Окончательное решение «православного вопроса» на Украине?

Окончательное решение «православного вопроса» на Украине?

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 100 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Нынешнее руководство Украины намерено до конца 2023 года окончательно решить вопрос православной церкви. Несмотря на предпринятые ранее меры, УПЦ остаётся достаточно многочисленной и влиятельной, причём единственной канонической церковью. 

УПЦ за постсоветские десятилетия пережила несколько расколов, которые не привели к образованию сопоставимых с ней по влиянию сектантских образований. Ситуация кардинально изменилась после государственного переворота 2014 года. Новые власти дали отмашку на захват храмов и расправы не только с прихожанами УПЦ МП, но и священниками. Рейдерские захваты и террор оказались недостаточно эффективными. 

Сейчас УПЦ подвергается гонениям сразу с нескольких сторон. С низового уровня откровенно криминальными методами продолжают атаковать гангстерские группировки. Они действуют под прикрытием местных властей и полиции. На уровне региональных властей приняты решения об ограничении и фактическом запрете деятельности структур канонической православной церкви.

На республиканском уровне против УПЦ открыто действует кабмин и Верховная рада. В парламенте находится на рассмотрении сразу несколько соответствующих законопроектов. Их авторы публично и кулуарно, но предельно ясно заявили цель «изгнать московских попов». Под таковыми понимаются клирики УПЦ и сама церковь, проявившая с начала СВО максимальную лояльность к нынешним представителям официального Киева.

Большим успехом гонители церкви посчитали принятый ВРУ в первом чтении внесённый кабмином законопроект № 8371 «О внесении изменений в некоторые законы Украины о деятельности в Украине религиозных организаций». За него 19 октября проголосовали 267 радовцев, 15 – против и двое воздержались. 

В пояснительной записке к этому законопроекту министр юстиции Денис Малюська отметил, что документ «разработан с целью предотвращения деятельности на Украине религиозных организаций, руководящий центр (управление) которых находится за пределами Украины в государстве, осуществляющем вооруженное агрессию против Украины». При этом чиновник сослался на «исполнение плана организации выполнения решения Совета национальной безопасности и обороны Украины от 01 декабря 2022 «Об отдельных аспектах деятельности религиозных организаций в Украине и применения персональных специальных экономических и других ограничительных мер (санкций)», введенного в действие указом президента Украины от 01 декабря 2022 № 820, одобренного на заседании Кабинета министров Украины 09 декабря 2022 (протокол № 158). Указанное решение Совета национальной безопасности и обороны Украины принято по результатам рассмотрения деятельности религиозных организаций на территории Украины в условиях военной агрессии Российской Федерации против Украины с целью обеспечения духовной независимости, недопущения раскола в обществе по религиозному признаку, содействия консолидации украинского общества и защиты национальных интересов».

Обоснование ожидаемо лживое, опровергаемое практикой украинских реалий. Даже исходя из формальной стороны дела с отсылкой к пресловутым «национальным интересам», которые формулируют и навязывают обществу власти предержащие, заявленная деятельность является дискриминационной, раскольнической и во всех отношениях деструктивной.

Не случайно голосовавший против правительственного законопроекта радовец Александр Дубинский в своём аккаунте пояснил свой поступок ссылкой на конституционные нормы постсоветской республики. Формально они гарантируют свободу вероисповеданий и отсутствие оснований для дискриминации по религиозной принадлежности. Фактически же, как видно не только по украинской истории с 2014 года, конституционные нормы и законы на Украине не работают. Избирательное и одностороннее их применение тоже говорит именно об этом. 

Дубинский уверен, что «законопроект о запрете УПЦ – не что иное, как попрание Конституции в политических целях для консолидации определенной группы электората» с продолжением сегрегации граждан постсоветской республики. По мнению радовца, этот законопроект глава правительства «ручной Шмыгаль» подал из конъюнктурных соображений в интересах слабого умом Зеленского, потому что даже у Порошенко хватило рассудка подобного не делать. 

Большая часть украденных у УПЦ храмов теперь пустует, констатировал Дубинский. Он также отметил, что теперь у Венецианской комиссии появятся вопросы к официальному Киеву, так как «ущемление прав религиозной общности противоречит европейским ценностям, которые исповедует Украина». 

На самом деле никаких «европейских ценностей» не существует. Постмайданное руководство Украины никогда не придерживалось ни этих фантомных «ценностей», ни даже вполне конкретных международных норм и обязательств, которые добровольно приняло к исполнению и поставило выше национального законодательства. 

ВАМ БУДЕТ ИНТЕРЕСНО:
«Невидимый легион» джихада угрожает Европе
Танкерная война — как пролог к вооружённому конфликту с Ираном? Танкерная война — как пролог к вооружённому конфликту с Ираном?

Венецианская комиссия, скорее всего, попросту закроет глаза на очередное проявление криминального украинского бардака. Имеется соответствующий опыт у этой комиссии и у других подобных и полностью подконтрольных «коллективному Западу» структур.

Буквально на следующий день после принятия скандального законопроекта, 20 октября информационно-просветительский отдел УПЦ сообщил об очередном рейдерском захвате. На этот раз действовавшие в интересах секты «ПЦУ» бандиты заняли Свято-Успенский храм в селе Васлововцы Черновицкой области. При этом их прикрывала полиция, ограждая бандитов от прихожан, пытавшихся помешать спилу замков и осквернению храма. Оборону приход держал почти пять лет, и никакая Венецианская комиссии, ПАСЕ или ОБСЕ верующим не помогли. 

После этого Всеукраинский совет церквей и религиозных организаций сообщил, что Денис Шмыгаль не согласовал представителей УПЦ в составе делегации совета, приглашённых на встречу с главой правительства Украины. Совет распространил заявление, в котором сказано: «Такие действия правительства Украины дискриминационны по отношению к крупнейшему религиозному объединению Украины и нарушают законодательный запрет на установление каких-либо преимуществ или ограничений среди религиозных объединений. Считаем, что препятствия, которые оказываются представителям УПЦ со стороны правительства, недопустимы и свидетельствуют о дискриминационной политике в отношении УПЦ».

По факту сейчас всё нынешнее руководство Украины объединено в атаках на каноническую православную церковь. Попытки отбиться от этих атак законными средствами заведомо обречены. Примеров тому предостаточно, из самых известных – тяжбы вокруг лавры, попытки привлечь к ответственности убийц по делу Олеся Бузины или по беспрецедентному делу «Одесской Хатыни».

Юридические основания для запрета УПЦ умножают и другие законопроекты. Например, Ирина Геращенко заявляла во ВРУ и многочисленных комментариях недовольство тем, что только сейчас удалось собрать подписи радовцев под более радикальным законопроектом, в котором прямо говорится о запрете именно УПЦ. Правительственный документ удалость вынести на голосование быстрее. 

Православная церковь на Украине переживает гонения не менее жестокие, чем веком ранее. У гонителей православия есть все ресурсы – от пресловутого административного ресурса до гангстерских ОПГ. Такая внутренняя политика полностью согласована и с Брюссельским райкомом, и с Вашингтонским обкомом. 

Отработав карательный механизм на УПУ, гонители легче расправятся с другими религиозными объединениями, у которых руководящие центры тоже за рубежом. В таком обороте сюжета тоже не будет вопросов веры. Понадобится только предлог, чтобы такие же или более жестокие практики обрушились, например, на протестантов с руководящими центрами в США.

Поэтому вопрос об окончательном решении православного вопроса на Украине – это не только вопрос времени, формата, сил и средств. Это вопрос украинской государственности как таковой.