Сторонники Ас-Садра протестуют в Багдаде, Ирак на грани очередного взрыва

45-миллионный Ирак шагает к распаду

Среди кардинальных способов не допустить гражданской войны – военный переворот

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

https://t.me/fsk_today

Очередной глубокий кризис, охвативший страну в октябре прошлого года, вступает в острую фазу. Уже десять месяцев Ирак лишь с натяжкой можно считать дееспособным государством – полномочия высших органов власти истекли в декабре 2021-го, новый состав парламента так и не смог выдвинуть кандидата на ключевой пост премьер-министра. Все попытки движения «Саирун», занявшего первое место по итогам парламентских выборов, договориться с оппонентами оказались провальными, после чего М. Ас-Садр в конце мая заявил о выходе представителей его блока из высшего законодательного органа. Учитывая, что свои полномочия сложили 73 из 329 депутатов, надежды на создание жизнеспособного правительства окончательно рухнули. Объяснение простое – кандидатуру нового главы правительства по действующей конституции должны поддержать не менее двух третей законодателей, но они находятся между собой в сложных отношениях. Договориться не могут ни о чём.

После ухода садристов лидер второй по числу мандатов фракции Нури аль-Малики выдвинул себя на пост премьера, но вскоре отозвал свою кандидатуру – его фигура ассоциируется у иракцев с разгулом коррупции. Кроме того, многие считают его виновным в трагических событиях 2014 года, когда отряды ИГ* (организация запрещена в РФ) легко заняли Мосул, Тикрит и другие города и обширные районы страны.

Вместо этого одиозного деятеля коалиция «Координационная платформа» выдвинула другого кандидата – им стал Мухаммад ас-Судани. Но это лишь повысило градус раздражения, поскольку он с 2010 по 2014 год работал в правительстве Нури аль-Малики, занимая пост министра по правам человека. М. Ас-Садр раскритиковал такие действия, а его сторонники перешли к действиям. 27 июля протестующие ворвались в здание парламента в столице и заявили о своем намерении оставаться в здании: «Парламент – это народный дом». Несмотря на призывы врио премьер-министра М. Аль-Кязыми немедленно покинуть здание парламента, демонстранты обьявили бессрочную сидячую забастовку, разбив палаточный лагерь у стен здания. Кстати, доставка питьевой воды и пищи протестующим была организована очень быстро и чётко. Кроме того, они явно получили команду воздержаться от агрессивных действий и вели себя очень сдержанно – ни поджогов, ни погромов.

Протестующие у входа в захваченное здание парламента Ирака. Багдад, 27 июля

Протестующие у входа в захваченное здание парламента Ирака. Багдад, 27 июля

Через двое суток силы безопасности перекрыли доступ в «Зеленую зону» столицы, и демонстранты начали покидать район. По мнению местных обозревателей, был достигнут компромисс властей с М. Ас-Садром. Однако один из лидеров «Координационной платформы» Амер аль-Фаиз заявил, что блок не планирует отзывать своего кандидата на пост премьер-министра и протесты возобновились с новой силой. 30 июля сторонники Ас-Садра повторно ворвались в парламент, но уже с требованиями роспуска законодательного органа и формирования переходного правительства, а также смены руководства Верховного судебного совета. Сам Ас-Садр назвал происходящее революцией.

В Багдад были введены дополнительные войска, но манифестанты перекрыли несколько мостов в центре города. Всю ночь на 1 августа в столице шли столкновения силовиков с протестующими, с обеих сторон были пострадавшие. Митинги начались и в других провинциях: Мейсан, Дивания, Вавилон, Дияла, Зи-Кар, Басра. Муктада ас-Садр вновь показал, что обладает влиянием и способен вывести на улицы тысячи сторонников. По сообщению иракских СМИ, ряд высших чиновников покинул страну.

Эта тупиковая ситуация не может разрешиться сама собой. В Основном законе страны, написанном под диктовку англосаксов, заложена бомба. Система квотирования власти по национально-религиозному признаку (как в Ливане или Боснии) порождает постоянные кризисы и не оставляет перспектив. Однако менять конституцию, даже вносить в нее поправки – дело не быстрое, а в нынешних обстоятельствах крайне маловероятное.

На фоне постоянных политических разборок, подогреваемых экономическим кризисом, страна вновь оказалась на пороге гражданской войны. Однако если кровавое противостояние между суннитами и шиитами после свержения Саддама было инспирировано, то сегодня расклад сил иной. Шиитское движение «Саирун» получило поддержку «Демократической партией Курдистана» (ДПК) Масуда Барзани и альянса «Аль-Азм» во главе с суннитским политиком Хамисом аль-Ханджаром. На стороне остальных шиитских партий, сформировавших «Координационную структуру», выступил «Патриотический союз Курдистана» (ПСК). Кроме того, сохраняется активность боевиков ИГ: по официальным данным, в 2021 году они совершили в различных районах Ирака 257 терактов, в результате которых погибли 387 человек, 518 получили ранения, 37 числятся пропавшими без вести.

Всем ясно, что гражданская война – худший из возможных сценариев. Среди кардинальных способов не допустить ее – военный переворот. Напомню: все военные перевороты, совершавшиеся в арабских странах (Египет, Ирак, Сирия, Ливия – далеко не всё), побеждали под лозунгом арабского национализма. Поэтому М. Ас-Садр упорно призывает к национальной революции, к изгнанию «западных и восточных интервентов», намекая на США и Иран.

Однако и среди военных единства нет: помимо традиционных родоплеменных нитей, многие из них тесно связаны с различными политическими группировками. Помимо регулярной армии, МВД и спецслужб, существует мощное военизированное шиитское «народное ополчение», которое подчиняется не столько указаниям Багдада, сколько выполняет задачи в интересах радикальных деятелей, теснейшим образом связанных с Ираном.

Наконец, на территории Ирака идёт прокси-война между США и Ираном, а Турция продолжает свою перманентную СВО против Курдской рабочей партии в северных (и не только) иракских провинциях. Сохраняется проблема поддержки Америкой и Израилем курдского сепаратизма с попытками отделить Иракский Курдистан. Де-факто курдская автономия сегодня – независимое образование, и в Эрбиле не упускают случая это подчеркнуть.

Вновь вырисовывается план распада Ирака на три части: Курдистан, шиитский юг и суннитский регион (провинции Анбар, Салах эд-Дин и значительные районы других провинций). Такой вариант уже давно рассматривается в США как предпочтительный, ибо обнуляет вероятность возрождения Ирака как региональной державы с новыми угрозами для Израиля – главного союзника Вашингтона на Ближнем Востоке. 

И лишь Китай постоянно расширяет свое влияние в Ираке, уверенно удерживая первое место среди инвесторов и приобретая самые перспективные активы. 20 января в Багдаде обьявили о подписании соглашения с китайской компанией Sinopec на разработку газового месторождения «Аль-Мансурия», расположенного в провинции Дияла. Акции разделены между Basra Oil Company и Sinopec в соотношении 51 и 49% соответственно; китайская компания получила этот контракт после того, как Ирак расторг соглашение, уже подписанное с группой во главе с Turkish Petroleum Corp (TPAO). Представитель Sinopec отметил, что китайские компании в прошлом году инвестировали в Ирак 20 млрд долларов США.

Заглавное фото: REUTERS/Thaier Al-Sudani