В день, когда в центральное здание СБУ врезался беспилотник, антикоррупционные органы Украины проводили обыск в здании Генеральной прокуратуры. Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ) заявило о разоблачении преступной организации во главе с руководителем кибердепартамента Сергеем Кропивой. В ее состав входили другие высокопоставленные сотрудники Генпрокуратуры и приближенные к ним лица.
За невмешательство в работу колл-центров, которые мошенническим путем вымогали средства от граждан многих стран мира, прокуроры регулярно получали крупные взятки. Другими словами, они крышевали преступный бизнес и имели свою долю от их незаконной деятельности.
По опубликованным данным, более 450 тыс. долларов полученных ими денег было потрачено на недвижимость, драгоценности и другое имущество. Еще более 270 тыс. долларов было передано третьим лицам, а порядка 225 тыс. долларов – размещено на банковских счетах близких лиц под видом доходов от предпринимательства. Это только верхушка айсберга – то, что уже подтверждено следствием НАБУ.
Казалось бы, бывает. Один из сотрудников Генпрокуратуры, пользуясь служебным положением, сколотил преступную группировку и шантажировал других преступников. Вот только дальнейшие события позволили усомниться в непричастности руководства ведомства к преступной деятельности. Дело в том, что обыски затронули не только кабинет начальника кибердепартамента, но и продолжались на протяжении ночи в служебных помещениях Генпрокурора Руслана Кравченко и его первого заместителя Марии Вдовиченко.
Сначала офис Генпрокуратуры это отрицал, но через несколько часов заявил о том, что нужно разделять проведенные обыски на два вопроса: «Первый – проверка возможной причастности одного из сотрудников к противоправной деятельности, связанной с работой мошеннических колл-центров. Второй – проведенные ночью обыски в служебных помещениях Генерального прокурора, первого заместителя Генпрокурора и других сотрудников офиса».
Дескать, против обыска в кабинете Кропивы возражений особых нет. А вот обыски в служебных помещениях руководства Генпрокуратуры «требуют отдельной правовой оценки». Пояснялось это тем, что среди документов, к которым был получен доступ во время обысков, содержались материалы уголовных производств против лиц, близких к руководству Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП), а также против ряда сотрудников НАБУ и САП.
Весь тон заявления намекает на то, что при обыске сотрудники антикоррупционных органов не действовали в рамках закона, а преследовали свои личные или корпоративные цели.
В опубликованном тексте также отрицались претензии, выдвинутые руководству Генпрокуратуры со стороны НАБУ. Во-первых, якобы нет прямых данных о получении Генпрокурором денег от мошеннических колл-центров. Во-вторых, записанные разговоры первого заместителя Вдовиченко касались исключительно организации следственных действий против колл-центров, а не содействия им.
Сам Генпрокурор внезапно оказался недоступен для контактов. По одним данным, был госпитализирован в частную клинику «Добробут», по другим – сидел на рабочем месте, но ни с кем не общался. Подчищал документы? Может быть. Ведь в аудиозаписях НАБУ фигурирует некий «шеф», который ранее возглавлял налоговую и имеет отчество «Андреевич». Всё точно, как у Кравченко. Да и опубликованные аудиозаписи также опровергают его заявления о непричастности к крышеванию колл-центров.
Во время обысков в Генпрокуратуре был найден большой сейф, туго набитый пачками долларов. Судя по опубликованной НАБУ фотографии, там было порядка двух-трех миллионов долларов. Однако Кравченко заявил, что это не его сейф, и такого сейфа вообще нет в офисе Генпрокуратуры.
Близкий к НАБУ киевский еженедельник «Зеркало недели» считает, что Генпрокурор может быть прямо причастен к системе крышевания мошеннических колл-центров. Порядка половины из них (около тысячи) издание называет «белыми», поскольку они работают под прикрытием силовых структур (СБУ, ГУР и прочие). Другая половина считается «чёрными», против которых проводятся показательные рейды, когда нужно показать борьбу с мошенниками.
Последние годы «белые» колл-центры платили ежемесячную «абонплату» порядка 20 тыс. долларов. Это составляло в сумме около 20 млн. долларов каждый месяц, 3 млн из которых получали прокуроры. Однако, по информации издания, год назад (после своего назначения Генпрокурором) Кравченко решил увеличить долю прокуратуры до 7 млн. долларов, подняв ежемесячную «абонплату» до 24 тыс. долларов с каждого колл-центра. Такой «грабёж» не устроил владельцев преступного бизнеса, и информация о новшествах прокуроров поступила в НАБУ.
Месяц назад киевская хунта узнала об интересе антикоррупционных органов к колл-центрам, и Зеленский принялся публично говорить о необходимости их закрытия, а также проводить многочисленные совещания с силовиками. Прошли массовые обыски и было закрыто порядка полутысячи колл-центров. Естественно, «черных». А сам Зеленский 1 сентября призвал «полностью покончить» с ними и внес в Верховную раду соответствующий законопроект.
И тут возникает логичный вопрос. Зачем нужен ещё один закон, когда Уголовный кодекс прекрасно позволяет сделать все необходимое для пресечения преступной деятельности телефонных мошенников. Эксперты называют действия Зеленского «превентивной реакцией» на расследование НАБУ. Что-то вроде «встречного пала», который не позволяет степному или лесному пожару сжечь все дотла.
В понедельник Кравченко заявил, что отстранил от работы семь сотрудников своего ведомства, но сам не собирается подавать в отставку. Вместе с тем, он готов покинуть пост, если Зеленский инициирует его увольнение или соответствующее решение примет Верховная рада. Однако в тот же день после встречи в офисе президента объявил о своем уходе с должности: «Это политическое решение, и я принял его осознанно. Я не хочу, чтобы должность Генпрокурора использовалась как инструмент политического противостояния. Моя позиция по обвинениям остается неизменной».
Видно, Зеленский решил кинуть антикоррупционным органам «крупную рыбу», чтобы удовлетворить их аппетиты. Иначе совместное расследование НАБУ и САП может привести их к СБУ, ГУР, а там и к офису президента.
Интересно, что расследование преступлений в Генпрокуратуре получило кодовое название «Карфаген». И здесь сразу же вспоминается знаменитая древнеримская фраза: «Карфаген должен быть разрушен». В данном случае должна быть разрушена вся система коррупционной власти в Киеве, которая превратила государство в кормушку для преступников. Не только тех, кто сидит в колл-центрах, а тех, кто вместо выполнения своих должностных обязанностей получает свою долю преступных средств.
Заглавное фото: @MMerangul / ИИ
