Борис Джонсон точно знал в момент интервью, что эксперты в Портон-Дауне не только не выявили причастности России к этому случаю, но и противились тому, чтобы правительство ссылалось на них в своих утверждениях.

Тереза Мэй заигралась с делом Скрипаля

Произведён ли яд, которым отравили Скрипаля, в британском Портон-Дауне?

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

За 15 лет, прошедших со времени англо-американской агрессии против Ирака, позабылось одно немаловажное обстоятельство: выступивший против «иракского досье» Тони Блэра известный британский микробиолог и эксперт по разработке биологического оружия Дэвид Келли являлся сотрудником секретного центра в Портон-Дауне. Этот центр привлечён сегодня к изучению ядов, которые применили против Скрипаля и его дочери. За своё публичное выступление учёный заплатил жизнью, а все собранные им доказательства лживости британского правительства были уничтожены.

Общественность эти подробности забыла, но едва ли их забыли коллеги покойного Дэвида Келли. Они в очередной раз столкнулись с выбором между свободой стоять за правду и необходимостью говорить ложь. Министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон разыграл на глазах сотрудников Портон-Дауна лживый спектакль; вот выдержка из его интервью «Немецкой волне» от 20 марта 2018 года:

– Вы утверждаете, что нервнопаралитический газ «Новичок» происходит из России. Как вы могли установить это так быстро? У Великобритании имеются пробы этого газа?

– Позвольте мне выразиться ясно. Когда я смотрю на доказательства людей из Портон-Дауна, тогда нет никаких сомнений. Я спрашиваю человека: вы уверены? И он отвечает: никаких сомнений. Поэтому у нас не было другого выбора, кроме как решиться на акцию, которую мы провели.

Борис Джонсон точно знал в момент интервью, что эксперты в Портон-Дауне не только не выявили причастности России к этому случаю, но и противились тому, чтобы правительство ссылалось на них в своих утверждениях. Они не могли не помнить о судьбе Дэвида Келли.

Бывший британский посол и правозащитник Крейг Мюррей (Craig Murray) утверждает, что «британское правительство создало систему угроз для учёных в Портон-Дауне и эти угрозы нужно воспринимать с полной серьезностью… Идея о том, что линия «Новичок» была успешно реализована в России, оказалась лживой. Как я доказал ещё комментируя публикации от 2013 года, научный совет ОЗХО отмечал, что свидетельства о том, что «Новичок» был когда-либо произведен, неубедительны и отрывочны. Этого же мнения придерживалась и лаборатория Портон-Дауна».

Теперь оттуда поступают новые вести, пропущенные через сито Би-би-си: «Во вторник исполнительный директор лаборатории Портон-Дауна Гэри Эйткенхед (Gary Aitkenhead) заявил, что он не может установить производителя яда, которым были отравлены Сергей Скрипаль и его дочь. Лаборатория, которая ранее идентифицировала этот яд как нервнопаралитический газ «Новичок», утверждает, что он, по всей вероятности, был применен с участием государства, но не её дело определять, где он был произведен».

Вокруг дела Скрипаля незримо витает атмосфера лжи и умолчаний, но если любопытный сунет свой нос глубже и попытается понять, что на самом деле происходит, он почувствует страх.  Страх – великая сила, поэтому  спектакль «Дело Скрипаля» до каких-то пор будет идти на британской сцене успешно.

Между тем появляются новые данные в поисках ответа на вопрос «Откуда яд?». Немецкий химик и токсиколог Ральф Трапп (Ralf Trapp) дал интервью агентству ДПА, в котором утверждает: «Источником примененного к Скрипалю яда могла быть только государственная лаборатория, работающая по государственной программе и имеющая большой опыт работы с такими веществами. Лаборатории террористических организаций и криминальных банд исключаются. Рассматриваться могут только учреждения, имевшиеся в бывшем СССР, а теперь в России, которые ранее такими работами занимались. Но производить такие вещества могут и лаборатории, которые разрабатывают защитные меры против них. К ним можно причислить мощности в Чехословакии и Иране, а также лабораторию в Портон-Дауне на юге Великобритании» [подчёркнуто нами. – Д.С.].

Почему учёные в Портон-Дауне теперь отрицают такую возможность, понять можно. Однако и на межгосударственном уровне дела выглядят не лучше. Разве руководители тех государств, которые присоединились к необоснованным обвинениям Вашингтона и Лондона в адрес России, не испытывали страх?  А позицию Германии точно характеризует автор немецкого сетевого журнала «Страницы для размышления»: «Агрессивное поведение немецкой стороны в случае поддержки Лондона не имеет никакого отношения к «солидарности» с ним. Допустить, что Ангела Меркель и Хайко Маас верят хоть одному слову Бориса Джонсона и Терезы Мэй, было бы оскорблением интеллекта [подчёркнуто нами. – Д.С.]. Германское правительство заинтересовано в поддержании напряжённости…»

Показательно и поведение западных участников внеочередной сессии исполнительного секретариата ОЗХО. Несмотря на  предложение РФ ввести расследование по делу Скрипаля в международно-правовые рамки, члены секретариата от стран-членов ЕС неожиданно объединились в «группу ЕС» и от имени ЕС сделали невероятное заявление: пусть Россия сначала выполнит условия Лондона и докажет, что не производила «Новичок» и не травила Скрипаля и его дочь. О международном праве ни слова.  Не потому ли, что в случае введения расследования в международно-правовые рамки обнаружилось бы, что  яд произведён в Портон-Дауне, его опробовали на Скрипалях вместе с антидотами и использовали «эксперимент» в политических целях?

Скрипаль не прервал связь с британскими спецслужбами после переезда в Англию и на каком-то этапе стал для них отработанным материалом. Такие люди быстро становятся ненужным балластом, и их «утилизируют» обычно с максимальным политическим эффектом. Основная схема «утилизации» всегда одна и та же.

После внеочередной сессии исполнительного секретариата ОЗХО, где российскую позицию поддержали 14 из 41 члена секретариата,  у российского министра иностранных дел Сергея Лаврова есть все основания перейти от предположений о том, что «задумана какая-то провокация», к утверждению, что провокация разворачивается. Москва вправе заявить, что в этом деле для Лондона должны наступить совершенно определённые международно-правовые последствия. В первую очередь подлежит международной инспекции секретный центр в Портон-Дауне на предмет точного (а не в стиле highly likely) ответа на вопрос о производстве там отравляющих веществ в нарушение Конвенции 1993 года о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении. А в случае отказа Лондона допустить такую инспекцию, Москва должна призвать ФИФА исключить  Великобританию как отравительницу международного мира из числа участников предстоящего в России ЧМ-2018.

Даже если ФИФА призыву не последует, политические последствия для авторов этой аферы наступят. У британской общественности начнут появляться вопросы.  Например:

– почему российские телекомпании отказываются транслировать игры английской команды (если ФИФА всё же допустит её к ЧМ-2018)?;

– почему российские болельщики бойкотируют матчи с её участием?;

–  почему британских болельщиков по прилёте в аэропорты встречают приветствия с напоминаниями о «Новичке»?

Россия – не Ирак и прощать Лондону ничего не будет. Иракцы смирились с жертвами, которые принесло фиктивное «иракское досье» Тони Блэра. А здесь Великобритании придётся платить за провокацию. Возможной платой станет уход в отставку кабинета Терезы Мэй, взбудоражившей Европу, но не сумевшей ничего доказать.