Официальная Анкара выразила позицию относительно недавней эскалации вокруг нефтяной инфраструктуры Персидского залива. Внешнеполитическое ведомство «самым решительным образом» осуждает удары беспилотников с территории Ирака по саудовскому нефтепроводу Восток – Запад, подтвердив суверенитет Эр-Рияда и похвалив последний за его сдержанность.
Как известно, власти Эр-Рияда возлагают ответственность за инцидент на проиранские формирования в Ираке, объявленное разоружение которых явно буксует. Напомним, массированная атака БПЛА произошла утром 10 сентября 2026 года. Удары пришлись на насосные станции в регионах Эр-Рияда и Миданаха (Аль-Месбаа и Аль-Декры), спровоцировав пожары. Премьер-министр Ирака не стал отрицать и даже признал, что беспилотники были запущены из приграничной с Ираном провинции Майсан. Власти Багдада осудили атаку и оперативно начали расследование, что в Анкаре сразу же поприветствовали. Осталось разобраться в том, что стоит за вербальной «решительностью» турецких властей. Некоторые аспекты лежат на поверхности: похоже, что в Анкаре используют любой подвернувшийся повод, чтобы демонстративно засвидетельствовать своему союзнику – Эр-Рияду приверженность взятым на себя обязательствам в рамках заключённого в августе 2026 г. Мекканского пакта.
На этом фоне саудовцы приняли решение о приостановке прокачки нефти в качестве превентивной меры. МИД королевства заявил, что в Эр-Рияде пока воздержатся от военных ударов возмездия, дабы позволить Ираку самостоятельно наказать виновных и предотвратить новые угрозы.
Нефтепровод «Восток – Запад» мощностью 7 млн баррелей в сутки соединяет нефтеперерабатывающий комплекс Абкайк у Персидского залива с портом Янбу на Красном море. Его уязвимость критически важна для мирового рынка по следующим причинам.
Речь идёт об обходном маршруте: трубопровод до порта Янбу на Красном море – главная резервная артерия Эр-Рияда для экспорта сырья в обход нестабильного Ормузского пролива. Не менее важно и то, что атака совпала с масштабным наступлением поддерживаемых Ираном йеменских хуситов, которые заявили о комбинированных ударах по Саудовской Аравии и заблокировали Баб-эль-Мандебский пролив, высадившись на стратегическом острове Перим.
К слову, на днях МИД Турции решительно осудил «атаку беспилотника хуситов, направленную против священного города Мекка. Мы вновь подтверждаем нашу поддержку суверенитета, территориальной целостности и безопасности Саудовской Аравии и ещё раз выражаем нашу солидарность с Саудовской Аравией». В таких категориях обстановку оценили в турецком дипломатическом ведомстве. Кроме того, турецкие дипломаты повторно призвали к немедленному прекращению атак, которые также «угрожают стабильности и безопасности региона», а также призвали все стороны воздерживаться от любых действий, направленных на дальнейшую эскалацию напряжённости.
Но если в иракском случае позиция турецкой стороны была относительно сдержанной, то в случае с атаками хуситов очевидно с территории Йемена дело обстоит как будто бы иначе, во всяком случае, если верить некоторым западным источникам.
Так, недавно источникам Middle East Eye стало известно, что в случае Йемена Турция намерена оказать оборонную поддержку или помощь Саудовской Аравии в рамках Мекканского соглашения. Переброска авиации и технического персонала из Анкары в Эр-Рияд, вероятнее всего, последует в октябре вскоре после того, как турецкий парламент ратифицирует соглашение, уточняли конфиденты западного СМИ.
К тому же известно, что Анкара планирует развернуть оборонительные системы с использованием ракет и дронов с целью отражения атак, ведущихся со стороны Йемена. При этом напрямую вмешиваться в обстановку в этой стране Анкара не собирается. Понятно, что даже слух о турецкой помощи саудовцам подобен действию бальзама, поскольку укрепляет пошатнувшиеся позиции Турции, поддерживает ее авторитет в регионе Ближнего Востока в глазах арабской и шире – исламской улицы. Ведь слишком много в последнее время пишут и говорят, что Мекканский пакт, текст которого до сих пор не опубликован и тем более не представлен в Великое национальное собрание – не более чем дипломатический «бумажный тигр» без конкретных обязательств. 31 августа военные делегации высокого уровня из Саудовской Аравии, Пакистана и Турции вели переговоры в Стамбуле о создании постоянного секретариата организации, а также о вопросах сотрудничества в сфере оборонных технологий. «На данный момент требуется значительная институциональная доработка, особенно в области межведомственного планирования и обеспечения оперативной совместимости вооруженных сил трех стран» – таково мнение Камара Чима, главы пакистанского Sanober Institute. По его словам, странам также необходимо разработать чёткие процедуры реагирования на угрозы со стороны как государственных, так и негосударственных субъектов. Ранее официальный представитель Министерства иностранных дел Пакистана Саджад Хайдер Хан признал наличие ограничений, назвав Мекканский пакт «рамочным соглашением», на разработку институциональных механизмов которого потребуется время. «На данном этапе я не думаю, что нам стоит обсуждать эту тему в контексте ее практического применения», – сказал он журналистам.
Так или иначе, туркам, похоже, пора всерьёз озаботиться хотя бы политической защитой позиций новоявленного «исламского НАТО», которому ещё только предстоит проявить себя, особенно после отказа Трампа удовлетворить настойчивые просьбы наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бен Сальмана и нанести удары по силам движения «Ансар Алла» на пике их военных успехов. Более того, по информации Reuters, 12-13 сентября в Маскате состоялась не анонсировавшаяся публично встреча официальных лиц США с представителями хуситов, организованная при содействии Омана; о встрече публично не объявлялось. Американцы якобы получили заверения, что йеменцы на намерены атаковать суда США и по-прежнему привержены условиям соглашения о прекращении огня с США 2025 года, к которому удалось прийти при посредничестве того же Омана. Одновременно в Эр-Рияд выдвинулся глава Центрального командования Вооружённых сил США адмирал Брэд Купер «для срочных координационных переговоров», отчего, как говорится, саудовцам ни холодно ни жарко. Между тем, по мнению некоторых наблюдателей, сам факт того, что кронпринц Мухаммед бен Сальман попросил Трампа взять инициативу на себя, показывает: пакт в Мекке с самого начала всерьез и не рассматривался как замена ускользающему альянсу с Соединёнными Штатами.
В Москве внимательно следят за политико-дипломатической динамикой на Ближнем Востоке, явно далёкой от завершения. Примечательно, что согласно информации турецкого госканала ТРТ, Россия поддерживает Мекканское соглашение о совместной обороне, подписанное 7 августа 2026 года Саудовской Аравией, Турцией и Пакистаном. По версии турецких СМИ, Москва рассматривает этот пакт сквозь призму региональной стабильности и выстраивания новой архитектуры безопасности на Ближнем Востоке. Официальная позиция и ключевые аспекты отношений России к данному альянсу формируются по нескольким направлениям. В частности, пресс-секретарь Президента России Дмитрий Песков выразил надежду на том, что соглашение укрепит региональную стабильность и безопасность, а не станет причиной для беспокойства у третьих игроков. Министр иностранных дел Сергей Лавров подчеркнул, что Россия поддержала бы возможное присоединение к Мекканскому соглашению Исламской Республики Иран. С точки зрения Москвы подобный шаг исключил бы создание изолированных антииранских блоков и снизил бы общую напряжённость в регионе. Для России критически важно, чтобы альянс трёх ключевых мусульманских государств сохранял бы сугубо оборонительный характер. Как отмечают военные представители Пакистана, соглашение направлено на «коллективное сдерживание» и не препятствует развитию двусторонних отношений стран – участниц с другими государствами, включая РФ. Поскольку Россия поддерживает тесные контакты со всеми тремя инициаторами и подисантами пакта (Эр-Риядом, Анкарой и Исламабадом), появление Мекканского соглашения не воспринимается Москвой как прямая угроза собственным интересам, если баланс сил не сместится в сторону эскалации.
