже запоздало. Глава Миссии поддержки ООН в Ливии Эндрю Энгел-Бернардино Леон (Andrew Engel-Bernardino León) отмечает, что «Ливия очень близка к тотальному хаосу» и поставки Западом оружия правительству в Триполи положение не спасут: «Поставляемое ему оружие, минуя официальные вооруженные силы, поступит в различные группировки, которые с 2011 года, прежде всего, не допускали возникновения самого этого сильного централизованного правительства. Поток оружия в Ливию может также усилить связанные с терроризмом вызовы безопасности, стоящие перед соседями Ливии».

Таковы в общих чертах плоды цивилизаторской деятельности Запада в Ливии.