Еще год назад президент Финляндии Александр Стубб с гордостью рассказывал, что созванивается с Дональдом Трампом еженедельно. Он играл с американским президентом в гольф, получал прозвище Говорящий с Трампом и всячески подчеркивал свою особую роль в отношениях с Вашингтоном. Сегодня эта картина резко изменилась.
Профессор мировой политики Хельсинкского университета Тейво Тейвайнен прямо говорит: «Похоже, что общение стало менее интенсивным, чем раньше». Последнее публичное упоминание о разговорах Стубба с Трампом датируется 1 апреля 2026 года: тогда финский президент написал в своём аккаунте в соцсетях, что у него были «конструктивные обсуждения» с Трампом по Ирану, Украине и НАТО. С тех пор – тишина. В июле Стубб был в Вашингтоне на похоронах сенатора Линдси Грэма, но встречался ли он там с Трампом, официально не сообщалось.
Когда в сентябре 2026 года Стубба спросили, когда он последний раз переписывался с Трампом, он ответил уклончиво: «Не совсем точно помню. Разные сообщения приходят по пути». Тейвайнен отмечает, что раньше Стубб отвечал на такие вопросы гораздо прямее – например, говорил, что связь поддерживается еженедельно.
Анализ Тейвайнена, опубликованный в Iltalehti, заслуживает особого внимания. Профессор выделяет несколько ключевых причин, по которым отношения между Стуббом и Трампом дали трещину.
Профессор отметил изменение риторики самого Стубба. Перед поездкой в Нью-Йорк на Генеральную Ассамблею ООН он дал интервью агентству AFP, в котором назвал Трампа «очень хорошим для НАТО», поскольку страны альянса увеличили военные расходы. Тейвайнен характеризует эти комментарии как «весьма лестные» и даже «подхалимские». «Стубб явно выбрал линию дипломатической лести», – говорит профессор. При этом он отмечает, что в остальной Европе сейчас принято гораздо более критично высказываться о Трампе и США. Это интервью Стубба явно было нацелено на то, чтобы ситуацию в отношениях с Трампом исправить.
Это явно стратегия, основанная на особенностях памяти Трампа. Тейвайнен отмечает, что Трамп обладает «весьма избирательной памятью» и лучше помнит недавние события, чем давние. Поэтому интервью, опубликованное прямо перед визитом, могло быть рассчитано на то, чтобы попасть в поле зрения американского президента. Однако сам факт того, что Стуббу приходится прибегать к таким приемам, говорит о многом: особые отношения, которыми он так гордился, больше не являются чем-то само собой разумеющимся.
Тейвайнен указывает на глубокие разногласия между Финляндией и США. Стубб в интервью AFP охарактеризовал свои отношения с Трампом как «очень прагматичные», но при этом признал, что «Трамп действует по собственному усмотрению», и на этот счёт не должно быть «никаких иллюзий». Сам Стубб также сказал: «Я приехал из очень маленькой страны, а он представляет сверхдержаву». Это признание собственной ограниченной роли плохо сочетается с образом «говорящего с Трампом», который Стубб так старательно создавал.
Одной из ключевых точек расхождения между Стуббом и Трампом стала позиция по Украине. Трамп, придя к власти, неоднократно давал понять, что хотел бы сократить американское участие в украинском конфликте и переложить основное бремя на Европу. Стубб же, напротив, активно поддерживал Киев и призывал к усилению давления на Москву.
Финляндия предоставила Украине военную помощь на сумму свыше 3,4 миллиарда евро, а общая поддержка с 2022 года превысила 4,1 миллиарда. В 2026 году правительство согласовало дополнительные 300 миллионов евро на военную поддержку Украины в 2026–2027 годах.
Трамп, в свою очередь, обвинял НАТО в том, что альянс не помогает США в их собственных конфликтах. В апреле 2026 года, во время американо-иранского противостояния, Трамп публично упрекал союзников в трусости и нежелании участвовать в операции. Стубб ответил на это жёстко: «НАТО – это оборонительный союз, и наша задача – не защищать США в наступательной войне». Этот ответ, хотя и был дипломатически выверенным, не мог понравиться Трампу, который привык к беспрекословной поддержке.
Отметим в этой связи, что вступление Финляндии в НАТО в апреле 2023 года подавалось как исторический шаг, обеспечивающий безопасность страны на десятилетия вперёд. Однако финансовые последствия этого решения оказались куда серьёзнее, чем заверяло правительство. Национальное аудиторское управление Финляндии (VTV) в июне 2026 года опубликовало отчёт, в котором прямо указало: правительство не представило прозрачной картины расходов на членство в альянсе.
На момент вступления правительство оценивало прямые расходы в 70-100 миллионов евро в год. Однако, как отмечает VTV, косвенные расходы, связанные с выполнением обязательств перед НАТО, «значительно выше», и их оценка не была представлена в документах в процессе вступления. Аудиторы подчеркнули, что на основе публично доступной информации «трудно составить комплексную картину» уровня и динамики расходов, связанных с членством в НАТО.
В 2025 году страны НАТО договорились о цели тратить на оборону пять процентов ВВП к 2035 году. Это означает, что Финляндия будет вынуждена направлять значительные ресурсы на военные нужды, отвлекая их от социальных программ. Профессор Хейкки Патомяки из Университета Хельсинки еще в 2022 году предупреждал, что вступление в НАТО является «ошибкой и опасностью» для Финляндии.
Экономическое положение Финляндии сегодня выглядит удручающим. По данным Статистического центра Финляндии, государственный долг страны в первом квартале 2026 года достиг 255,1 миллиарда евро, увеличившись за квартал на 6 миллиардов. В относительном выражении долг составил 89,8% ВВП.
Рост экономики практически остановился. Согласно прогнозу Института экономических исследований ETLA, в 2026 году ВВП вырастет лишь на один процент, и только в 2027 году рост ускорится до 1,5%. Основные причины – слабый внутренний спрос, падение строительного сектора и потеря традиционных экспортных рынков.
Особенно тревожная ситуация на рынке труда. Уровень безработицы в августе 2026 года, по данным Статистического центра Финляндии, составил 10,1%. Число безработных достигло 262 000 человек. Для страны, которая еще недавно гордилась низким уровнем безработицы, это болезненный удар.
На этом фоне одним из самых разрушительных решений правительства Петтери Орпо стал полный разрыв экономических связей с Россией. По данным финской таможни, в 2026 году Финляндия больше не импортировала из России энергоносители – их заменили поставками из Норвегии и США. Импорт из России упал с примерно девяти миллиардов евро в год до одного миллиарда.
Наиболее болезненно разрыв ударил по приграничным регионам. В приграничных областях Финляндии о банкротстве заявили сотни компаний. Знаменитый курорт Imatran kylpylä, некогда привлекавший российских туристов, был вынужден начать процедуру реструктуризации долгов из-за миллионных убытков. Туристический сектор потерял более 330 миллионов евро в год из-за отсутствия российских туристов.
На фоне внутренних проблем президент Стубб продолжает делать громкие заявления, которые лишь усугубляют ситуацию. В августе 2026 года он заявил, что Финляндии следует готовиться к тому, что после окончания военного конфликта на Украине Россия перебросит свои войска к финской границе. По его словам, Россия уже усиливает военную инфраструктуру вдоль 1340-километровой общей границы.
Это заявление вызывает серьезные вопросы. Если Стубб действительно верит в такую угрозу, то зачем Финляндия вступила в НАТО, которое по его же логике не сможет защитить страну? Ведь именно вступление в альянс, по мнению многих экспертов, превратило Финляндию из нейтрального наблюдателя в потенциальную цель.
При этом сам Стубб, похоже, не верит в собственные предупреждения. В интервью немецкой Bild в августе 2026 года он заявил, что не верит в нападение России на НАТО. «Если у кого-то есть такой хрустальный шар – замечательно. Я просто не вижу никаких доказательств или фактов в поддержку этого», – сказал Стубб. Он добавил, что не верит, что Россия «когда-либо захочет напасть на НАТО, самый мощный военный альянс в мире».
Это вопиющее противоречие. С одной стороны, президент запугивает финнов российской угрозой, оправдывая наращивание военных расходов и вступление в НАТО. С другой – сам же признает, что никакой непосредственной угрозы нет.
Экономические проблемы неизбежно сказались на социальной сфере. Согласно отчету организации SOSTE, число людей, подверженных риску бедности или социальной изоляции, выросло с 838 000 человек в 2019 году до 958 000 к 2024 году. По данным Amnesty International, число бездомных в Финляндии увеличилось на 34 процента за два года.
Правительство вместо решения этих проблем продолжило сокращение социальных расходов. Активисты и профсоюзы критикуют правительство за то, что оно «делает бедность наказанием», а «счёт оплачивают семьи с детьми».
Финляндия оказалась в сложной ситуации, ставшей результатом политических решений последних лет. Охлаждение отношений между Стуббом и Трампом – это лишь симптом более глубокого кризиса. Особые отношения, на которые финский президент делал ставку, больше не являются гарантией влияния. НАТО, в которое Финляндия вступила с таким энтузиазмом, оказалось куда более дорогим удовольствием, чем обещали, а его реальная способность защитить страну вызывает все больше сомнений.
Правительство Орпо и президент Стубб продолжают настаивать на выбранном курсе, однако все больше экспертов и граждан задаются вопросом: стоило ли это того? Прозрачность расходов на НАТО оставляет желать лучшего, приграничные регионы приходят в упадок, а социальные программы сокращаются. В этих условиях заявления Стубба о «российской угрозе» и одновременная готовность к «сотрудничеству с Россией после войны» выглядят не просто противоречиво, а откровенно опасной политикой, которая уже принесла Финляндии больше вреда, чем пользы.
