Президент Дональд Трамп объявил 23 июля об одном из крупнейших за последние 100 лет тарифных пакетов, положив начало, как считают западные эксперты, новой эре протекционизма, который разрушает основы международной торговли. Администрация Трампа ввела новые импортные пошлины для 60 стран мира всего несколько месяцев спустя после введения и провала предыдущей тарифной политики.
Обычно импортные пошлины страны применяют, когда хотят защитить отечественные компании на том основании, что существует несправедливая конкуренция со стороны других стран. В случае с Трампом это совсем иное дело. В течение 30 лет до прихода к власти нынешней администрации внешняя политика США в Латинской Америке в основном была направлена на поддержку правых и на давление левых режимов при видимости свободной торговли.
Трамп пересмотрел этот подход, сосредоточившись на том, что выгодно Соединенным Штатам, причем главным образом – ему самому.
После рейда, приведшего к похищению президента Венесуэлы Мадуро, Трамп выступил с угрозами в адрес других стран региона, оскорбляя руководство Кубы, Бразилии, Колумбии и Мексики.
Соединенные Штаты являются важнейшим экономическим партнером для большинства стран региона, и Трамп продемонстрировал, что готов вмешиваться экономически, политически, а теперь и военным путём в дела стран, которые ему не нравятся.
«Идея о том, что мы – единственная крупная держава в регионе и никто не может нам перечить, похоже, лежит в основе многих действий администрации», – сказал Адам Исаксон, директор по оборонному надзору в вашингтонском офисе по Латинской Америке.
Однако на этот раз Трамп пошел дальше в своей неуемной страсти собственного «величия», нарушил правила мировой торговли и в одностороннем порядке обрушил тарифное «цунами» практически на весь мир. Агрессивное использование администрацией Трампа импортных пошлин для продвижения крайне националистической экономической и политической повестки, как ожидается, нанесет ущерб потребителям и бизнесу за рубежом. Досталось и южным соседям.
Администрация Трампа ввела «новые» пошлины на импорт из 18 стран Латинской Америки и Карибского бассейна (ЛАК) в рамках более масштабных торговых мер, направленных против 60 стран мира. Уже 24 июля пошлины в размере от 10% до 12,5% вступили в силу.
Этот шаг – очередная предпоследняя (никто не знает, когда будет последняя) попытка Белого дома реализовать предвыборную идею Трампа о введении глобальных пошлин после того, как в феврале Верховный суд США отменил его «взаимные» пошлины в размере от 10% до 50%, введенные в прошлом году в соответствии с законом о чрезвычайном положении в стране в попытке сократить торговый дефицит США.
Новые тарифы Трампа в отношении 60 стран представляют собой одно из самых агрессивных торговых решений, принятых Белым домом в 2026 году. «Этим решением Соединенные Штаты подтверждают использование тарифов в качестве центрального инструмента своей экономической и внешней политики в контексте растущей торговой конкуренции и реконфигурации международных отношений», – отмечает CNN.
Даже решение Верховного суда, признавшее эти пошлины незаконными, не только не уменьшило, но пробудило и усилило аппетиты Трампа в отношении тарифов. Теперь новые объявленные пошлины распространяются на 99,4% импорта в США, но предусматривают многочисленные исключения для таких товаров, как нефть и газ, медь, удобрения, фармацевтические товары, некоторые продукты питания, полупроводники, изделия из дерева, золотые слитки, энергоносители и другие полезные ископаемые, недоступные в США.
С момента возвращения в Белый дом Трамп неуклонно расширял свою тарифную политику. То, что начиналось с введения пошлин на импорт из Канады, Мексики и Китая вскоре переросло в пошлины на автомобили, сталь и медь, а кульминацией стали масштабные «встречные» пошлины, направленные почти на всех торговых партнеров США. И чаще всего эти меры принимаются не из реалий нынешнего мироустройства, а из личного маниакально навязчивого желания Трампа отомстить Китаю, потеснившего на мировой арене, в том числе в латиноамериканском подбрюшье, «гегемона».
И все же, несмотря на масштабное наступление, при таком сценарии Латинская Америка и Карибский бассейн (ЛАК) остаются в относительно выгодном положении. Почти 44% от общего объема экспорта в 2023 году приходилось на США, которые были источником примерно 31% от общего объема импорта ЛАК. В июле прошлого года Международный валютный фонд прогнозировал темпы роста ВВП Бразилии на уровне 2,3%, Мексики – 0,2 %, а стран Латинской Америки и Карибского бассейна – на уровне 2,2 %. Несмотря на скромность этих показателей, прогнозы на 2026 год, во всяком случае до введения импортных пошлин, не предвещали понижения.
В июле этого года Соединенные Штаты ввели 10-процентные тарифы для семи стран: Аргентины, Эквадора, Сальвадора, Гватемалы, Гондураса, Мексики и Тринидада и Тобаго. По данным Управления торгового представителя США (USTR), эти страны взяли на себя некоторые обязательства или предприняли некоторые действия по искоренению производства товаров, полученных в результате принудительного труда, но до сих пор не дали результатов, ожидаемых Соединенными Штатами.
Между тем 11 других стран региона получат тарифы в размере 12,5%: Багамские острова, Бразилия, Венесуэла, Гайана, Доминиканская Республика, Колумбия, Коста-Рика, Никарагуа, Перу, Уругвай, Чили и Доминиканская Республика.
Но под этими средними значениями лежат заметные различия в степени воздействия на торговлю и структуру экспорта. Мексика, а также страны Центральной Америки и Карибского бассейна более подвержены влиянию американского рынка, чем их южноамериканские коллеги. В то время как экспорт стран Южной Америки и Карибского бассейна в США в значительной степени зависит от сельскохозяйственных товаров, продуктов питания и сырья, на Мексику из-за ее глубокой промышленной интеграции с США приходится большая часть экспорта обрабатывающей промышленности, особенно транспортных средств и автозапчастей.
Самые высокие средние эффективные тарифы действуют в Бразилии (около 33%, хотя в какой-то момент она столкнулась с тарифами до 50% на отдельные виды экспорта), Уругвае (20%) и Никарагуа (18%). Мексика, напротив, получила гораздо более низкий средний эффективный тариф, составляющий около 8% (более 85% ее экспорта соответствует Договору T-MEC между Мексикой, США и Канадой). Еще несколько южноамериканских стран также столкнулись с тарифами ниже среднего благодаря большой доле в своем экспорте меди, олова и нефтяных катодов, подпадающих под действие льгот.
Но уступки, которые США пытались добиться от своих торговых партнеров, систематически выходили за рамки торговли и распространялись на другие сферы, включая контроль над наркотиками, геополитическое выравнивание и чувствительные внутриполитические события. Стало ясно, что Трамп рассматривает тарифы как эффективный инструмент принуждения.
Так госсекретарь Марко Рубио в X написал, что «президент Лула и его правительство не вели добросовестных переговоров с США. Его экономическая политика вредит и американцам, и бразильцам. Весь прошлый год Лула ставил собственное эго выше интересов бразильского народа, и эти тарифы - цена, которую он за это заплатил».
В ответ президент Бразилии Луис Инасиу Лула да Силва заявил, что «незаконным и произвольно введенным тарифам нет оправдания». Он также написал в Х, что Бразилия «примет контрмеры в соответствии со своим Законом о взаимности», а также будет добиваться решения проблемы через Всемирную торговую организацию. Но пока Бразилию ожидает повышение американской импортной пошлины, аж, на 37,7%...
В конце прошлого года администрация Белого дома отменила пошлины на некоторые экспортные товары из Аргентины, Эквадора, Гватемалы и Сальвадора в соответствии с двусторонними рамочными соглашениями, предоставляющими американским компаниям более широкий доступ к рынку. Схема односторонних действий Трампа с последующими двусторонними переговорами, при которой тарифная политика используется в качестве рычага, отражает глобальный сдвиг в сторону использования экономических инструментов в качестве оружия для достижения более широких геополитических целей. Неравномерные последствия этого подхода, когда такие отрасли, как производство автозапчастей, стали, алюминия, кофе и другой сельскохозяйственной продукции, которая либо отсутствует, либо в дефиците в Штатах, несут на себе всю тяжесть американского давления. Причем дефицит торгового баланса чаще всего складывается не в пользу латиноамериканцев.
По данным интернет-издания Americas Quarterly, в 2025 году США зафиксировали дефицит торгового баланса по товарам с Мексикой (197 миллиардов долларов), но в целом положительное сальдо торгового баланса по товарам с Южной и Центральной Америкой (52 миллиарда долларов), включая Бразилию (14 миллиардов долларов). С остальной частью Латинской Америки у США наблюдается положительный торговый баланс по товарам и услугам, который в среднем составлял в последнюю пятилетку 106 миллиардов долларов.
Неопределённость, связанная с тарифами, нарушает инвестиционные и маркетинговые планы экспортно-ориентированных компаний в Латинской Америке.
Если так, то Трампу не следовало вводить пошлины на товары из большинства стран Латинской Америки, и картина, сложившаяся в Западном полушарии, подчеркивает напряженность ситуации.
БРАЗИЛИЯ – одна из стран, которая столкнулась с самой высокой ставкой. Новый 25 процентный тариф Вашингтона угрожает объемам продаж в Бразилии на сумму от 7 до 11 миллиардов долларов (составляет примерно от 18% до 26% бразильского экспорта в США), подвергая риску рабочие места, инвестиции и торговые потоки в ключевых отраслях промышленности. Этот шаг, пишет арегентинская La Nacion, усилил торговую напряженность между двумя крупнейшими экономиками Западного полушария, затрагивает такие отрасли, как производство сельскохозяйственной техники, этанола, изделий из древесины и одежды.
Администрация президента Луиса Инасиу Лула да Силвы категорически отвергла повышение американских тарифов на импорт, которое сочла лишенной юридических оснований и направленной на поддержание протекционистской торговой политики. Президент Лула да Силва обвинил Вашингтон в использовании предлога «принудительного труда в качестве оправдания протекционистской торговой политики».
В ЧИЛИ сельское хозяйство и рыболовный сектор могут оказаться одними из наиболее пострадавших от тарифов, введенных Белым домом. Такие товары, как лосось, виноград или вино, стали объектом односторонних пошлин, взимаемых крупнейшей экономикой мира. Исключение составили два основных чилийских товара: медь и древесина. В остальном, как и Бразилия, Чили не смогла избежать высокой ставки в 12,5 %. И это в стране, которая сблизилась с Трампом с момента прихода к власти крайне правого политика Хосе Антонио Каста. МИД Чили заявил, что эта мера «не согласуется» с техническими, политическими и юридическими доказательствами, представленными стране в ходе расследования.
МЕКСИКА, напротив, сообщила, что ей удалось избежать воздействия новых тарифов исключительно благодаря Договору между Мексикой, США и Канадой (T-MEC). По словам министра экономики Марсело Эбрарда, более 80% мексиканского экспорта останется за пределами объявленного Вашингтоном тарифа.
В КОЛУМБИИ основными товарами, экспортируемыми в Соединенные Штаты, являются кофе и цветы, а также обработанные пищевые продукты, химикаты и промышленные товары. После того как USTR пришел к выводу, что Богота не внедрила эффективные механизмы для предотвращения импорта товаров в США, произведенных в Колумбии с принудительным трудом, временный сбор на часть колумбийских товаров с 10% в февраля подскочил до 12,5% в июле 2026 года .
Только цветочный сектор, по подсчетам издания Valora Analitik, потеряет около 2 миллиардов долларов США в год, в то время как 10-процентный тариф составлял примерно 200 миллионов долларов США в год на часть колумбийских товаров.
Но есть надежда, что с приходом к власти нового президента Колумбии мультимиллионера-юриста и почитателя Дональда Трампа 47-летнего Абелардо де ла Эсприэлья хозяин Овального кабинета сменит «гнев на милость».
Для ПЕРУ, где Китай в экспорте серьезно сдвинул США на второе место, американские пошлины, за исключением меди, могут затронуть такие товары, как одежда, добыча неметаллов и агропромышленный комплекс. Местные эксперты заявили, что, несмотря на ущерб, который эта мера нанесет таким секторам как текстильная промышленность, для Перу могут открыться возможности по сравнению с другими странами, на которые были наложены более высокие пошлины. И опять же по политическим мотивам. Приходом к власти первой в Перу женщины-президента Кейко Фухимори, представляющей правое крыло политического спектра страны, у нового правительства появится возможность снизить до 10% установленную Белым домом 12,5-процентную пошлину на импорт перуанских товаров.
Среди стран региона самыми пострадавшими от трамповских тарифов, по мнению экспертов, стали страны Центральной Америки из-за их высокой зависимости от рынка США, от денежных переводов и общей социально-экономической отсталости. В своем анализе Citi Bank отметил, что Гондурас, Сальвадор, Доминиканская Республика и Панама являются одними из наиболее уязвимых из-за дисбаланса в торговле с США, миграции и незаконного оборота наркотиков. Правительства в этом регионе заявили, что анализируют ситуацию и на данный момент не приняли решений о том, как действовать дальше.
Не исключено, что в ближайшие недели и месяцы после переговоров региональных правительств с Белым домом в отношении некоторых центральноамериканских товаров произойдут целенаправленные изменения.
В целом по Западному полушарию латиноамериканским экспортерам сигнал Трампа ясен: сценарий торговли с Соединенными Штатами снова меняется. В то время как в первом раунде сохранялись исключения для стратегических товаров, новые американские меры заставляет компании, отрасли и агроэкспортные сети по всему региону быть начеку, вынуждая Латинскую Америку, привыкшую к «неустойкам», искать стабильность в диверсификации и новых союзниках. Впрочем, похоже, они никогда не планировали и не планируют вводить ответные меры против США. Так что вполне вероятно, что после того, как Латинская Америка «переспит» с очередным «Днем освобождения», Трамп введет новые, возможно, и 50-процентные пошлины.
Альберт Эйнштейн однажды заметил, что признаком безумия является то, что человек делает одно и то же, ожидая от старого новодела совершенно другого результата. Чем-то чертовски напоминает Дональда Трампа с его повторяющимися усилиями в отношении импортных пошлин для всего мира и Латинской Америки, в частности.
