Правительство Черногории со второй половины июля с. г. официально «рассматривает возможность отмены безвизового режима для граждан России и Белоруссии с 1 октября 2026 года в рамках гармонизации правил с ЕС». Тем самым участвующие с 2021-2023 гг. в санкциях Запада против Москвы и Минска власти Подгорицы стремятся вычеркнуть из истории давние исторически сложившиеся российско-черногорские взаимосвязи.
Поскольку Черногория является кандидатом на вступление в ЕС с перспективой принятия в 2028 г., её правительство незадолго до этой даты обязано гармонизировать правила въезда с европейскими стандартами, что предусматривает единовременный или постепенный отказ от безвизовых соглашений со многими государствами, прежде всего подпавшими под санкции ЕС. Хотя обсуждаемый пакет помощи Черногории в 3,2 млрд евро на вступление в ЕС – относительно небольшая сумма для налогоплательщиков блока, но она может стать прецедентом применительно и к другим небольшим государствам, таким как Молдова или Албания. В начале июля власти и почти все оппозиционные партии при посредничестве Брюсселя договорились о внесении поправок в Конституцию, чтобы обеспечить дальнейший прогресс на «европейском пути». В рамках второго этапа «гармонизации», который продлится до конца 2026 года, власти Черногории планируют ввести визовые требования также для граждан Турции, а в дальнейшем – для граждан Китая (с временными исключениями для Гонконга и Макао), ОАЭ, Катара и Бахрейна.
На текущий момент между Россией и Черногорией пока ещё действует соглашение от 2008 года, позволяющее российским туристам находиться в стране без визы до 30 дней. Для более длительного пребывания, а также для работы, учебы и/или воссоединения семьи граждане РФ уже сейчас обязаны оформлять соответствующие документы через консульские учреждения или визовые центры в самой Черногории.
Планы по ужесточению миграционного контроля обсуждались на протяжении последнего года. В 2025 г. посольство Черногории в Москве не единожды официально подтверждало, что в Подгорице наверняка пересмотрят к концу 2026 г. правила въезда для россиян. Ожидается, что означенное правительственное решение будет принято не позже середины августа с. г. Кроме того, создаётся госрезерв топлива, чтобы соответствовать нормам ЕС: в хранилища не будет приниматься топливо, созданное из сырья РФ. Объём первой партии для закупок составит 19,6 млн. литров дизельного топлива с НПЗ в соседних Греции и Италии (частично из Хорватии и Албании), которую поставят на хранение в порту Бар. Власти собираются потратить на эту закупку 11 млн. евро, причём топливо будет закупаться в госрезерв со сроком выпуска после 21 января 2026 г. и обязательно не на основе нефти российского происхождения. Также в закупки не подпадут нефтепродукты с НПЗ, находящихся под санкциями ЕС, США и Великобритании, к которым в 2022-23 гг. присоединилась Подгорица.
Одновременно черногорские власти продолжают демонстрировать свою приверженность политике НАТО, в том числе в отношении России и российско-украинского конфликта. В полной мере это проявилось в мае в ходе заезда в Подгорицу генерального секретаря альянса Марка Рютте, приветствовавшего рост военных расходов Черногории, превысившего 2 % ВВП и благодарного принимающей стороне за поддержку Украины, в том числе за предоставление военной техники и вклад в комплексный пакет помощи. Как пишут местные СМИ, Рютте также подчеркнул, что Черногория является экспортёром безопасности, размещая военнослужащих в составе передовых сухопутных сил НАТО в Латвии, Болгарии и в Косово (печально известная миссия KFOR). А в конце июня представители делегаций Черногории, Греции, Исландии и Украины в Парламентской ассамблее НАТО в Стамбуле выступили с «идентичными» оценками растущей эффективности как архитектуры безопасности НАТО, так и роли альянса в контексте российско-украинского конфликта.
«Значение НАТО сегодня выше, чем когда-либо», – заявил глава черногорской делегации Душко Степович, заметив, что продолжающиеся войны в Европе и на Ближнем Востоке, кибератаки, дезинформационные кампании «и попытки ослабить демократические страны и институты ясно показывают: безопасность больше не может рассматриваться исключительно с точки зрения государств». По его словам, именно поэтому НАТО сегодня имеет большее значение, чем когда-либо. Степович подчеркнул, что «Черногория решительно поддерживает дальнейшее укрепление оборонного потенциала НАТО и увеличение инвестиций стран-членов в оборону», поскольку этот вопрос касается «не только статистики или определенного процента ВВП. Это показатель того, насколько мы готовы защищать мир, стабильность и наш общий образ жизни».
Он также напомнил, что Черногория стремится стать «следующим членом ЕС в 2028 году», отметив, что это позволит «стране внести ещё больший вклад в стабильность Европы и Средиземноморского региона».
Схожие оценки были высказаны главой черногорской дипломатии Эрвином Ибрагимовичем (бошняком-мусульманином из Санджака про происхождению) в первой декаде июля с. г. на сессии НАТО в Анкаре: «Саммит НАТО проходит в очень правильное время и в очень правильной стране. Организация великолепная» (выделено ред.)… На саммите НАТО четко озвучен посыл о единстве, что особенно необходимо сегодня. Стороны согласны в оценке укрепления оборонного потенциала национального и блокового, а также мер для прекращения конфликта на Украине». Как известно, эти меры Брюсселя, поддерживаемые Черногорией, чреваты прямым конфликтом ЕС – НАТО с РФ.
Черногория же является примером «того, что даёт членство в НАТО. Мы также продолжаем работать над повышением нашего оборонного потенциала». Министр подчеркнул в этой связи, что его страна «выполнила обязательства в сфере обороны, взятые после прошлогоднего саммита НАТО в Гааге: в 2025-м направила на оборонные расходы 2,05% ВВП, а в текущем году рассчитывает увеличить этот показатель до 2,25%». При том что госсубсидии на поддержку производственных отраслей в стране стагнируют с начала 2020-х годов.
«...Черногория – небольшая страна, но, как я уже сказал, мы активно участвуем во всех сферах НАТО, – продолжил рассыпаться в комплиментах Ибрагимович. – В этом контексте, я также считаю важным распределение бремени расходов: оно означает и соразмерное распределение ответственности. А коллективная ответственность укрепляет единство». В кулуарах саммита отмечалось, что представитель правительства Люксембурга, ещё более миниатюрного члена НАТО, выступал на саммите с менее подобострастными заверениями...
Напомним, Черногория входит в НАТО с июня 2017 г., что негативно влияет на взаимоотношения с соседней Сербией, и без того сложные с периода упразднения в 2006 гг. под давлением Запада и по инициативе Подгорицы союзной конфедерации Сербии и Черногории.
Характерный штрих: черногорские власти до 2024 г. включительно опасались политики Приштины в отношении Черногории в том числе из-за территориальных притязаний со стороны квазигосударства Косово и Албании. В конце марта 2024 г. министры обороны Сербии и Черногории подписали в Подгорице обновлённое соглашение о военном сотрудничестве, предусматривающее взаимодействие также «и в сфере военной медицины, в обучении специалистов в области ядерной, биологической и химической защиты», тем более что «две соседних страны располагают возможностями для широкого сотрудничества и в оборонной сфере как на двустороннем уровне, так и на уровне региональных инициатив».
Но затем, похоже, не без натовского прессинга на Подгорицу региональные акценты изменились: генеральный секретарь МИД Сербии Душан Козарев заявил, что Черногория «вошла в число немногочисленных стран, добивавшихся членства самопровозглашенного Косово в Совете Европы». На заседании Комитета министров Совета Европы за подобное решение выступило «только 14 из 46 стран, и Сербия при всём её стремлении к хорошим отношениям с Подгорицей впредь должна это учитывать при поведении по отношению к Черногории политики в международных организациях».
