Ливия: борьба за нефть в условиях хаоса и террора

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Гражданская война в Сирии, рост влияния России на Ближнем Востоке и трансформация американской политики в регионе отодвинули на второй план происходящее в Ливии. Между тем взрывоопасность ситуации в этой стране возрастает, а уничтожение западными державами ливийской государственности остаётся одним из величайших военных преступлений новейшей истории.

С начала апреля внимание наблюдателей привлекли две новости: переезд в Триполи с большим трудом сформированного правительства национального единства и экспансия «Исламского государства» в районе крупных нефтяных месторождений. Люди, работавшие на трех ливийских месторождениях, эвакуированы из-за угрозы нападения ИГ. По некоторым данным, боевики, лояльные ДАИШ, начали концентрацию своих сил в районе между Сиртом и нефтяными портами Эс-Сидр и Рас-Лануф.

Особенностью Ливии является племенная структура общества. В Ливии проживает 140 племен, из них около 50 играют важную роль в политической жизни страны. В условиях отсутствия исторических традиций государственности (независимая Ливия после Второй мировой войны была образована из трех достаточно разнородных областей - Триполитании, Киренаики и Феццана) скрепить единство страны могли только идеология и сильный харизматический лидер. Именно таким и был Муаммар Каддафи с его «третьей мировой теорией». 

Свержение Каддафи с помощью прямого вооруженного вмешательства НАТО (заводилами здесь выступали Франция и Великобритания) и уничтожение идеологических скреп Джамахирии развалили страну. Ливия превратилась в безгосударственную территорию, в конгломерат племен, кланов и вооруженных формирований, ведущих бесконечную войну между собой за власть и доступ к природным ресурсам.

После свержения ливийского лидера группировки «повстанцев» сразу же, как скорпионы в банке, стали пожирать друг друга. 

С лета 2012 года Ливией руководил Всеобщий национальный конгресс (подобие парламента), избранный на срок 24 месяца для выработки новой конституции. Со своей задачей он не справился, и летом 2014 года был выбран новый парламент. В отличие от прежнего, где явный перевес был у «Братьев-мусульман», в новом собрании относительное большинство получили сторонники светских и умеренных сил. Однако старое руководство сдавать власть не собиралось и объявило выборы недействительными. В результате в стране образовалось два правительства и два парламента. Одно в Тобруке, состоящее из выбранных в 2014 году депутатов, во главе с Абдаллой ат-Тани. Другое – в Триполи. 

В Триполи заправляют сторонники достаточно разношерстной коалиции «Фаджр аль-Либия» («Заря Ливии»), включающей и сравнительно умеренных «Братьев-мусульман», и жёстких салафитов. Наиболее колоритной фигурой здесь является Абдельхаким Бельхадж, бывший боевик «Аль-Каиды», создавший в Ливии ее подразделение – Ливийскую исламскую боевую группу (ЛИБГ). Несмотря на свою репутацию, Бельхадж – не бескомпромиссный фанатик. Во время гражданской войны 2011 года он пользовался помощью Катара, а затем, когда в Дохе к нему охладели, начал заигрывать вначале с правительством ЮАР, а затем со спецслужбами соседнего светского Алжира, надеясь, что последние помогут ему прийти к власти. 

При этом характеристика положения в западной части Ливии будет неполной, если не упомянуть о племени мисурата, формально входящем в состав «Зари Ливии», но на деле играющем свою, а вернее катарскую и турецкую игру. Вожди мисурата тесно связаны с Дохой и Анкарой и держат в руках часть города Бенгази в Киренаике. 

На востоке расклад сил выглядит не менее сложно. Основная военная сила правительства в Тобруке - вооруженные формирования генерала Халифа Хафтара. Он был одним из высших офицеров во времена Джамахирии и командовал ливийском корпусом в Чаде. В 1987 году попал в плен и, не решившись вернуться на родину, прожил 20 лет в США. В свержении Каддафи генерал Хафтар не участвовал и вернулся в Ливию только в 2013 году. Оказавшись в Киренаике, он возглавил успешную борьбу против «Аль-Каиды», пользуясь помощью Египта и Объединенных Арабских Эмиратов. Генерал является командующим вооруженными силами тобруксого правительства и успешно воюет против экстремистов в Бенгази. Однако наряду с Хафтаром в альянсе с правительством в Тобруке состоят и другие полевые командиры, имеющие собственные интересы. Одним из них является Ибрагим Джадран из племени зувайя. Он командует национальной гвардией, в задачи которой входит охрана нефтяных месторождений. В 2014 году, возмутившись «мизерной оплатой труда» - своего и своих соплеменников, он решил взять нефть востока страны под контроль, что и вызвало второй виток гражданской войны.

Одно из наиболее негативных последствий ливийского кризиса - уничтожение государственной монополии на продажу нефти. Национальная нефтяная компания (NOC) развалилась на «восточную» и «западную», что открывает широкое поле для функционирования черного рынка. Зарубежные инвесторы и бизнесмены не видят сегодня единого государственно субъекта экономической деятельности в этой принципиально важной отрасли экономики Ливии. 

«Западная нефтяная компания» установила тесные отношения со швейцарским дилером Glencore и отгружает ему большие объемы нефти по сниженным ценам. Еще хуже обстоят дела в восточной части страны, где основной нефтяной терминал Марс эль-Харига контролируется боевиками Джадрана. Здесь идет прямая контрабанда нефти, которой пользуются французская Total, испанская Repsol, итальянская Saras, китайская Sinopec. Некоторые из этих компаний пытаются обеспечить свои интересы в том числе и вооруженным путем. Иорданский король Абдалла в январе 2016 года рассказал о пребывании на территории Ливии английского спецназа SAS. Одновременно в арабской прессе появились сообщения о том, что правительству в Тобруке при штурме Бенгази помогали части французского спецназа. 

В условиях хаоса, террора и войны всех против всех выигрывают всегда наиболее неистовые. В Ливии всё так и происходит, стремительно разрастается раковая опухоль «Исламского государства». Его боевики прочно удерживают город Сирт и прилегающие окрестности. 

Сирт является вотчиной племени каддафа, из которого происходил и лидер Джамахирии. После гражданской войны 2011 года всех сторонников Каддафи ждала тяжкая участь. Одни были уничтожены, другие подверглись дискриминации и преследованиям. Был издан специальный закон, запрещающий сторонникам прежнего режима заниматься политической деятельностью и устраиваться на работу. Всё это породило ненависть соплеменников Каддафи к новым хозяевам и некоторых бросило в объятия исламистов. А затем начался наплыв иностранных моджахедов, численность которых в Ливии сейчас едва ли не вдвое превышает численность местных боевиков. Так, штаб-квартирой ИГ в Сирте командует пакистанец, тюрьмой руководит боевик из Кувейта, а местным университетом – выходец из Нигерии, связанный с группировкой «Боко харам». Сила ИГ - в железной дисциплине и свободе от клановых и племенных предпочтений. 

В сентябре прошлого года часть местных боевиков, участвовавших в свержении Каддафи, попыталась поднять восстание против новой власти. Все они и многие их соплеменники были казнены. Наступают времена, когда даже «борцы за свободу» начинают ностальгировать по эпохе Каддафи: тогда противников режима сажали в тюрьмы, теперь же противников «халифата» обезглавливают вместе с их родственниками. 

Кстати, в последнее время отмечается перетекание террористов ИГ из Сирии в другие страны, и в частности в Ливию. Отчасти за этим стоит Катар, перебрасывающий боевиков-исламистов на новое место для установления в последующем контроля над ливийской нефтью. Захватив Сирт, ИГ развивает сейчас экспансию в сторону нефтяных месторождений и терминалов.

В декабре 2015 года при посредничестве ООН в Марокко из представителей различных группировок было создано хрупкое правительство национального единства Ливии. О его дееспособности, однако, говорит то, что в течение долгого времени оно даже не могло въехать в Триполи, размещаясь на базе ВМС на одном из островков вблизи столицы. 

В отсутствие механизмов власти, при непрекращающейся вражде командиров и иностранном вмешательстве «национальное единство» Ливии останется бумажной фикцией, а иностранные компании будут продолжать разграбление страны. Об этих «плодах» интервенции Запада в Ливии нужно не переставать напоминать.