23 сентября в Пекине прошла восьмая встреча высокого уровня в рамках Энергетического диалога ОПЕК – Китай под председательством главы Государственного энергетического управления КНР Ван Хунчжи и генерального секретаря картеля Хайсама аль-Гайса. В фокусе внимания – стабильность нефтяного рынка, энергетическая безопасность, инвестиции. Согласно докладу ОПЕК «Перспективы развития мировой нефтяной отрасли – 2026», Китай останется одним из крупнейших источников роста мирового спроса на нефть вплоть до 2050 года. Изменения в мировой энергетике делают диалог и сотрудничество между странами- производителями и потребителями нефти всё более важными, заявил Ван Хунчжи. Пекин готов углублять сотрудничество с ОПЕК и входящими в неё государствами для совместного решения глобальных энергетических проблем, поддержания стабильности энергетических рынков и обеспечения устойчивого развития.
Энергетический диалог ОПЕК – Китай превратился в устойчивый механизм сотрудничества по энергетическим вопросам, прежде всего в сфере безопасности спроса и предложения, а также стабильности рынка, отметил, в свою очередь, Аль-Гайс. Взаимосвязи развивались одновременно с экономической трансформацией Китая, а страны – участницы организации содействовали развитию КНР, поставляя доступные и надёжные энергоресурсы. Стороны подтвердили приверженность дальнейшему углублению энергетического сотрудничества, договорившись расширять взаимодействие как на техническом, так и на высоком уровне.
За выдержанными официальными формулировками кроется более чем понятная обеспокоенность Пекина состоянием международных энергетических рынков и маршрутов поставок нефти и газа. Если верить источникам Reuters, после просьбы Эр-Рияда Китай в частном порядке попросил Иран использовать свое влияние на хуситов, чтобы не допустить дальнейшего распространения конфликта на важные для Поднебесной энергетические маршруты. Перебои судоходства через Баб-эль-Мандебский пролив, в дополнение к «ормузскому» кризису, кардинально меняет маршруты поставок энергоресурсов на Запад и на Восток (1). С учётом же обозначившихся проблем на саудовском нефтепроводе «Восток – Запад», к порту Янбо на Красном море, повышается значимость как альтернативных маршрутов, так и альтернативных поставщиков. Данная тенденция уже активно проявляется в нескольких аспектах.
Прежде всего, не связанные с аравийскими трубопроводами Ливия, Алжир, Судан, Южный Судан и отчасти Ирак, увеличивающий поставки через порты Сирии (Банияс, Тартус) и Турции (Джейхан).
По данным ряда профильных источников, к началу 2027 года экспорт ливийской нефти, скорее всего, увеличится минимум на четверть в сравнении со вторым кварталом с. г. Совокупные доходы территорий расколотой ныне бывшей Джамахирии от экспорта энергоресурсов в первом полугодии с. г. достигли 15,234 млрд долл. – на 11,5% больше предусмотренного властями уровня в 13,985 млрд долл. Кстати, Ливия входит в ОПЕК, но не участвует в ОПЕК+, продолжая более высокими темпами наращивать добычу (в основном на экспорт). В среднем добыча здесь составляет почти 1,4 млн барр. в сутки. Нефть поставляется в большинство стран Южной Европы, Турцию, а также в Бельгию и Францию. К настоящему времени в освоении новых и восстановлении прежних шельфовых и внутренних нефтегазовых месторождений (по принципу раздела продукции) задействовано 12 компаний из США, Франции и Италии.
Кроме того, с середины с. г. Египет перенаправил закупки на Ливию из-за перебоев поставок из стран Персидского залива, идущих через Ормузский и затем Баб-эль-Мандебский проливы. К настоящему времени Ливия направляет до 1 млн барр. ежемесячно в Египет (танкерами и по железной дороге). Стороны дорабатывают проект трансграничного нефтепровода (протяжённостью примерно в 1,16 тыс. км), по большей части по линии средиземноморского побережья мощностью до 1,2 млн барр. в месяц. Стоимость проекта, который вроде бы готовы поддержать итальянские и французские компании, оценивается более чем в 1 млрд долл.
Растет добыча, также в основном экспортная, и в Судане, и Южном Судане, входящих в ОПЕК+. Основная нефтегазовая структура Южного Судана – полугосударственная компания Dar Petroleum Operating, добывая к концу 2025 года 97 тыс. барр./сут., нарастила добычу уже почти до 140 тыс. барр./сут. Добыча другой местной компании, Greater Pioneer Operating Co., достигает 40 тыс. барр./сут. и к концу года должна вырасти до 50-55 тыс. барр./сут.
Далее, Sudd Petroleum Operating Co., добывая в конце 2025 г. 13 тыс. барр./сут., довела добычу почти до 15 тыс. барр./сут. Около 70% добываемых энергоресурсов экспортируется почти исключительно по действующему с середины 1970-х гг. Транссуданскому нефтепроводу (протяжённостью свыше 1300 км) к Порт-Судану на Красном море, откуда следует через Суэцкий канал. В совокупном капитале этого нефтепровода наличествуют 17-19,5-процентные доли у китайских CNPC, Sinopec и малайзийской Petronas.
Сравнительно быстро наращивает добычу и Судан, участвующий в ОПЕК с 2016 г. Несмотря на сложную внутриполитическую ситуацию. Точнее, Хартум намерен нарастить объемы добычи с 30-36 тыс. до 180 – максимум 200 тыс. барр. в сутки к началу 2027 года, рассказал министр энергетики и нефтяной промышленности страны Ибрагим Эльмутасим на полях Российской энергетической недели в Москве (3-я неделя октября 2025 г.). Почти на 75% это экспортная добыча. До трети всей нефтедобычи в рамках концессионных контрактов приходится на китайские компании (те, что и в Южном Судане), на индийскую ONGC и малайзийскую Petronas.
По имеющейся информации, экспорт суданской нефти указанным выше маршрутом через Суэц возрос за март – август почти на 20%. До середины текущего года основными покупателями суданской нефти оставались некоторые страны Ближнего Востока (45%) и страны Азии (39%). То есть поставки туда направлялись через Баб-эль-Мандебский пролив.
По состоянию на первую половину 2020-х годов на территории бывшего единого Судана было подтверждено около 30 крупных месторождений, включая не менее 16 приграничных северных районов Южного Судана (наиболее крупное из них, Адар-Йель, содержит до 50 млн кубометров нефтегазового сырья).
В октябре 2022 г. Хартум и Джуба договорились о совместной добыче в спорных и приграничных районах, которая начала разворачиваться лишь примерно через три года. Освоение этих ресурсов повысит совокупный нефтяной экспорт с территории бывшего единого Судана как минимум на треть.
Наконец, начиная с мая, наряду с семью другими странами – членами альянса ОПЕК+ Алжир принял решение довести добычу сырой нефти на 206 000 баррелей в сутки для последующего экспорта, прежде всего в страны южной Европы, стремясь восполнить глобальный дефицит предложения на фоне политической нестабильности на Ближнем Востоке.
В свою очередь Ирак также намерен расширить и диверсифицировать маршруты экспорта нефти в основном за счёт поставок в Европу через Средиземное море, заявил недавно премьер-министр Али аль-Зайди на совместной пресс-конференции с канцлером Мерцем в Берлине. Загрузка экспортных нефтепроводов к портам Сирии (Тартус, Банияс) и Турции (Джейхан) увеличивается с весны с. г. По словам главы правительства, «Ирак не может оставаться заложником одного коридора», имея в виду Ормузский пролив и Баб-эль-Мандебский пролив. По его мнению, Ирак «способен вдвое увеличить экспорт нефти через Средиземное море, чтобы снабжать европейские страны и США». Соответственно, заявлено о планах увеличения добычи в стране до рекордных 10 млн баррелей в сутки. Значительная часть этого объёма может направляться в Европу и другие западные страны.
Аль-Зайди также сообщил, что Багдад и Берлин рассчитывают достичь договорённости о долгосрочном экспорте иракской нефти через Средиземное море, а Багдад «в ответ намерен закупать немецкие технологии и оборудование». Высказываются также небезосновательные мнения о возможном возобновлении работы построенного во второй половине 1940-х годов Трансаравийского нефтепровода от Аль-Кайсума до ливанского порта Сидон.
Впрочем, вопрос о том, смягчит ли всё это надвигающийся глобальный топливный кризис, остаётся открытым. Согласно недавнему прогнозу Международного энергетического агентства, поставки нефти в 2026 году сократятся на 5,7 млн барр. в сутки (около 6% глобального объема нефти). В августе запасы уже сократились на 3,1 млн "бочек" в сутки, в то время как полное восстановление поставок из Персидского залива откладывается до 2027 года. Для России как полноправного участника ОПЕК переформатирование мировых энергетических рынков открывает новые возможности, но и таит немалые риски, обусловленные враждебной политикой западных кругов и диверсионно-террористической деятельностью киевского режима.
Примечание
(1) Контроль за Баб-эль-Мандебским проливом стал возможен ввиду захвата хуситами сопредельных о-вов на крайнем юге Красного моря Перим и Камаран. Вопреки давним требованиям Северного Йемена об их деоккупации, они удерживались Великобританией до середины 1960-х годов. Таким образом, Лондон контролировал весь маршрут через Красное море, включая эти о-ва и (до 1956 г.) Судан и Суэцкий канал. Примыкающий же Южный Йемен («колония Аден») оставался британским до первой половину 1960-х годов…
