С самого начала было понятно, что на Ближнем Востоке будут следить за избирательной кампанией по выборам в Конгресс США внимательнее, чем где бы то ни было. Разумеется, интерес этот далеко не праздный. Имеются небезосновательные опасения того, что более чем вероятный очередной «горячий» конфликт «коалиции Эпштейна» (США, Израиля) с Ираном может перерасти в новый виток насилия с самыми непредсказуемыми последствиями для стабильности региона и его связей с внешним миром.
Ясно и то, что американских избирателей прежде всего волнует внутренняя повестка. В центре их внимания – стоимость жизни, верховенство закона, «культурные войны» и конфликт с Ираном, из-за которого цены на топливо остаются высокими. Вот почему на Ближнем Востоке правительства внимательно следят за развитием событий и готовятся к возможным негативным последствиям для своих экономик. Надежды на сознательный выбор избирателей, который заставит что-то поменять в международном курсе США, нет ни у кого.
Наиболее актуальный вопрос кроется в том, когда США и Израиль решат возобновить удары по Ирану с неизбежным отчетом и новым витком эскалации. В этот опасный процесс с высокой долей вероятности окажутся втянуты страны Персидского залива. Кроме того, прошедшие 3 ноября промежуточные выборы в США – событие крайне высокой значимости – способно повлиять на самые разные аспекты: от готовности Вашингтона обеспечивать свободу судоходства в Ормузском проливе до контроля за деловыми сделками в регионе.
Сами по себе результаты голосования не предопределят все эти сценарии, однако они могут изменить политические расчёты, лежащие в их основе, особенно с учетом того, что Демпартия, по всей видимости, готова вернуть себе часть политического влияния, отобрав его у Республиканской партии, где также далеко не согласны с эксцентричным Дональдом Трампом.
По итогам голосования демократы возвращают контроль над палатой представителей и получают большинство в сенате. Враждебно настроенный конгресс может инициировать расследования деятельности администрации и попытаться заблокировать финансирование войны с Ираном. В то же время, не располагая большинством, достаточным для преодоления президентского вето, законодатели имели бы ограниченные возможности для принудительной смены внешнеполитического курса. Кроме того, столкнувшись с внутренним противодействием, Трамп может ещё активнее сосредоточиться на действиях за рубежом – сфере, где он сохраняет значительную свободу маневра.
На Ближнем Востоке непосредственной угрозой остаётся вероятность нового нападения на Иран – сценарий, который обсуждался на протяжении многих месяцев в преддверии голосования 3 ноября. В августе администрация Трампа отказалась от нанесения военных ударов, сделав выбор в пользу кампании экономического давления – стратегии, сформировавшейся на фоне копящегося внутреннего недовольства.
Как сообщает газета The Wall Street Journal в статье от 28 октября, Вашингтон предупредил правительства стран Персидского залива о том, что после выборов может быть предпринята краткосрочная, но интенсивная военная операция, цель которой – принудить Иран к переговорам. 2 ноября последовал удар по иранскому острову Кешм, лишь усиливший тревогу. По имеющимся данным, в число потенциальных целей входят объекты энергетической инфраструктуры, а также военные и ядерные объекты. В то же время Трамп посылает противоречивые сигналы: накануне выборов он намекнул, что заключение соглашения с Тегераном вполне возможно.
Возобновление ударов ознаменовало бы отход от операции «Экономический изгой» – кампании санкций и блокады, оказывающей давление на Иран с августа. Ещё одна бомбардировка почти наверняка приведет к жёсткому ответу, в том числе волны атак на государства Персидского залива, нацеленные на инфраструктуру от нефтяных месторождений до аэропортов.
Впрочем, пока дипломатия еще не испарилась: Тегеран заявил в понедельник, что пересмотренное предложение о возобновлении работы Ормузского пролива может быть реализовано в течение двух дней, если Вашингтон выполнит его требования.
Поражение республиканцев на промежуточных выборах 3 ноября и переход конгресса под полный контроль демократов спровоцировали тяжелейший политический кризис в США. Дональд Трамп и его заместитель Джей Ди Вэнс уже публично признали: причиной краха рейтингов стала затяжная война на Ближнем Востоке, взвинтившая стоимость жизни. Пока CNN и Bloomberg прогнозируют триумф демократов в обеих палатах, в Белом доме началась настоящая «охота на ястребов».
Ключевых точек раскола три. Главная мишень – министр обороны (точнее, войны) Пит Хегсет, коего винят в провале блицкрига, а независимые кандидаты констатируют, что Трамп недооценил недовольство граждан ценами и войной. Вторая связана с мирным треком. Лидер демократов в сенате Чак Шумер уже обещает немедленно завершить войну. Третья же связана с позицией силового блока. Директор ЦРУ Джон Рэтклифф и глава Минфина Скотт Бессент идут напролом и яростно требуют продолжать жёсткую морскую блокаду Ирана.
В свою очередь, представитель МИД Ирана Исмаил Багаи едко заявил, что «нападение на Исламскую Республику ведёт к провалу». Как сообщает Axios, такое злорадство Ирана взбесило Вашингтон. Посредники и советники Трампа предупреждают: уязвленное эго президента и критика со стороны Ирана могут заставить его пойти напролом и на возобновление полномасштабных боевых действий, чтобы отомстить за политическое поражение.
Несмотря на недавнее затишье в атаках, экономики стран Персидского залива остаются уязвимыми для новых ударов, даже несмотря на восстановление их экспорта энергоносителей. Вывоз нефти, за исключением Ирана, вернулся к довоенному уровню в сентябре, достигнув примерно 17 миллионов баррелей в день. Однако восстановление было обусловлено перенаправлением трубопроводов, дорогостоящими соглашениями о судоходстве и значительной военной поддержкой Пентагона.
По мнению наблюдателей, выборы в США могут стать для этой поддержки поворотным моментом, поскольку эксперты задаются вопросом, будет ли Пентагон продолжать высокие расходы на защиту судоходства после промежуточных выборов. По оценкам, война обошлась как минимум в 47 миллиардов долларов по состоянию на октябрь. Если США сократят свою роль в обеспечении военной защиты экспорта из Ормузского пролива в будущем из-за высоких затрат, экспортеры Персидского залива и их клиенты в Азии и Европе столкнутся с новой неопределённостью в отношении доступа к этому водному пути.
В качестве альтернативы, затяжное противостояние может удерживать Вашингтон в состоянии постоянной конфронтации, оставляя региональные терминалы, трубопроводы и хранилища уязвимыми для продолжающихся атак. Любое возобновление боевых действий, вероятно, будет поддерживать высокие мировые цены на энергоносители, при этом международный эталонный сорт нефти Brent по состоянию на вторник все еще торговался выше 100 долларов за баррель. В дальнейшем более высокие цены на черное золото вряд ли утешат производителей Персидского залива, которые не могут надёжно экспортировать свою продукцию или сталкиваются с растущими расходами на ремонт.
Ущерб углеводородами явно не ограничится. Государства Персидского залива приближаются к зимнему туристическому сезону, одновременно восстанавливая аэропорты и другую инфраструктуру и пытаясь восстановить доверие среди туристов и инвесторов. Возобновление боевых действий усугубит экономические потери и осложнит усилия по поддержанию их репутации как безопасных деловых центров, а также, вероятно, приведет к снижению прогнозов роста в 2027 году.
Период после выборов может также повлиять на деловые и технологические связи между США и странами Персидского залива, которые до поры до времени благоденствовали во время второго срока Трампа, потенциально затронув сектора, имеющие ключевое значение для планов региональной диверсификации.
Доступ стран Персидского залива к передовым американским чипам и технологическим партнёрствам вряд ли исчезнет просто из-за смены конгресса. Но контроль демократов может привести к более тщательному контролю за передачей конфиденциальных технологий и потенциальным конфликтам, связанным с криптопроектами семьи Трампа, поддерживаемыми инвесторами из стран Персидского залива. В то же время возобновление боевых действий может привести к тому, что Иран снова будет нацеливаться на региональные центры обработки данных, энергетическую инфраструктуру или подводные кабели.
Иные региональные соглашения также, вероятно, будут изучаться более тщательно, включая гражданское ядерное сотрудничество Саудовской Аравии и Совет мира, курирующий восстановление Газы. Помощь США Израилю – ещё один фактор, за которым следует следить. 3 ноября Трамп заявил, что договорился с премьер-министром Биньямином Нетаньяху о прекращении финансирования Израиля в размере около 4 миллиардов долларов после этого года, что явно застало израильтян врасплох, тем более после недавних переговоров военных делегаций, в том числе по вопросам закупок новых вооружений.
Надо полагать, внутриполитическая турбулентность вокруг Белого дома и Капитолийского дворца в ближайшее время преподнесёт ещё немало сюрпризов.
