Некоторое время назад президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что у страны сохраняются проблемы в экономике, образовании, технологиях и других сферах, однако призвал молодежь не терять надежды, сообщает агентство Anadolu. Тем самым он признал ключевые проблемы, не дающие покоя большинству граждан Турецкой Республики на протяжении как минимум последних десяти лет.
«В экономике, технологиях, демократии, безопасности, образовании и многих других областях нам еще предстоит пройти определенный путь, но ни одна из этих проблем не настолько велика, чтобы лишить нас надежды», – заявил Эрдоган на встрече со студентами, организованной молодежным крылом правящей Партии справедливости и развития в Анкаре.
Тем временем Центробанк Турции повысил прогноз инфляции на текущий год до 29,5% с 28% и сразу до 21% с 15% – на следующий, как сообщил ранее глава регулятора Фатих Карахан. А совсем недавно он же рассказал о повышении прогноза инфляции на 2026 год с 26% до 28% и на 15% в 2027 году. Но в среднесрочной перспективе регулятор еще рассчитывает добиться ее стабилизации на целевом уровне в 5%.
Также известно, что Евросоюз ухудшил прогноз по турецкой экономике. В частности, в осеннем докладе Еврокомиссия понизила ожидания по росту ВВП Турции на 2026 год с 3% до 2,8%, а на 2027 год – с 4% до 3,5%. Одновременно прогноз по инфляции повышен с 28,3% до 31,2% в этом году и с 20,1% до 26% в следующем на фоне дорогих энергоносителей и жёсткой политики регулятора.
И здесь важен контекст. Скандал, сотрясающий Турцию, связан с обвинениями в использовании инвестиционных фондов для манипулирования рынком: цены на некоторые акции искусственно завышались, значительно превышая их реальную стоимость, что позволяло получать астрономические прибыли.
На фоне растущего общественного возмущения турецкое правительство позволило ряду высокопоставленных чиновников уйти в отставку, чтобы погасить последствия разрастающегося скандала. Однако эти меры пока не смогли успокоить граждан – согласно опросам, недовольство распространяется даже среди избирателей, поддерживающих правящую партию. В среду в отставку подал Шахап Кавджиоглу, глава Агентства по банковскому регулированию и надзору Турции.
Оппозиционные законодатели настаивали на проведении расследования в отношении него самого и возглавляемого им ведомства, поскольку они выдавали разрешения на открытие банков финансовым группам, замешанным в этом скандале. Ясно одно: его уход стал очередным в череде отставок высокопоставленных финансовых чиновников. Турецкие финансовые регуляторы столкнулись с обвинениями в том, что не смогли предотвратить скандал, разразившийся в сентябре и затронувший суммы, превышающие 20 миллиардов долларов.
Ранее, 19 октября, в отставку ушел Махмут Сютджу, руководитель Совета по рынкам капитала Турции (SPK). 20 октября своего поста лишился и его предшественник Ибрагим Омер Генюль, возглавлявший орган по бухгалтерскому учёту и аудиту. На данный момент в рамках расследования задержано более 120 человек, в том числе как минимум восемь действующих и бывших сотрудников финансовых надзорных органов.
За более чем два десятилетия пребывания у власти правительство не раз сталкивалось с громкими скандалами, однако прежде оно крайне редко жертвовало таким количеством назначенных им должностных лиц одновременно.
Тем не менее, несмотря на отставки, увольнения и масштабные аресты, правительству пока не удалось положить конец критике. Берк Эсен, доцент кафедры политологии стамбульского университета Сабанджи, охарактеризовал этот кризис ни много ни мало как «финансовый Чернобыль» для Турции: «Мы столкнулись с глубоким кризисом, который затрагивает всё: от фондового рынка и инвестиционных фондов до реального сектора экономики, а также госаппарата и политической сферы».
Напомним, в центре скандала – обвинения в том, что инвестиционные фонды использовались для манипулирования рынком: цены на определённые акции искусственно завышались, значительно превышая их реальную стоимость, что позволяло получать астрономическую прибыль.
Кризис разразился 16 сентября, когда фонды оказались не в состоянии выполнить требования инвесторов о выводе средств. Турецкие власти распорядились ликвидировать 131 фонд, находившийся под управлением семи компаний по управлению портфельными инвестициями, чтобы произвести выплаты примерно 455 000 инвесторов, пострадавших в результате этого кризиса.
Но самое неприятное для Анкары здесь – вне всякого сомнения, политический фон. По оценке Bloomberg, фондовый скандал превратился в серьёзную проблему для хозяина президентского дворца в Анкаре, поскольку ниточки расследования манипуляций на рынке потянулись к людям, связанным с правящей Партией справедливости и развития (Ak Parti). Это сразу подняло неудобный вопрос о том, куда смотрели государственные финансовые регуляторы.
Вполне возможно, что сам скандал, а также последнее признание Эрдогана перед молодёжью станет прологом к более масштабным политическим переменам в республике. В частности (и прежде всего), речь может идти об отставке кабинета министров с последующим объявлением досрочных всеобщих выборов. Проведение последних намечено по плану на апрель 2028 году. Но развитие ситуации, динамика политического процесса, запущенная и самим Эрдоганом, едва ли оставляет ему и правящему «Народному альянсу» пути для отступления или место для манёвра.
Очень может быть, что власти придётся в итоге пойти и на более радикальный шаг в виде замены кандидатуры Эрдогана на другую. В этой связи эксперты не без оснований называли и действующего главу МИД Хакана Фидана, посвященного во многие хитросплетения турецкой политики последних двух эрдогановских десятилетий и, возможно, способного стать относительно компромиссной фигурой. В то же время Фидан, конечно, – фигура не вполне публичная, не обладающая достаточным опытом в публичной политике, да и отношение к нему среди ближайшего окружения Эрдогана может быть, мягко говоря, разным.
Другая горячая новость этой недели в том, что Генпрокуратура Стамбула вызвала на допрос сына зампреда Ak Parti Хаяти Языджи в рамках дела о махинациях с инвестфондами. Ранее этот самый Языджи-старший громогласно заявлял, что, дескать, «в мире ещё не родился человек, который мог бы арестовать моего сына».
Справедливости ради, надо заметить, что удар по неприкасаемым – сильный ход со стороны Аксарая, демонстрирующего сталинскую форму «у нас неприкасаемых нет». Но это был бы вдвойне и втройне сильный ход, если бы нити коррупционных расследований не тянулись бы весьма высоко. Дело не в том, что Эрдоган лично стоит за этой коррупцией. С высокой долей вероятности это не так, поскольку президент и так находится над схваткой, не имея недостатка в чём-либо, относительно равноудалён от противостоящих лагерей и уж точно не заинтересован в коррупции. Хотя бы потому, что коррупция разъедала именно его, эрдогановскую систему, на строительство которой от затратил много времени, усилий и своего бесспорного таланта политика и государственного деятеля. Вместе с тем глава государства несёт все полноту ответственности за происходящее именно как главный архитектор системы, возглавлявший партию в тот период, когда по прежней конституции не имел право это делать (с 2014 по 2018 год).
От осознания этой ответственности и им самим, и турецкими гражданами не спрятаться не скрыться. Вариантов, как действовать дальше, не так уж и много, и в целом они перечислены выше. Разумеется, есть и последний вариант – постоянно поддерживаемый градус противостояния с Израилем, которое будет поддержано частью анатолийской улицы. Однако издержек в случае реализации подобного рода сценария, особенно если он выйдет-таки из-под контроля политтехнологов, может оказаться как минимум не меньше, нежели эфемерных преимуществ.