С мая нынешнего года у руля Федеральной резервной системы США встал Кевин Уорш, который на этом посту сменил Джерома Пауэлла (тот возглавлял ФРС с 2018 года). Отношения Дональда Трампа с Джеромом Пауэллом испортились еще в то время, когда Трамп был 45-м президентом США.
Трампу нужен был руководитель Федерального резерва, который бы проводил «мягкую» денежно-кредитную политику. Т. е. наращивал бы денежную массу и поддерживал ключевую ставку на минимальном уровне. Идеально на том уровне, который был в период 2008–2014 гг. (тогда ключевая ставка равнялась 0 – 0,25%). По мнению Трампа, дешевые деньги (причем в большом количестве) должны обеспечивать быстрое экономическое развитие Америки. Кроме того, низкая ключевая ставка была бы гарантией низких бюджетных расходов на обслуживание государственного долга США. А учитывая, что при Трампе (еще в первый срок его пребывания в Белом доме) государственный долг рос ударными темпами, то процентные расходы государственной казны также росли. И по своей величине приближались к бюджетным расходам на оборону. Трампу нужен дешевый государственный долг (который не так давно перевалил за 40 трлн долларов).
Трамп ещё в первый срок своего пребывания в Белом доме добивался назначения на пост главы ФРС США Джерома Пауэлла, полагая, что тот будет проводить «голубиную» (т. е. мягкую) денежно-кредитную политику. Однако Трамп ошибся. Для Пауэлла главной целью было обеспечение низкой инфляции (по американским нормам она не должна превышать 2% в год). Для обуздания инфляции Пауэлл повышал ключевую ставку. По крайней мере почти никогда не понижал. А кроме того, стал изымать из обращения избыточную денежную массу, которая была создана в период 2008-2014 гг. Т. е. выступал «ястребом» (жёсткая денежно-кредитная политика). Дональд Трамп возмущался «ястребиной» политикой Джерома Пауэлла и грозился его уволить. Но у американского президента недостаточно полномочий для того, чтобы произвести по своему желанию «смену караула» в Федеральном резерве. Такой вопрос могут решать только «хозяева денег» (главные акционеры ФРС США).
Вернувшись в Белый дом в январе 2025 года, Трамп продолжил ругаться с Джеромом Пауэллом. И терпеть его. До того момента, когда определенный законом срок пребывания Джерома Пауэлла на посту главы ФРС не истек в мае этого года. Еще с прошлого года Трамп продвигал на пост главы Федерального резерва человека, которого он называл своим. И которого он воспринимал как «голубя», который будет проводить мягкую денежно-кредитную политику. В том числе понижать ключевую ставку и держать ее на уровне «плинтуса». Этим «своим» человеком был Кевин Уорш. Известный, прежде всего, тем, что в разгар финансового кризиса 2008-2009 гг. он, будучи членом Совета управляющих ФРС США, сумел спасти тонущие банки Уолл-стрит. Он тогда добился принятия решения о том, чтобы бросить им «спасательный круг» в виде почти нулевой ключевой ставки.
Видимо, это и засело в памяти Дональда Трампа. Президент, вероятно, хуже помнил, что в конце 2009 года Кевин Уорш уже призывал к тому, чтобы начать повышать ключевую ставку. Но его не поддержали коллеги по Совету управляющих ФРС США (как я выше отметил, околонулевая ставка сохранялась до 2014 года). Кевин Уорш тогда проявил твердость и принципиальность и подал заявление о выходе из Совета управляющих ФРС США.
Дональд Трамп неоднократно говорил, что хочет видеть на посту главы ФРС Кевина Уорша именно потому, что тот будет выступать в качестве «голубя». И вот менее чем через месяц был первый тест нового главы Федерального резерва. 16–17 июня 2026 года состоялось заседание Федерального комитета по операциям на открытом рынке (FOMC), принимающего решения по ключевой ставке. Она не была понижена, а сохранена на уровне 3,5–3,75% годовых.
По хорошему ставку надо было повышать для того, чтобы сбить инфляцию, которая стала разгоняться в Америке. Прежде всего, под влиянием выросших цен на нефть и другие энергоносители (в конечном счете из-за войны на Ближнем Востоке). А также под влиянием высоких таможенных пошлин, которые были введены по инициативе 47-го президента США. Видимо, Кевин Уорш не хотел очень уж расстраивать Дональда Трампа, а потому воздержался от повышения ключевой ставки. Трамп, вероятно, был недоволен, но своего недовольства публично не проявил.
Следующий тест в виде заседания FOMC по ключевой ставке был проведён 16 сентября. При этом показатели занятости и состояния экономики оценивались как вполне удовлетворительные (замечу, что ФРС США, согласно американскому законодательству, отвечает не только за ценовую стабильность, но и занятость в экономике). «Экономическая активность растет уверенными темпами, – говорится в заявлении FOMC. – Неопределённость остается повышенной, что отчасти вызвано геополитическими событиями, однако внутренние расходы демонстрируют устойчивость. Производительность труда растет хорошими темпами, капиталовложения остаются высокими». А вот инфляция к этому времени оценивалась уже в 3,4% (что выше показателя накануне предыдущего заседания).
Имела место классическая ситуация, при которой ключевую ставку надо повышать. И она была повышена на 25 базисных пунктов – до 3,75-4% годовых. За повышение ставки проголосовали все 12 членов FOMC. Подъём ставки ФРС случился впервые за три года, до этого она трижды снижалась в 2024 году и трижды – в 2025 году. И это при том, что инфляция остается выше целевого показателя ФРС в 2% уже более пяти лет.
Как отреагировали разные рынки на сентябрьское решение FOMC? Согласно The Wall Street Journal, после повышения ключевой ставки ФРС индекс Доу-Джонса упал более чем на 600 пунктов (на 1,2%). Индекс S&P 500 снизился на 0,4%. Индекс Nasdaq упал менее чем на 0,1%. Такую реакцию фондового рынка можно объяснить прежде всего тем, что заметно выросла доходность казначейских бумаг США. Доходность двухлетних казначейских облигаций – наиболее чувствительный индикатор политики ФРС – отыграла предыдущее снижение и составила 4,73%, что более чем на 12 базисных пунктов выше, чем до объявления. Доходность 10-летних облигаций выросла во время пресс-конференции Уорша, также отыграв предыдущее снижение, и в итоге превысила 5%.
По состоянию на 29 сентября 2026 года доходность 10-летних казначейских облигаций США – примерно 5,27%, что является максимальным уровнем с 2007 года. Доходность двухлетних облигаций также приблизилась к 5%. Оборотной стороной этого роста доходности является рост расходов федерального бюджета США на обслуживание государственного долга (они уже превысили 1 трлн долларов в год).
Какова реакция Трампа на сентябрьское решение ФРС США по ключевой ставке? Associated Press, Bloomberg, The New York Times и другие ведущие СМИ говорят, что Трамп крайне недоволен и в ближайшее время может возобновить нападки на ФРС. Правда, СМИ ссылаются на свои анонимные источники. Сам Трамп пока на публике своего недовольства не демонстрировал. После решения FOMC Трамп написал в соцсетях, что процентные ставки в США должны быть на уровне 1% или ниже, но не стал критиковать Уорша. Позже, 16 сентября, выступая перед журналистами, Трамп сказал, что разговаривал с ним и по-прежнему доверяет председателю ФРС.
Трудно понять, что в голове престарелого президента Дональда Трампа. Многие наблюдатели пытаются ответить на вопрос: понимает ли 47-й президент США, что именно он несет основную ответственность за повышение ключевой ставки? Потому что именного его инициативы разгоняют инфляцию в Америке. Несмотря на то, что Верховный суд США признал введённые Трампом импортные пошлины нелегитимными, 47-й президент не унимается и продолжает проводить свой протекционистский курс. Который ведет к росту цен на внутреннем рынке. The New York Times сообщила, что после повышения ключевой ставки Федеральным резервом Трамп якобы сказал, что примет радикальные меры по укреплению американской экономики. Путем решительного выравнивания внешней торговли с теми странами, которые в этой торговле имеют большие профициты.
Но самый главный фактор инфляции в Америке – рост цен на нефть и энергоносители, обусловленный войной на Ближнем Востоке. Войной, которую фактически развязал Дональд Трамп (нанеся вместе с Израилем удары по Ирану 28 февраля этого года). Война уже тянется семь месяцев и ей не видно конца. Уже мало кто верит, что она завершится в этом году. Аналитики Bank of America заявляют, что, если столкновения, ограничивающие поставки нефти, продолжатся до конца года, цена Brent может колебаться в диапазоне 95–120 долларов за баррель. В то же время аналитики банка не исключают возможности эскалации конфликта, что может спровоцировать скачок цен до 150 долларов за баррель.
МВФ в своём обзоре, который предполагает ограниченный характер конфликта, прогнозирует среднюю цену в 2026 году 89-90 долларов за баррель Brent. Если конфликт окажется затяжным, то цены могут остаться на уровне 100-120 долларов за баррель и выше до конца года. В жестком сценарии МВФ прогнозирует рост цен до 120-125 долларов за баррель к концу года и первом квартале 2027 года.
Хотя Кевин Уорш очень сдержан в своих оценках будущего состояния экономики и инфляции, однако наблюдатели сумели «вычислить» в его публичных заявлениях намеки на возможное дальнейшее повышение ключевой ставки. Другие члены Совета управляющих ФРС США и FOMC более откровенно намекали и намекают, что дальнейшее повышение ключевой ставки почти неизбежно. Независимые эксперты заявляют, что к концу текущего года ставка может составить 4–4,25%. И это еще консервативная оценка.
И последнее. О чем аналитики говорят редко. Повышение ключевой ставки ФРС может быть продиктовано не только необходимостью сдерживания инфляции, но и тем, что высокая ставка способствует росту доходности американских казначейских бумаг. А без такого роста Америка не сможет наращивать свой долг. А без такого наращивания она уже не сможет быть сверхдержавой. Ключевая ставка ФРС, по моему мнению, из инструмента денежно-кредитной политики начнет превращаться в «наркотик». Но наркоманы, как известно, долго не живут.
